— Я для тебя кто? Жена?
Он раздраженно нахмурился.
— Конечно жена. — В его голосе я услышала что-то, чего не смогла понять.
— Тогда заяви на меня права! Сделай своей.
Я почувствовала, что почти соблазнила его, и жаждала сегодня вечером заняться сексом.
— У меня тоже есть потребности. Ты бы предпочел, чтобы я нашла любовника, который освободит тебя от необходимости спать со мной?
Я не была уверена, что у меня хватит на это духу. Нет, я знала, что ничего подобного никогда не сделаю, но эта провокация была моим последним шансом. Если Данте не отреагирует и на это, то не представляю, что еще предпринять.
— Нет, — произнес он резко, и что-то злое и собственническое пробило его идеальную маску.
***
Я была слишком молода, чтобы оставаться одинокой, но никогда бы не подумала, что отец найдет для меня нового мужа так скоро, и совершенно точно не ожидала, что им станет Данте Кавалларо.
Антонио похоронили всего лишь девять месяцев назад, и поэтому моя помолвка была на грани неприличия. При обычных обстоятельствах мать оказалась бы в первых рядах тех, кто набросится на всякого, нарушившего этикет, и все же она не усматривала ничего неправильного в том, что сегодня, меньше чем через год после прощания с Антонио, мне предстояло встретиться со своим новым мужем. Я никогда не любила Антонио так, как любит женщина мужчину. И хотя по сути наш брак был фиктивным, все же надеялась на какую-то отсрочку, прежде чем мне вновь придется выйти замуж, особенно если в этот раз выбор делаю не я.
— Тебе невероятно повезло, что Данте Кавалларо согласился взять тебя в жены. Для многих стало неожиданностью, что он решил выбрать женщину, которая уже однажды побывала замужем. Ведь он мог выбрать кого-то из юных девушек, — говорила мать, причесывая мои темно-каштановые волосы.
Она не хотела задеть мое самолюбие, а всего лишь озвучивала очевидное. Я знала, что это правда. Все знали.
Такой мужчина, как Данте, занимавший высокое положение в обществе, не должен подбирать объедки после другого, менее авторитетного мужчины. Скорее всего, многие так и думали, но так получилось, что я должна выйти за него замуж. На самом деле я не хотела брака с кем-то столь влиятельным и коварным, как Данте Кавалларо. Я хотела остаться одна, по меньшей мере для того, чтобы защитить тайну Антонио. Как я смогу продолжать обманывать? Данте известен как человек, который всегда умеет распознать ложь.
— Через два месяца он будет главой Синдиката, и когда ты выйдешь за него, то станешь самой могущественной женщиной Чикаго и Среднего Запада. И если будешь поддерживать дружеские отношения с Арией, у тебя окажутся связи и в Нью-Йорке. Моя мать, как обычно, бежала впереди паровоза и уже распланировала мировое господство…
[...]
— Неужели он ни с кем не встречался с тех пор, как умерла его жена? — спросила я. Сплетни в наших кругах расползались быстро, но я могла и что-нибудь пропустить. Пожилые женщины Семьи многое знали о грязном белье всех остальных. Откровенно говоря, сплетни были главным развлечением для многих из них.
Мать печально улыбнулась.
— Официально нет. Ходили слухи, что он не мог забыть жену, но прошло больше трех лет, и теперь, когда он собирается стать главой Синдиката, ему нельзя цепляться за память об умершей женщине. Он должен двигаться дальше и произвести на свет наследника. — Она положила руки мне на плечи и произнесла с лучезарной улыбкой: — И ты, моя дорогая, станешь той, кто родит ему прекрасного сына. У меня скрутило живот.
— Ты слишком торопишься.
Мать со смехом покачала головой.
— Все случится очень скоро. Свадьба состоится через два месяца.
Если бы это зависело от матери и отца, свадьба состоялась бы еще несколько недель назад.
Читайте продолжение в откровенной романтической книге “Связанные долгом” (18+). Краткое описание ниже:
Оставшись вдовой, Валентина Ареско не стремилась снова выйти замуж. Но судьба приготовила ей сюрприз: родители организовали ее брак с Данте Кавалларо, будущим Доном чикагского Синдиката. В свои тридцать шесть он будет самым молодым главой этой преступной организации в истории. Данте отличают невозмутимость, безжалостность, рациональность и холодность. Четыре года назад он потерял любимую жену, и его сердце окончательно сковал ледяной панцирь. Валентина не интересует его как женщина, ему нужна лишь возможность упрочить свой статус. Но Вэл не готова с этим мириться.