Пять лет назад Антон сказал мне, что уходит к женщине, у которой «есть будущее». Сегодня я смотрю, как эта женщина теряет свой ресторан по крупицам, а я собираю его лучшие куски в свою новую империю. Но самое интересное впереди: она до сих пор не понимает, кто стоит за падением ее бизнеса. А когда поймет - будет поздно.
Кофейня «Seasons» находилась в двух кварталах от ресторана «Амадей». Я сидела у окна, наблюдая за входом в заведение Киры Валентиновны - той самой женщины, ради которой мой муж разрушил семилетний брак.
- Елена Павловна, ваш капучино, - официантка поставила передо мной чашку.
Я кивнула, не отрывая взгляда от «Амадея». Красивое здание, хорошее расположение, постоянный поток гостей. Пять лет назад, когда Антон собирал вещи, он швырнул мне в лицо фотографию этого ресторана.
- Видишь? - его голос дрожал от возбуждения. - Вот что значит настоящий успех. Кира построила это за три года. А ты? Ты просидела дома, растила ребенка и превратилась в серую мышь.
Тогда я молчала. Сжимала в руках полотенце и смотрела, как отец моей дочери уходит к женщине с «перспективами». Кира была старше меня на десять лет, разведена, бездетна и полностью посвятила себя карьере. Она была всем, чем я не являлась в тот момент.
Но это было пять лет назад.
Сейчас я - Елена Крылова, шеф-повар ресторана «Сапфир», который за два года стал главным конкурентом «Амадея». И Кира даже не подозревает, что женщина, которая медленно, методично отбирает у нее бизнес - это та самая «серая мышь».
Мой телефон завибрировал. Сообщение от су-шефа: «Поставщик морепродуктов согласился. С понедельника работаем только с нами».
Я улыбнулась. Это был поставщик «Амадея». Эксклюзивный контракт, который Кира лично выбивала три года назад. Теперь он мой.
Путь к мести начался с работы посудомойщицей в кафе на окраине. Владелец, Игорь Степанович, бывший шеф-повар отеля, научил меня готовить. Два года я работала по двенадцать часов в день, училась, участвовала в конкурсах.
А потом увидела вакансию в ресторане «Сапфир» - главном конкуренте «Амадея». Владелец Михаил Борисович взял меня после пробной смены. Через три месяца я стала шеф-поваром.
Первый раз я увидела Киру и Антона вживую через год работы в «Сапфире». Они пришли к нам на ужин.
Я стояла на кухне и смотрела в монитор зала. Антон постарел. Виски поседели, под глазами мешки. Кира выглядела ухоженной, но усталой. Бриллианты в ушах, платье от кутюр, но лицо напряженное.
- Шеф, заказ на двенадцатый стол, - су-шеф протянул мне планшет.
Антон заказал стейк рибай с овощами гриль. Кира - лосося с киноа.
- Я сама приготовлю, - сказала я.
Я вложила в эти блюда все свое мастерство. Стейк получился идеальным: хрустящая корочка, нежная серединка, правильная прожарка медиум-рэр. Лосось таял во рту.
Официант вернулся через двадцать минут.
- Гости на двенадцатом столике в восторге. Спрашивают, можно ли познакомиться с шеф-поваром.
Я сняла фартук, поправила волосы. Шеф-поварский китель скрывал фигуру, а я похудела на пятнадцать килограммов за эти годы. Коротко подстриглась, сменила цвет волос на более темный. Антон меня не узнает.
Я вышла в зал. Подошла к их столику.
- Добрый вечер. Я шеф-повар Елена Крылова. Рада, что вам понравилось.
Антон поднял на меня глаза. Я видела, как он изучает мое лицо, пытаясь понять, почему оно кажется знакомым. Но нет - не узнал.
- Потрясающе, - Кира улыбнулась светской улыбкой. - Вы превзошли даже «Амадей». А это мой ресторан, между прочим.
- Я знаю, - спокойно ответила я. - «Амадей» - легенда города. Для меня большая честь составить вам конкуренцию.
Кира прищурилась.
- Конкуренцию? Милочка, вы работаете всего год. «Амадей» существует восемь лет.
- Возраст не всегда показатель качества, - я улыбнулась. - Иногда молодость приносит свежие идеи.
Антон вмешался:
- Лена... простите, Елена Павловна. У вас необычная подача классических блюд. Где вы учились?
- В жизни, Антон Григорьевич. Жизнь - лучший учитель.
Я развернулась и вернулась на кухню. Руки дрожали. Сердце колотилось. Но я сделала это. Я смотрела им в глаза и не дрогнула.
После того вечера я начала действовать системно. Узнала, кто обслуживает «Амадей»: поставщики, дизайнеры, маркетологи. Начала переманивать их одного за другим.
