- То есть, они боролись за социализм, получается?
- За социализм, разумеется, - кивнул профессор. – Но социализм для людей, а не чиновников. В этом и вся разница. А в СССР с каждым годом чиновник становился всё властней и властней. Кстати, диссиденты в то время не планировали захватить власть в СССР и даже не имели конкретной программы по его реформированию. Запомните это.
- Но что тогда получается? Разве у власти все были такие, простите, тупые? Они не видели, что люди стараются для этой власти?
- Чуть-чуть неправильно, - усмехнулся профессор. – Чиновники это видели. Но я уже говорил. Любые изменения, это движение. А чиновникам как раз и не нужно это было. Им нужно было болото, понимаете? Тихое, болото.
- Если честно, нет.
- Это потому, что вы честный человек и не имеете тяги к злату, - засмеялся профессор.
- Диссидентское движение никогда не было политическим. Оно было нравственным. Вокруг этого движение сегодня возникает множество споров, но важно понимать, что оно не было однозначным и однородным. Среди несогласных людей были предатели страны, но были и те, кто желал стране лучшего. Все вместе они хотели, чтобы в стране уважались базовые права человека: свободы передвижения, вероисповедания, слова, собраний. А каждая группа в отдельности добивалась чего-то своего, понимаете?
- Нет. Как это каждый своего? А как же базовые принципы?
- Быт определяет сознание, - слышали такое выражение?
- Слышал и что? Опять быт виноват?
- Именно. Сталинской дисциплины в стране уже не было. К тому же был перекос как раз по политическим преступлениям. Надеюсь, вы слышали, что при Хрущёве повыпускали практически всех бандеровцев. Как сейчас говорят, типа амнистировали.
- Слышал, - кивнул Виктор. – Хотите сказать, что они продвинули своих людей во все структуры власти Союза?
- Ну, это громкое утверждение. Но послабления этих категорий людей сегодня сами видите, к чему привело Украину. Да и Прибалтику тоже. Плюс хозяйственные перекосы. Когда окраины интенсивно развивали за счёт центра. Немалую роль играли и мировые события. Это сейчас КПСС пинают кому не лень, что, мол, она изолировала Союз от внешнего мира. На самом деле мы знали всё, что творится за рубежом. И определённые личности реагировали соответственно.
- Например? – прищурился Виктор.
- Например, еврейское движение занималось репатриацией в Израиль, движение крымских татар выступало за то, чтобы вернуться в Крым, откуда татары были депортированы в 1944 году; христианское движение хотело открыто исповедовать Христа и крестить детей; диссиденты -заключенные голодали за то, чтобы соблюдались их права и выполнялись тюремные правила; кришнаиты хотели спокойно заниматься йогой и кормить своих детей вегетарианской пищей, не боясь, что их лишат родительских прав. Эта часть общества ждала лишь перемен в рамках существующего строя, не посягала на его основы и были эти диссиденты, возможно, большими патриотами, чем несшие с трибун привычный бред правильные товарищи.
- А что христианам не давали ходить в церкви?
- Вы не в курсе? – вскинул брови профессор. – Да при Хрущёве церковь зажимали больше чем при Сталине. Хотя именно его винят в этом.
- Парадокс истории? – хмыкнул Виктор.
- Закон информатики, - дёрнул щекой профессор. – Запоминается последнее. А при Хрущёве сталинскую историю перевернули с ног на голову. И выставили его этаким монстром и гонителем всего хорошего. Что, кстати сегодня и преподносят нам собственные либералы.
- Прикрывают свою несостоятельность после Сталина?
- Разумеется. Звоночки в виде очередей за колбасой при Хрущёве или туалетной бумагой в семидесятых превратились в набат в восьмидесятых: пустые полки, уничтожение целых отраслей сельского хозяйства и промышленности, всеобъемлющее телефонное право, полная неадекватность власти и всеобщее двуличие расплодили столько несогласных, что милым словом «диссиденты» называть их стало уже как-то не в масть.
- Ну да снежный комок пусти с горы, образуется лавина, - кивнул Виктор.
