После ознакомления с такими красочными мифами и преданиями о папоротнике, мы будем удивлены тем, что до Средневековья он не являлся таким мифическим. Все древнейшие авторы, которые известны нам упоминают его как самое обычное лекарственное растение.
Считается, что самое древнее упоминание о нем сохранилось в виде изображения на стенах крупнейшего в мире храмового комплекса Карнака в Египте. Специалисты сочли, что куст папоротника в хвойном лесу, изображенный на этой стене, соответствует «мужскому папоротнику» (Aspidium filix-mas).
В Vвеке до н. э. Эпихарм упоминает «птерин» (Pteris aquilina) как съедобное растение.
В начале III века до н. э. Теофраст в XX главе IX книги, писал:
"Женский папоротник, смешанный с медом, полезен против ленточных и круглых червей во внутренних органах, если дать его с ячменной мукой в сладком вине. Беременные женщины, которые его пьют, теряют плод, а другие (как говорят) становятся бесплодными. Действительно, есть разница между женским и мужским папоротником потому, что у женского листья растут из одного стебля, а корень длинный, черный, толстый. Можно подумать, что природа создала их скорее для того, чтобы вызывать бесплодие, чем для чего-либо другого."
В I веке до н. э. поэты Гораций и Вергилий приравнивают папоротник к обременительным сорнякам, вредным для сельского хозяйства. Также Вергилий рекомендует его в качестве подстилки для скота.
В I веке н. э., как говорит Колумелла: «Разрешается срубить папоротник без вреда для соседа, даже более того, с исполнением обязанности.»
Плиний пишет в IX главе XXVII книги следующее:
«есть два вида папоротника, которые не дают ни семян, ни цветов. Один из них, считающийся мужским, производит из одного корня множество папоротников, длиной более двух локтей, и не имеющих неприятного запаха. Другой имеет один стебель, не разветвленный и не бывает высоким, а более короткий и нежнее. У него более густые листья, а у корней они имеют выемку. Свиньи поедают корни обоих видов, которые у обоих длинные, извилистые и черные, а также твердые, особенно когда они сухие. Растут повсюду, но гораздо больше в холодных местах. Они выводят из организма в первую очередь желчь, а затем воду».
А в VI главе XVIII книги он говорит: «Папоротник погибает через два года, если ему не позволить выпустить листья. Этого эффективнее всего добиться, сломав его побеги палкой, потому что вытекающий из них сок убивает корни. Его ни в коем случае нельзя давать женщинам, потому что он делает их бесплодными, а если они беременны, то вызывает выкидыш».
Диоскорид в книге IV, строка 185, говорит примерно тоже:
«Телиптерис θηλυπτερίς; который некоторые авторы называют «нимфеями птериновыми» νυμφαίαν πτέριν, листьями похожи на «птерид» πτέριδι, но не имеют их на одном черешке, как у него, а имеют многочисленные листья, причем расположенные выше; Корни у основания косые, длинные, большинство из них желтоватые, склоняющиеся к черному цвету, но некоторые красные.
И эти листья, если их принять смешав с медом, изгоняют ленточных гельминтов, а если выпить с вином, то изгоняются множество круглых гельминтов; женщины, которым его дают, становятся бесплодными, а если женщина принимает их во время беременности, у нее случается выкидыш. Сухие листья также прикладывают к язвам и влажным ранам, а также заживляют потертости на шее вьючных животных. Молодые листья успокаивают желудок и употребляются в пищу.»
Гален упоминал папоротник в VIII главе своего труда “о свойствах простых веществ”, утверждая:
«что корень папоротника чрезвычайно полезен, ибо он убивает широкотелого червя, если выпить его в количестве четырех драхм, растворенных в стакане меда. Неудивительно, что он также способен убить живого ребенка и изгнать мертвый плод из тела матери. Папоротник имеет горький вкус и слегка вяжущие свойства. Благодаря этому, приложенный к язвам, он эффективно их высушивает, не вызывая при этом раздражения. Те же самые свойства присущи и женскому папоротнику (θηλύπτερις).»
Папоротники часто встречаются только по одиночке или рассеянно, но в некоторых лесных районах они настолько распространены и многочисленны, что земля полностью ими покрыта. В болотах они вносят значительный вклад в образование торфа, являются хорошим удобрением, могут использоваться в качестве подстилочного материала и содержат много калия, поэтому их выгодно добавлять при сжигании поташа. Там, где они многочисленны, их также можно вырубать и сжигать на бесплодных лесных участках, получая тем самым тот же эффект, что и при разбрасывании золы на бедных лугах.