Михаил Борисович поддержал меня.
- Конкуренция - это нормально, - сказал он. - Если Кира теряет позиции, значит, расслабилась. А в нашем бизнесе расслабляться нельзя.
Первым перешел к нам поставщик мяса. Я предложила ему лучшие условия и стабильные заказы. Он согласился.
Через месяц я переманила су-шефа «Амадея». Молодой талантливый парень, которого Кира недооценивала и мало платила.
Еще через два месяца - диджитал-маркетолога, который вел соцсети ресторана.
«Амадей» начал терять обороты. Посещаемость падала. Я видела это по отзывам в интернете: «Раньше было вкуснее», «Сервис ухудшился», «Цены завышены».
А «Сапфир» рос. Мы открыли второй зал. Запустили доставку. Меню обновлялось каждый сезон.
Кира начала делать ошибки. Снизила цены - потеряла маржу. Подняла обратно - потеряла клиентов. Сменила шеф-повара - потеряла фирменный стиль.
Я наблюдала за ее агонией и чувствовала... пустоту. Не торжество, не радость. Пустоту.
Все изменилось, когда я случайно услышала разговор Антона и Киры. Они снова пришли в «Сапфир» - уже в третий раз за месяц. «Амадей» явно сдавал позиции, если владелица предпочитала ужинать у конкурентов.
Я стояла в подсобке, разбирая накладные. Дверь была приоткрыта, и я слышала их голоса из коридора.
- Кир, мы банкроты, - устало говорил Антон. - Долги по кредитам, персонал разбежался. Нужно продавать ресторан, пока еще есть что продавать.
- Никогда! - голос Киры дрожал. - Это мое детище! Я восемь лет строила бизнес!
- И я пять лет пытался тебе помочь! - взорвался Антон. - Я ушел от жены ради тебя! Бросил дочь! И что? Ты даже не ценишь это!
Воцарилась тишина.
- Жалеешь? - холодно спросила Кира.
- Каждый день, - тихо ответил Антон. - Елена была хорошей женой. Заботливой матерью. Она любила меня. А я променял ее на... на что? На твою карьеру? На твой ресторан, который теперь рушится?
- Вали отсюда, - прошипела Кира. - Вали к своей «хорошей жене». Только вот она тебя уже не ждет.
Я услышала стук каблуков - Кира ушла. А Антон остался стоять в коридоре.
Я вышла из подсобки. Он обернулся. Лицо осунулось, глаза покраснели.
- Простите, - пробормотал он. - Не хотел устраивать сцен в вашем заведении.
- Ничего страшного, - я протянула ему бумажную салфетку. - Бывает.
Он взял салфетку, вытер лицо.
- Знаете... я все смотрю на вас и думаю: почему вы мне так знакомы?
Я замерла.
- Может, у меня просто типичная внешность.
- Нет, - он покачал головой. - Что-то другое. Голос. Жесты. Вы мне кого-то напоминаете.
Я сделала глубокий вдох.
- Антон, я - Елена. Твоя бывшая жена.
Он побледнел. Салфетка выпала из рук.
- Что?.. Это невозможно... Лена?
- Она самая. Только теперь я не «серая мышь», которая сидит дома. Я - шеф-повар ресторана, который уничтожает бизнес твоей любовницы.
Антон схватился за стену.
- Ты... это ты переманила всех наших людей? Ты специально?
- А ты как думал? - я усмехнулась. - Ты бросил меня без средств к существованию. Сказал, что я никчемная домохозяйка. Что у меня нет будущего. Ну вот я и построила будущее. Без тебя.
- Лена, я...
- Ты пожалел, что ушел, - закончила я за него. - Слышала. Но это не мои проблемы, Антон. Ты сделал выбор пять лет назад. Живи с ним.
Я развернулась, чтобы уйти, но он схватил меня за руку.
- Подожди! А Вика? Дочь? Как она? Я... я почти не вижу ее. Кира ревнует, когда я провожу с ней время.
Я высвободила руку.
- Вике двенадцать. Она отличница, занимается танцами. Спрашивала про тебя первые два года. Потом перестала. Наверное, смирилась, что у нее нет отца.
Его лицо исказилось от боли.
- Я могу... могу увидеть ее?
- Можешь. Через суд установи график встреч. Как положено.
Я ушла на кухню, оставив его стоять в коридоре.
Через неделю «Амадей» объявили о продаже. Михаил Борисович показал мне объявление.
- Хочешь купить? - усмехнулся он. - Добить конкурента окончательно?
Я посмотрела на фотографии ресторана. Красивый интерьер, удобная планировка, хорошее расположение.
- Хочу, - сказала я. - Но не для «Сапфира». Для себя.
- Для себя?