- Именно. В шестидесятых людям ещё казалось, что мы вот-вот догоним и перегоним, а разгон художников или тупые эксперименты с кукурузой даже тогдашние вольнодумцы считали досадными ухабами на правильном в общем пути. В те времена основным занятием диссидентства было написание и подписывание писем советскому руководству, содержащих просьбы то-то изменить, к тому-то присмотреться. Что-то переделать или переписать.
- Они были так наивны?
- Что вы хотите от интеллигенции, юноша? - развёл руками профессор. – Они ещё верили в руководящую и направляющую силу партии.
- А в это время крысы чиновники точили её основы, - покачал головой Виктор.
- После сталинских «мрачных времён», такая форма протеста была настоящим проявлением и гражданской позиции, и принципиальности, и смелости. Формировался этакий блок оппозиционеров «от народа», которые, впрочем, представляли лишь малую его часть – интеллигенцию. Ту самую, что пила по кухням портвейн и материлась, осуждая непорядки в великой и могучей. Да и что она могла сделать?
- Зато сегодня продаёт Родину на право и налево, - поморщился Виктор.
- Вы не правы. Не судите по части о целом.
- Хорошо не буду. Но как эти интеллигенты стали предателями?
- Да, была другая часть народа, этих людей тоже можно назвать диссидентами, впрочем, совсем другого окраса. Вот они и стали как раз настоящими предателями.
- Опять из-за быта?
- Быт тоже сыграл в этом не маловажную роль. Вы знаете, значение слова – генезис?
- Нет. А что это?
- Генезис - это происхождение, возникновение; история зарождения и последующего развития, образования, создания чего-либо. Понятно? – Виктор кивнул. – Так вот генезис характеризуется зарождением в самой идеи, что советская идеология не является идеальной. Во многом это стало возможным из-за политики КПСС, которая после Хрущева фактически преследовала интересы правящей номенклатуры, а не государства в целом. Это привело в конечном итоге к застою, но застою не экономическому, а застою в плане развития.
- Социальному застою, хотите сказать?
- Именно. Я уже упоминал, что Хрущёв декларативно прекратил классовую борьбу. Хотя Сталин предупреждал, что классовая борьба при социализме будет неуклонно обостряться. Виной тому — остатки у населения сознания отживающих свой век социальных слоёв и попытки реакционных элементов реставрировать капиталистические порядки. Из дня сегодняшнего прекрасно видно, насколько Сталин был прав в тот момент, - взмахнул руками профессор.
- Мдаа, Сталин опять гениально предвидел последствия.
- Дело не в предвидении, - качнул профессор головой. – Дело в закономерности. Например, если вы перестанете делать по утрам зарядку и много лежать, что с вами станет?
- Ожирею, - фыркнул Виктор.
- Именно это и произошло с партийными чиновниками. Без классовой борьбы они ожирели мозгами. Не замечая вокруг себя перемен, они талдычили раз принятые догмы и не желали работать по-новому на благо всей страны, а не себя любимых.
- Так уж однозначны были диссиденты в своих устремлениях?
- Нет, конечно, - покачал профессор головой. - Диссидентское движение в СССР в 60-80 годах прошлого века можно разделить на три большие категории:
Социал-демократы. Наиболее яркие представители Рой и Жорес Медведевы. Эта группа занималась критикой действующей власти с точки зрения марксистской идеологии. То есть они говорили, что происходящие в СССР не является социалистическим государством, и на самом деле Маркс имел совершенно другое в виду. Отчасти они были правы, но следует понимать, что марксистская идеология была исключительно теоретической, а СССР существовал на практике.
- Но от Маркса отошёл ещё сам Ленин, по-моему. А Сталин так вообще начал против Маркса строить Союз. Маркс же говорил, что социализм первый придёт в Европу.
- Ну не пришёл, что теперь, - засмеялся профессор. – Виновата эта загадочная русская душа. Ей, как всегда больше всех надо. Вот и социализм первыми стали строить.
- Ладно, согласен, - кивнул Виктор, - вы говорите, были и другие?
