Мозг не спорит с реальностью.
Он повторяет то, что мы ему показываем.
Каждый раз, когда человек снова и снова прокручивает один и тот же образ, одну и ту же мысль, одно и то же ожидание, в нём укрепляется не идея, а путь к ней. Не вывод, а привычка. Мозг учится не истине, а маршруту. И чем чаще мы идём по одному следу, тем менее заметными становятся другие.
В этом нет мистики. Есть экономика внимания. Сознание умеет держать немногое. Всё остальное уходит ниже, туда, где решения принимаются без слов. Там нет логики и аргументов. Там есть автоматизм. Именно он управляет большей частью жизни.
Мы искренне хотим одного, а делаем другое не потому, что лжём себе, а потому что давно тренируем не то. Мы повторяем образы тревоги и называем это осторожностью. Мы прокручиваем поражения и называем это реализмом. Мы усиливаем внутреннюю суету и удивляемся, почему не слышим ясность.
Самое обидное в этом механизме не то, что он существует.
А то, что он работает всегда.
Независимо от наших намерений.
Тишина пугает именно потому, что в ней нечего репетировать автоматически. В тишине приходится присутствовать. А присутствие не масштабируется и не ускоряется. Его нельзя заменить эффектом.
Поэтому истина редко нуждается в сопровождении. Она выдерживает паузу. Она не требует доказательств в виде громкости. Она просто остаётся, если мы достаточно долго не отворачиваемся.
Мозг пластичен.
Но он не переписывается желаниями.
Он переписывается тем, чему мы позволяем повторяться.
— Эвальд Алиев