Там, где папоротники сильно разрослись на лесной подстилке, они оказываются настоящими сорняками, пуская длинные корни в почве и подавляя семена, поэтому их необходимо тщательно искоренять.
Древние авторы советовали прикреплять к плугу пучок папоротника: «Ибо между тростником и папоротником существует немалая вражда: папоротник окруженный посаженным тростником, погибает; и наоборот, тростник, окруженный папоротником, умирает».
В «Георгиках», книга 2, стих 189, Вергилий также говорит: «И папоротник питает невидимые изогнутые плуги»
Дуранте также подмечает некоторые причуды своего времени: «Измельченный корень, смешанный с жиром, помогает при ранениях от стрел из тростника.»
Как известно все магические практики с растениями особенно процветали в Византии, и после ее падения в XV, некоторая их часть перекочевала в Европу.
Но даже в Средневековье в медицинских трактатах, где упоминался папоротник, описания мистических свойств отсутствуют. Чего нельзя сказать о народе и духовенстве.
Папоротники, как считает простой народ, не имеют семян и поэтому способны делать женщин бесплодными. В любовных букетах они означают бесплодие и забвение. Простые люди верят, что семена папоротника можно собирать только в ночь святого Иоанна, используя определенные заклинания, чтобы отогнать демонов, охраняющих его. Они также верят, что папоротники отпугивают змей, помогают от ревматизма и заклинаний колдунов. Нельзя беременным женщинам переступать или наступать на папоротники, что чревато выкидышем.
Так в уставе Карпенето, опубликованном в 1456 году, есть заголовок:
«Установлено, что никто не имеет права копать или заставлять кого-либо другого копать в виноградниках папоротник. Если кто-либо нарушит это, то будет подвергнут аресту для каждого лица и каждого случая на сумму 5 солидов и столько же за возмещение ущерба»
Считалось, что карпенетский статут запрещал выкапывать папоротники, чтобы их не использовали в заклинаниях.
Также в XV веке отцы Феррарскаго собора свидетельствуют, как распространены были в итальянском народе суеверия купальской ночи:
«Запрещаем и не дозволяем, чтобы кто-либо в ту ночь, которая предшествует священному дню Рождества святого Иоанна Крестителя, собирал папоротники и их семена, собирал, срезал, вырывал травы любого рода, и чтобы он предавал земле их или другие семена, а также чтобы он выставлял льняные или шерстяные ткани ночному воздуху или росе для их сбора, будучи движим пустым суеверием, что моль или другие животные не прикоснутся к ним и не изъедят их.»
Но позже, можно только удивляться, как ловко духовенство «приватизирует» все эти суеверия включая языческие обряды.
В середине XVI века кармелить Battista Mantovano в латинских виршах, которые он посвятил описанию праздничных дней, еще раз возвращается к купальским огням и цвету папоротника:
«О рождении Святого Иоанна Крестителя.
Вот наступает двадцать четвертый день июня.
Несите факелы, возжигайте фимиам, зажигайте светильники и так далее.
Есть также те, кто клянется, что папоротник в эту ночь
порождает семена и в эту же ночь эти семена отдает.
Поэтому этот день может называться не только праздничным, но и чудесным, который всегда возвращается и приносит с собой чудеса.»
В одном рукописном сборнике начала XVI же столетия находим между прочим объяснение последнему суеверию и сам ритуал, как находить волшебное зелье, переносящие нас на почву христианских двуеверных представлений:
«Семена папоротника обладают следующими свойствами: перед людьми человек, владеющий ими, будет превозноситься во всех добрых делах, никогда не будет нуждаться, получит любую желаемую милость и не умрет без покаяния. Поэтому дьявол, разрушитель всего доброго, в ночь на Иоанна Крестителя, когда это растение дает семена, старается их похитить, чтобы люди не смогли обрести это благо. Мессер Санто Джоваккино (?) нашёл средство против видимых и невидимых козней дьявола. Способ сбора семян таков: возьми листы хлопковой бумаги, расположи их вокруг наподобие фонаря и на каждом листе напиши следующие евангельские отрывки, а именно:
«В начале было Слово»;
«Свободная благодать страха в Иисусе Христе, то есть Евангелие Рождества Девы Марии»;
Евангелие: «Иисус изгонял (?) демона, то читается.... в воскресенье
Великого поста»;
и другое Евангелие: «Когда одиннадцать учеников возлежали, что читается на праздник Вознесения Иисуса Христа».