- У меня есть сбережения. И я хочу сделать из «Амадея» семейный ресторан. Демократичный, уютный. Где мамы с детьми могут спокойно поужинать, а не переживать, что ребенок уронит вилку на мраморный пол.
Михаил Борисович задумчиво кивнул.
- Идея неплохая. В городе нет приличных семейных мест. Тебе нужен инвестор?
- Нужен партнер. Пятьдесят на пятьдесят.
Мы пожали руки.
Сделка прошла быстро. Кира продавала ресторан через агентство, мы общались только с посредниками. Когда она узнала, кто новый владелец, было уже поздно - договор подписан, деньги переведены.
Она приехала в «Амадей» в день передачи ключей. Я стояла в пустом зале - весь персонал уволился, мебель вывезли на склад для реставрации.
- Ты, - Кира остановилась в дверях. - Антон сказал правду. Это действительно ты.
- Я, - спокойно ответила я.
- Ты специально уничтожила мой бизнес. Из мести.
- Нет, - я покачала головой. - Я построила свой бизнес. А твой развалился сам. Ты слишком много времени тратила на то, чтобы выглядеть успешной, и слишком мало - на то, чтобы действительно быть успешной.
Кира сжала кулаки.
- Ты отняла у меня Антона!
Я рассмеялась. Искренне, от души.
- Кира, я не отнимала Антона. Я даже пальцем не пошевелила. Он сам понял, какую ошибку совершил. Но это уже не моя проблема и не моя радость. Мне плевать на него.
- Врешь!
- Не вру. Знаешь, что самое смешное? Я действительно хотела отомстить. Планировала, как буду смотреть на ваши страдания и радоваться. Но когда это случилось... я ничего не почувствовала. Вы оба стали для меня пустым местом.
Кира смотрела на меня с ненавистью и... завистью.
- У тебя все получилось, - тихо сказала она. - Ты нашла работу, которую любишь. Построила карьеру. Растишь дочь. А я... я потеряла все.
- Ты потеряла только деньги и статус, - возразила я. - Это не «все». Ты все еще можешь начать заново. Найти работу, влюбиться по-настоящему, а не в чужого мужа. Жить, а не изображать жизнь.
Она молча развернулась и вышла.
Ресторан открылся через три месяца. Мы назвали его «Семейный очаг». Яркий интерьер, детская комната с аниматорами, меню с блюдами для малышей и взрослых.
В день открытия я стояла на кухне и руководила командой. Новые повара, новая энергия, новая жизнь.
- Мам, можно я помогу подавать салаты? - Вика заглянула на кухню. Она пришла поддержать меня, принарядилась, заплела косы.
- Конечно, солнышко. Только аккуратно, не облейся.
Дочка счастливо закивала и убежала.
В зал вошел Антон. Он остановился, оглядываясь. Я наблюдала за ним через окно выдачи.
Он подошел к стойке администратора.
- Я могу увидеть Елену Павловну? Шеф-повара?
Администратор кивнула и позвала меня по внутренней связи.
Я вышла, вытирая руки полотенцем.
- Привет, Антон.
- Привет, Лен. Я... поздравляю. Красивое место получилось.
- Спасибо.
Мы стояли, молча глядя друг на друга.
- Лен, я хотел сказать... - он запнулся. - Я был идиотом. Я разрушил нашу семью ради химеры. Я потерял тебя, почти потерял дочь. Я не прошу прощения, потому что не заслуживаю его. Но я хочу быть отцом для Вики. Хочу участвовать в ее жизни. Если ты позволишь.
Я посмотрела в зал. Вика смеялась, разливая лимонад по бокалам. Счастливая, беззаботная.
- Ей нужен отец, - сказала я. - Но не тот, который приходит раз в месяц с подарками. А тот, кто будет рядом. На утренниках, на родительских собраниях, когда она заболеет или получит двойку.
- Я буду, - твердо сказал Антон. - Обещаю.
- У тебя последний шанс, - предупредила я. - Если обманешь ее еще раз - все. Больше возможностей не будет.
Он кивнул.
- Понял.
Вика заметила отца и замерла. Потом медленно подошла к нам.
- Пап?
- Привет, зайка, - голос Антона дрожал. - Ты так выросла... Я могу обнять тебя?
Вика посмотрела на меня. Я кивнула. Дочка шагнула к отцу, и он крепко прижал ее к себе.
Я отвернулась. Это был их момент. Не мой.
Зазвонил таймер на кухне. Пора вынимать запеканку.
Я вернулась к своим кастрюлям, сковородкам, ножам. К своей новой жизни, которую построила сама. Без мужчин, без мести, без прошлого.
Просто Елена. Шеф-повар. Мать. Владелица собственного дела.
И мне этого было достаточно.
Жизнь продолжалась. И теперь я точно знала: она прекрасна.