- Да, были и не одни. Вот либералы, например. Наиболее яркий представитель - академик Сахаров. К этой группе относятся ученые, которые с научной точки зрения доносили своё видение проблем внутри страны. Главная их претензия заключалась в том, что действующая партийная система и действующая система власти не позволяет стране развиваться и не позволяет развиваться, прежде всего, науке. В этом они были правы. Достаточно просто посмотреть на количество нобелевских лауреатов по техническим областям, чтобы всё стало на свои места. В 50-е годы у СССР 3 лауреата по физике и 1 по химии. В 60-е годы у СССР 3 лауреата по физике, никого по химии. В 70-е годы у СССР 1 лауреат по физике, никого по химии. В 80-е годы у СССР не было ни одного лауреата по физике и химии.
- Это я уже слышал, что при Хрущёве и потом, наука стала буксовать. Причина думаю, всё та жа? Чиновникам не нужны были изменения?
- Именно. Вот ещё были - “Почвенники”. Яркий представитель Солженицын. Учениками можно назвать людей, которые выступали с точки зрения христианской идеологии и самобытности России. Именно с этих двух категорий они критиковали действующую систему.
- Эти, похоже, тянули Россию в крестьянство или нет?
- Не совсем. Почвенники высказывались за развитие промышленности, торговли, за свободу личности и печати. Принимая «европейскую культуру», они одновременно обличали «гнилой Запад» — его буржуазность и без духовность, отвергали революционные, социалистические идеи и материализм, противопоставляя им христианские идеалы. Почвенники признавали особой миссией русского народа спасение всего человечества, проповедовали идею сближения «образованного общества» с народом, на народной или национальной «почве» с религиозно-этической основой.
- Духовность, значить? – хмыкнул Виктор. – Пьяные фантазии.
- Вы обижаете самого Достоевского юноша, - засмеялся профессор. – Он тоже стоял у истоков этого движения.
- Что не помешало ему написать “Преступление и наказание”, - усмехнулся Виктор.
- Фёдор Михайлович мыслил объёмными категориями. Кстати, вы знаете, что он самый читаемый писатель в мире? Его произведения переведены на десятки языков мира.
- Я другое слышал. Что он до сих пор не понят правнуками.
- Что есть, то есть, - покачал головой профессор. – Но вернёмся к нашим диссидентам.
- Это что не все ещё?
- Увы. В некоторых учебниках можно найти и четвертую категорию диссидентов - правозащитники. Это люди, которые выступали с защитой диссидентов, пострадавших от власти, а также выступали с защитой прав человека в СССР и с требованием о соблюдении действующей конституции, по которой в стране была свобода слова, печати, митингов и так далее. Яркими представителями правозащитников являются Ковалёв и Якунин.
- Правозащитники? У нас, что, хватали кого-то на улице и бросали в застенки?
- Нет, конечно, но. Правозащитное направление диссидентского движения зародилось 5 декабря 1965 года. В этот день на Пушкинской площади в Москве состоялась небольшая демонстрация, ключевыми лозунгами которой была защита прав и интересов населения. Эта демонстрация мало где описывается, она была малочисленной и непродолжительной. Фактически через несколько минут после ее начала она была разогнанной милицией.
- Это что, кухонная интеллигенция набралась смелости выйти на улицу?
- Не забывайте, был шестьдесят пятый год. Сняли волюнтариста Хрущёва. У народа забрезжили надежды на улучшение жизни. Естественно выступили самые нетерпеливые.
- Ну да, ну да. И получили по пятнадцать суток, скорей всего.
- Кто-то получил. А кого-то засадили в дурдом.
- В дурдом? За что?
- Как за что? Советская система провозглашалась самой передовой и лучшей в мире и тут несогласные с ней. Явные же дураки, - провессор засмеялся.
- Ну, если с этой позиции, то да, - засмеялся и Виктор.
- Вот их и распихивали по психушкам. Потому что сажать вроде не за что было. В дальнейшем правозащитники начали выпускать газету «Хроника текущих событий», в которой описывали все случаи нарушения прав человека в СССР. При этом данная группа диссидентов работала не только в Москве, но и во всех крупных городах страны.
