XIII. Новые угрозы
Спустя 36 часов после получения приказа на орбиту Сатурна начали прибывать подкрепления. Первые три крейсера класса «Авангард» замерли в строю, их корпуса отливали стальным блеском в лучах далёкого Солнца. За ними тянулись транспортные суда с ремонтными модулями и боезапасом.
Громова наблюдала за манёврами с мостика «Север‑3». На экране развернулась голограмма оперативного штаба — десятки меток, каждая из которых обозначала корабль или станцию.
— Майор, — раздался в коммуникаторе голос Волкова. — Первые бригады уже приступили к ремонту генераторов. Но сроки…
— Знаю, — перебила она. — Нам дали две недели на полную модернизацию. А у «Ориона» может быть новый план уже через сутки.
На соседнем экране вспыхнула сводка разведки:
«Неизвестные сигналы в секторе G7. Частота и модуляция не соответствуют ни одному из известных флотов. Предположительный источник — астероидный пояс».
Громова нахмурилась.
— Петров, подключите мне аналитический отдел. Немедленно.
XIV. Тени из глубин
В зале анализа данных царил полумрак. Голографические проекции кружились над столом, вырисовывая схемы сигналов. Старший аналитик, капитан Ли, указал на пульсирующую кривую:
— Вот. Повторяется каждые 17 секунд. Это не шифр и не аварийный код. Больше похоже на… биологический ритм.
— Биологический? — Громова склонилась к проекции. — Вы уверены?
— На 89 %. Частота совпадает с сердечными ритмами некоторых ксеноформ, но амплитуда в 10 раз выше. Словно это… — он запнулся, — сердце гигантского существа.
В помещении повисла тишина. Даже шум систем казался приглушённым.
— Отправьте данные в штаб, — приказала Громова. — И активируйте все сенсоры дальнего обнаружения. Если это не «Орион», то нам нужно знать, с чем мы имеем дело.
XV. Разделение сил
На экстренном совещании командного состава атмосфера накалилась.
— Мы не можем бросить «Север‑3» без защиты, — настаивал командир крейсера «Авангард‑1». — Если это ловушка «Ориона»…
— А если это что‑то иное? — перебил Волков. — Мы уже потеряли 12 человек. Следующий удар может стереть базу с карты.
Громова подняла руку, прерывая спор:
— Решение принято. Часть сил останется для обороны «Север‑3». Остальные — под моим командованием — отправятся к сектору G7. Нам нужно выяснить природу сигналов.
— Это риск, — прошептал Петров, когда совещание завершилось.
— Риск — наша работа, лейтенант, — ответила она, глядя на экран, где мерцала загадочная пульсация. — И если это действительно что‑то живое… мы должны быть готовы.
XVI. В сердце тьмы
Эскадра из пяти кораблей двигалась сквозь астероидный пояс. Сканеры работали на пределе, выхватывая из темноты обломки льда и камня.
— Сигнал усиливается, — доложил штурман «Полярного‑6». — Источник в 200 километрах.
На экране появилась структура: гигантская тень, окутанная вихрями космической пыли. Её контуры напоминали… корабль? Существо?
— Это не техника, — прошептал Ли, изучая данные. — Структура органическая. И она… дышит.
Громова сжала подлокотники кресла.
— Всем кораблям — боевой режим. Но огня без моего приказа.
Тень начала двигаться. Медленно, словно пробуждаясь от тысячелетнего сна.
XVII. Первый контакт
Гигантская форма развернулась, открывая исполинскую пасть, усеянную кристаллическими «зубами». Из глубины вырвался импульс — не энергетический, а… звуковой. Колебания пронзили корпуса кораблей, заставляя системы визжать от перегрузки.
— Это… песня? — удивился Волков.
— Нет, — ответила Громова, вглядываясь в проекцию. — Это язык.
На экранах вспыхнули символы — не коды, а образы: звёзды, взрывы, фигуры в доспехах. Послание.
— Оно показывает войну, — догадался Ли. — И нас… как участников.
Громова почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Оно знает о «Орионе». И, кажется, считает нас союзниками.
В этот момент из недр существа вырвался луч света, направленный на «Полярный‑6». Но не как оружие — как… связь.
— Принимайте сигнал, — приказала она. — Мы должны понять.
XVIII. Откровение
В командном центре развернулась голограмма — карта галактики, испещрённая отметками. Одни горели красным (враги), другие — синим (союзники). Среди синих мерцала точка «Север‑3».
— Это архив, — дрожащим голосом произнёс Ли. — Тысячелетняя хроника. Оно… они воевали с теми, кого называют «Тенью».
— «Тень» — это «Орион»? — уточнил Волков.
— Не совсем, — ответила Громова, изучая символы. — «Орион» — лишь пешка. А «Тень»… это сила, которая стоит за ними.
Существо (если его можно было так назвать) послало последний образ: гигантская фигура в чёрном, протягивающая руку к звёздам.
— Оно предупреждает, — прошептала Громова. — Война только начинается. И мы — на передовой.
XIX. Выбор
Вернувшись на «Север‑3», Громова собрала командный состав.
— У нас два пути. Первый — укрепить оборону, ждать подкреплений и надеяться, что «Орион» не нанесёт удар. Второй… — она сделала паузу, — принять помощь этого существа и атаковать первыми.
— Это безумие, — возразил командир «Авангарда». — Мы не знаем его намерений!
— Зато знаем намерения «Ориона», — резко ответил Волков. — И они не оставляют нам выбора.
Громова посмотрела на голограмму существа, всё ещё мерцающую на экране.
— Мы идём на контакт. Но на наших условиях.
XX. На пороге бури
На следующий день эскадра вновь вышла в астероидный пояс. На этот раз рядом с «Полярным‑6» плыла тень — гигантское существо, чьё тело переливалось, словно опал.
— Связь установлена, — доложил Ли. — Оно готово вести нас к координатам, где «Тень» собирает силы.
Громова встала у панорамного окна, глядя, как звёзды сливаются в размытые полосы при разгоне.
— Лейтенант Петров, — сказала она, не оборачиваясь. — Передайте всем кораблям: мы вступаем в новую фазу. Пусть каждый помнит — мы защищаем не только «Север‑3». Мы защищаем всё, что нам дорого.
— Есть, майор, — отозвался он. — Приказ передан.
Коридоры базы наполнились гулом шагов, звоном металла и голосом диктора, повторяющего:
«Экипаж, приготовиться к гиперпрыжку. Цель — сектор Z9. Время до старта: 10 минут».
Громова закрыла глаза, вспоминая лицо дочери. Затем выпрямилась.
— Начинаем, — произнесла она. — Пусть звёзды будут к нам благосклонны.