Почему Пётр до сих пор делит общество?
Триста лет споров — и ни одного окончательного ответа.
Пётр I: реформатор-гений или тиран, чья империя построена на жертвах?
Историк Василий Ключевский писал о нём резко:
«Спешность дел… приучила Петра задумывать без раздумья».
Сергей Соловьёв, напротив, видел в его действиях историческую необходимость.
Сам Пётр объяснял свою жёсткость без дипломатии:
«С другими европейскими народами можно достигать цели человеколюбивыми способами, а с русскими не так: если б я не употреблял строгости, то бы уже давно не владел русским государством».
Истина, как всегда, — в нюансах. Разберёмся по полочкам: что именно сделал Пётр, почему он действовал так жёстко — и почему споры о нём не утихают до сих пор.
Россия на старте: отсталый гигант в кризисе
Конец XVII века. Россия — огромное государство, но:
- без выхода к морям;
- с архаичной приказной системой (унаследованной ещё с XVI века);
- с жёстким сословным застоем;
- с технологическим и военным отставанием от Европы.
Историк Евгений Анисимов называет это состоянием системного кризиса — сразу в экономике, технике и культуре.
В 1689 году Пётр берёт власть после отстранения царевны Софьи.
А в 1697–1698 годах отправляется в Великое посольство — учиться, наблюдать, сравнивать.
И делает вывод: мир меняется слишком быстро, чтобы Россия могла оставаться прежней.
Первые реформы стартуют уже в 1699 году: рекрутский набор, новый календарь, ломка старых порядков.
Пётр формулирует свой подход предельно жёстко:
«Я имею дело не с людьми, а с животными, которых хочу переделать в людей».
Были ли русские готовы к такому «перевоспитанию» — вопрос открытый.
Внутренняя политика: государство врывается в жизнь
Управление и бюрократия
Реформы шли волнами, но особенно интенсивно — с 1711 по 1725 год:
- 1711 — учреждён Правительствующий Сенат;
- 1717–1721 — 12 коллегий вместо более чем 50 приказов (по шведскому образцу);
- 1722 — Табель о рангах: 14 классов, формально — служебная меритократия;
- 1703 — основание Санкт-Петербурга как новой столицы.
Результат — мощная централизованная бюрократическая машина.
Ключевский подчёркивал:
«Самодержавие — средство для достижения… блага Отечества».
Но Анисимов делает важное уточнение:
«Государство впервые стало присутствовать в жизни человека постоянно — от рождения до смерти».
Пётр требовал абсолютной исполнительности:
«Указую… говорить токмо словами, а не по писанному, дабы дурь каждого всем видна была».
Вывод: управление стало эффективнее, но подданные превратились в винтики огромного механизма.
Социальная структура: элита выигрывает, народ платит
Дворянство
Пётр сделал дворянство опорой государства:
- пожизненная обязательная служба;
- взамен — земля, власть над крестьянами;
- карьерный рост по Табели о рангах.
Дворяне стали «государственными служащими с привилегиями».
Крестьяне (около 90% населения)
Для них реформы означали:
- усиление крепостного права;
- приписку к мануфактурам;
- рост повинностей и налогов.
Историк Борис Миронов отмечает: начало XVIII века — период ухудшения уровня жизни большинства населения.
Сам Пётр формулировал это без иллюзий:
«Подданные не рассуждать должны, а повиноваться».
Ключевский резюмировал жёстко:
«Ты должен любить всё, что служит ко благу Отечества, не щадя трудов».
Народ платил за амбиции элиты — в том числе демографическими потерями.
Экономика: скачок вперёд через принуждение
С 1700 по 1725 год в России создаётся более 200 мануфактур — металлургия, судостроение, оружейное производство.
- 1704 — денежная реформа;
- рост производства и военных поставок;
- активное участие государства в экономике.
Но основа этого роста — принудительный труд: посошные крестьяне, рекруты.
Налоговая революция
- 1718–1724 — введение подушной подати;
- налог платит каждая «душа», независимо от дохода;
- десятки дополнительных сборов (бороды, бани, мельницы).
Ключевский писал метко:
«Казна наполнялась исправно, а деревня пустела».
Экономика получила задел для будущей индустриализации — но ценой массового обнищания.
Санкт-Петербург: триумф на болотах
С 1703 года начинается строительство новой столицы.
За первое десятилетие:
- около 195 000 неквалифицированных крестьян;
- 12 000 специалистов;
- 20 000 солдат и пленных.
Выполнение разнарядок — около 65%. Смертность от болезней и истощения высокая.
Историк Павел Луппов отмечал: по меркам эпохи — «обычная», но от этого не менее трагичная.
Петербург стал символом «окна в Европу» — и символом цены, которую за это заплатили люди.
Внешняя политика: война за империю
Северная война (1700–1721)
Цель — выход к Балтике.
Ключевые этапы:
- 1700 — поражение под Нарвой;
- 1704 — взятие Нарвы;
- 1709 — Полтавская победа;
- 1721 — Ништадтский мир, Россия — империя.
Пётр писал после Полтавы:
«Где перед четырмя леты Господь оскорбил, тут ныне веселыми победителями учинил».
Цена:
- рекрутская служба по 25 лет;
- разорённые деревни;
- человеческие потери.
Война ускорила реформы и сделала Россию великой державой — но народ нёс основное бремя.
Итог: гений с кровью на руках
Плюсы:
- имперский статус;
- централизованное государство;
- индустриальный и военный задел;
- защита от внешних угроз.
Минусы:
- усиление крепостничества;
- демографические потери;
- подавление инициативы;
- государство выше человека.
Пётр говорил:
«Я за Отечество живота не жалею».
Но миллионы подданных жили по тому же принципу — не по своей воле.
Историк Евгений Анисимов формулирует главный вопрос так: было ли это благом — или ценой, слишком высокой для общества?
Пётр I — не герой и не злодей. Он — катализатор.
Без него Россия была бы другой. Но стала ли она лучше для простого человека — вопрос, на который каждый отвечает сам.