И когда ты напишешь эти евангелия, разорви бумагу и положи ее под папоротник; и это делается в канун дня Святого Иоанна Крестителя после захода солнца. А утром, прежде чем взойдет солнце, пойди к упомянутой траве и найдешь названное семя.»
В XVIII веке суеверия по поводу папоротников ослабевают, его развешивают на эшафотах или чердаках, чтобы предотвратить скопления мух, а также ставят на корзины с продаваемым виноградом. Вареные корни папоротника дают детям, страдающим от глистов.
Но все же находились проницательные и корыстные люди, которые использовали его как тайное средство. Так вдова хирурга Нуффера, жившая в Муртене, в течение 20 лет успешно применяла специальное секретное средство против ленточных червей, которому она научилась у своего мужа, не только для многих швейцарцев, но и для нескольких выдающихся иностранцев, которых репутация ее средства привлекала в ее дом даже из самых отдаленных регионов. Когда король Франции услышал об этом знаменитом средстве и добился его успешного применения у многих больных ленточными червями у известных врачей Лассона, Маккера, де ла Мотта, де Жюссье, Карбури и Касде, он купил его у вышеупомянутой госпожи Нуффер за 18 000 ливров и публично объявил о его продаже.
Этот знаменитый арканум содержал не более 3 драхм порошка Filix mas, размешанного в 4-6 унциях воды. После его употребления надо было принять слабительное.
Однако постепенно этот корень начал утрачивать свою репутацию среди французских врачей, и как заметил Вильденова: «Некоторые сочли корень очень эффективным, другие использовали его лишь изредка, а третьи вообще не увидели хваленого эффекта».
Шрадер в 1803 году указал, что это произошло из-за путаницы в видах папоротников, неправильного сбора и хранения, поскольку даже свежий корень, если его тщательно не очистить и не хранить в герметичной упаковке, постепенно меняет цвет с зеленоватого на коричневый и перестает проявлять свой характерный запах и вкус. Только свежие, рыхлые части зеленого цвета необходимо быстро высушить, измельчить в порошок и хранить в герметичной таре.
Бергиус, таким образом, совершенно справедливо замечает, что, несмотря на ранее широко распространенное и ясное понимание, более поздние врачи настолько запутались в лечении ленточных червей этим средством, что назначали его в слишком малых дозах, что привело к созданию секретности. После раскрытия всех этих секретных средств корень папоротника обыкновенного не только сохранил, но и повысил свою репутацию.
Позже химики выделили наиболее активные компоненты папоротника с помощью эфирной экстракции. Сначала Пейе назвал продукт эфирного экстракта корня папоротника «Oleum Filicis maris», а затем Бюхнер назвал его более корректно — «Extractum resinosum Filicis».
Эфирная экстракция мужского папоротника оставалась актуальной до 70 годов XX века.
Ну, а теперь, когда мы уже знаем о папоротнике достаточно много, то можем перейти к моему маленькому открытию, а именно секрету «цветка папоротника».
В принципе этот секрет лежал на поверхности и к нему подводил лишь накопленный труд исследователей прошлых веков.
Афанасьев в своих работах (выдержки из которых я опубликовал в первой части папоротниковой трилогии) подводит нас к главному богу славянской мифологии – Перуну, богу грозы, молнии. Его символизирует красный цвет, грохот, огонь, молния, яркая вспышка.
К описанным раннее материалам можно добавить еще цитаты из работ этнографов 19 века:
«Только-что наступит полночь, изъ середины широколистнаго папоротника поднимается цвѣточная почка, шевелится она, двигается ровно живая, и вдругъ съ страшнымъ трескомъ разрывается и тутъ является огненный цвѣть... Незримая рука тот-час срывает его... То „цвѣтъ-огонь “, дарованный богомъ Ярилой первому человѣку.... То - царь-огонь!... Страшно подходить къ чудесному цвѣту, рѣдкій кто рѣшится идти за нимъ въ Иванову ночь»
«Многіе ученые объясняютъ значеніе названія папороти отъ пера или крыла птицы и находять связь въ мифическомъ цвѣть его съ Перуномъ.…разрывается и распускается огненный цветокъ, блескъ котораго освѣщаеть все кругомъ; циѣтеніе сопровождается землетрясеніемъ, громовыми ударами и ослѣпительной молніей;…и если онъ испугается,то онъ для него потерянъ.»
