Пражская весна — период либеральных политических и экономических реформ в Чехословакии, развернувшийся с января по август 1968 года под руководством нового лидера Коммунистической партии Чехословакии (КПЧ) Александра Дубчека. Это движение, провозгласившее целью создание «социализма с человеческим лицом», стало самой масштабной попыткой демократизации в рамках социалистического блока, но было жёстко подавлено вторжением войск стран Варшавского договора, что подтвердило доктрину ограниченного суверенитета социалистических стран.
Предпосылки Пражской весны коренились в нарастающем экономическом застое и политическом недовольстве в Чехословакии середины 1960-х годов. Жёсткая сталинистская модель, унаследованная от прежнего лидера Антонина Новотного, тормозила развитие. Промышленность теряла конкурентоспособность, сельское хозяйство находилось в упадке, рос дефицит товаров, а интеллигенция и молодёжь требовали больших свобод. В январе 1968 года на пленуме ЦК КПЧ консервативный Новотный был смещён с поста первого секретаря партии, и его место занял Александр Дубчек, словацкий реформатор, пользовавшийся поддержкой как партийного аппарата, так и общества.
Под руководством Дубчека начался процесс демократизации, который вышел из-под контроля партийных рамок и превратился в общественное движение. Был отменена цензура, что привело к невиданной свободе слова в прессе, на радио и телевидении. Возникли дискуссионные политические клубы и начали формироваться элементы гражданского общества. Ключевым документом стала «Программа действий КПЧ», принятая в апреле 1968 года. Она предусматривала федерализацию страны (уравнение в правах чехов и словаков), экономическую реформу с элементами рыночного самоуправления, гарантии гражданских свобод и возможность существования других политических организаций при сохранении ведущей роли КПЧ. Лозунг «социализма с человеческим лицом» означал стремление сочетать социалистические основы с демократическими свободами и отказ от репрессивной практики.
Первоначально руководство СССР во главе с Леонидом Брежневым относилось к реформам с настороженностью, но не вмешивалось. Однако по мере радикализации процесса — появления calls к выходу из Варшавского договора, критики СССР, возрождения социал-демократической деятельности — тревога в Москве и столицах других восточноевропейских стран (особенно ГДР и Польши) нарастала. Советское руководство опасалось «цепной реакции» и ослабления единства социалистического лагеря в разгар Холодной войны. Серия напряжённых встреч между лидерами не привела к компромиссу: Дубчек уверял в верности союзническим обязательствам, но отказывался сворачивать реформы.
В ночь на 21 августа 1968 года войска пяти стран Варшавского договора (СССР, Польши, ГДР, Венгрии и Болгарии) общей численностью около 250 тысяч человек пересекли границу Чехословакии. Операция «Дунай» носила стремительный характер. Несмотря на приказ правительства Чехословакии не оказывать вооружённого сопротивления, население ответило массовыми ненасильственными акциями протеста: люди выходили на улицы, вступали в споры с солдатами, создавали подпольные радиостанции, переименовывали улицы и указатели, чтобы дезориентировать войска. Однако сопротивление было бесполезным против военной машины. Руководство КПЧ во главе с Дубчеком было арестовано и вывезено в Москву.
Под давлением Дубчек и его соратники были вынуждены подписать так называемый Московский протокол, который фактически означал капитуляцию. Он предусматривал отмену реформ, восстановление цензуры и роспуск всех «антисоциалистических» организаций. Хотя Дубчек формально оставался у власти до апреля 1969 года, реальное управление перешло к консерваторам, лояльным СССР. Начался период «нормализации» — постепенного свёртывания всех завоеваний Пражской весны, чисток в партии и обществе, преследования инакомыслящих.
Вторжение в Чехословакию имело далекоидущие последствия. Оно окончательно дискредитировало идею реформирования «реального социализма» изнутри и похоронило надежды на конвергенцию двух систем. В СССР оно способствовало усилению консервативных сил и разгрому остатков либеральных кругов. На международной арене Запад ограничился формальными протестами, продемонстрировав фактическое признание сфер влияния в Европе. Для самой Чехословакии Пражская весна и её подавление стали национальной травмой, предопределившей два десятилетия политической апатии и застоя, пока в 1989 году эта травма не выплеснулась в ходе «Бархатной революции». Таким образом, Пражская весна осталась в истории как яркая, но трагическая попытка обновления, жёстко пресечённая во имя идеологического единства и геополитических интересов СССР.