«На папоротникъ, по народному преданію, нисходить огонь Перуна и вспыхиваетъ яркимъ цвѣтомъ. Это и есть воображаемый цвѣтъ папоротника, и отсюда составилось мнѣніе, будто бы онъ цвѣтеть толькоразъ въ годъ, въ полночь на 24 іюня.»
Вторая часть трилогии о «папоротнике», рассказывает о спорах (семенах папоротника). Хотя они тоже в мифологическом плане приводят к Богу-громовнику.
Самая активная фаза спороношения папоротников начинается как раз во второй половине июня, и 24 число самое благоприятное в этом плане.
Далее можно представить два варианта: первый, как ярый молодой «язычник», взявшись за руки с прекрасной дивчиной в неистовом танце по кустам папоротников вздымают в воздух «облако спор» и с возгласами «Слава Перуну! Да будет Свет!!!», запускает горящую головешку с купальского костра в это «облако». Второй, запуганный страшными историями, молодой парубок сидит в полночь под кустом папоротника со свечкой, читая заклинания и нечаянным образом стряхивает на свечу некоторое количество спор. В обоих случаях, в зависимости от видов папоротников и их состояния, эффект должен быть впечатляющим.
В травниках позднего Средневековья в роду папоротников числилось еще одно споровое растение известное сейчас, как Плаун, вот что о нем писали в XIX веке:
«Это растение, близкородственное папоротнику, носит своеобразное название плаун из-за сходства его густо поросших молодых побегов с волосатой лапой животного. Раньше считалось, что после солнцестояния, когда дни начинают укорачиваться, злые духи обретают большую власть над людьми. Чтобы отпугнуть темные силы тьмы, люди искали усики плауна, опоясывались ими и бросали венки из этой травы в костры Святого Иоанна. Отсюда растение также носило названия поясная трава и зверобой. Споры казались особенно загадочными. Поскольку они плохо смешиваются с водой и воспламеняются в огне, подобно молнии, их считали сернистым порошком, ниспосланным растению злыми духами, и называли ведьминской мукой. В старинном травнике об этом говорится: «В июле и августе в растении обнаруживается бледно-желтая пыль, мука или порошок, которые некоторые принимают за семена. Желтоватая мука или порошок, брошенные через трубку в горящий огонь, испускают сильное пламя или вспышку из-за содержащихся в них едва заметных сернистых частиц, поэтому некоторые называют это Sulphur vegetabile (растительная сера)»».
В другой книге читаем: «Пыль горит желтым пламенем, не имеет запаха и продается во всех аптеках под названиями: порошок, плаун, гранулы и мука из амброзии. Поэтому ее также используют люди, собирающие травы для аптек, и фокусники для различных трюков, поскольку она всегда упоминается в книгах по магии, особенно в связи с цветным огнем.»
Споры плауна продаются до настоящего времени под названием «Ликоподий», и пользуются большим спросом для пиротехнических шоу.
Споры папоротника по своей природе не сильно отличаются от спор плауна. Некоторые виды папоротников могут производить гораздо большее количество спор чем плауны.
«Поймать зайчика» от яркой вспышки, как говорят сварщики, объясняет многие поверья, связанные с «невидимостью»: «в Англии, например, верят, что семя папоротника ослепляет человека.»
«В Вестфалии крестьянин использует название папоротник «Faren» для обозначения болей в глазах и блуждающих болей».
Выходит, что "цветок папоротника", это ничто иное как интерпретация возгорания его спор!
Как говорят философы: «Миф это сверх реальность», сюда можно добавить, если его правильно истолковать.
И в завершении стихотворение малоизвестного поэта XIX века П.Д.Бутурлина "Огненный цветок":
"Осилив злобный гнев и леших, и бесов,
Грицько стоит и ждет с бушующей душою.
Чтоб папоротник вдруг в немой глуши лесов
Таинственно зацвел волшебною звездою.
"Сорву! ...хоть с сатаной бороться я готов
За огненный цветок! Сорву - и клад открою!
И буду я богат... богаче всех панов!
И будет милая так счастлива со мною!
"А между тем, увы! зарозовел восток,
И парубок судьбу с слезами проклинает.
Что ж? может быть, и впрямь тут виноват лишь рок...
Хотя бы только раз,но счастье распускает
Для каждого из нас свой огненный цветок;
Блажен, кто быстрый миг цветенья угадает!"
Сергей Банкетов © 2026