- Так это они давали пищу для всевозможных радиоголосов, вещавших на наши территории?
- Частично и они. Порой не осознанно.
- Как обычно, - поморщился Виктор. – Благими намерениями выстлана дорога в ад.
- Тогда они этого ещё не знали, а может и не понимали?
- Или не хотели понимать? Ведь и дураку ясно, что радиоголоса работали не на пустом месте.
- Против правозащитников шла борьба со стороны государства, - развёл руками профессор, - в том числе и через 5-го отдел КГБ. Большинство правозащитников, которые имели активную позицию и активно участвовали в жизни диссидентов, попали в лагеря, психиатрические больницы или были высланы из страны.
- Где продолжили петь, но уже по чужому сценарию, - кивнул Виктор.
- Пели озлобленные. Были и такие. А кто-то от безысходности. На Западе ведь тоже на что-то надо было жить. Вот и служили.
- Какую ни будь пользу, они принесли хоть стране, людям?
- Правозащитные организации действовали в СССР примерно 15 лет, но существенных изменений в плане прав человека не достигли. Любая эффективная деятельность сопровождалось ответной реакцией властей. Именно это группа людей активно пыталась вовлечь в свою работу западные страны, в частности они, постоянно обращались к западным газетам и правительствам с призывом о помощи.
- Так это эта категория стала предателями?
- В основном. Говоря о диссидентах, большое значение и внимание уделяют нобелевским лауреатам. В 1970 году Нобелевскую премию по литературе получил Александр Солженицын, а в 1975 году академик Сахаров получил Нобелевскую премию мира. Оба видные деятели диссидентства. Если имя Сахарова используются не так обширно, то Солженицын и его Нобелевская премия сегодня раскручивается как эпицентр развитие СССР, и эпицентр его критики с правдивой подачей информации. Уже, будучи нобелевским лауреатом, Солженицын в 1973 году издает свою откровенную фальшивку «Архипелаг Гулаг». Сегодня часто эту книгу преподносят как исторически обоснованную и правдивую. Это не так, и в этом кроется огромный нюанс, который обязательно следует учитывать. Солженицын, в «Архипелаге Гулаг» говорит, что он не основался на исторических документах, а произведение носит исключительно импрессионистский характер. Это важно понимать, поскольку современные общественные деятели, которые пытаются выставить какие-то гипотезы и теории, основываясь на 60 миллионов жертв, обозначенных в «Архипелаге Гулаг», абсолютные профаны и никак не могут реально оценивать события. Ведь Солженицын, еще раз подчеркну, сам сказал, что в его книге нет никаких исторических фактов и документов.
- Объясните это тем ученикам, которых сегодня в школах заставляют учить эту лабуду, - поморщился Виктор. – Как в Библии сказано? Первым было слово! Вот прочитает, какой ни будь Вася про эти 60 миллионов. И переубедите его потом, что это выдумка. Он скажет, как же выдумка, если мы в школе это учили! И учительница нам типа подтвердила.
- Тут вы правы, - кивнул профессор. – На книжке же не написано, что она фантастика.
- Простите профессор, я не пойму, почему власти просто не пересажали диссидентов в те же психушки?
Это что так сложно было?
- Совсем нет. Окончание диссидентского движения в СССР можно отнести к концу 1979 года, когда произошел ввод войск в Афганистан. Практически одновременно с этим событием был арестован академик Сахаров и отправлен в ссылку. После этого в Москве и других крупных городах СССР начались аресты видных деятелей диссидентского движения, большинство из которых в дальнейшем были осуждены. Примерно к концу 1983 года диссидентство было полностью подавлено.
Примечательно, что второй этап зачистки диссидентского движения в восьмидесятые годы сводился либо к аресту людей, либо к ссылкам. Излюбленная тактика по помещению людей в психиатрические больницы, которая активно применялась в 60 и 70 годах, на этот раз не использовалась.
- Ну, наконец-то, спохватились. Или война в Афгане надоумила?
- Может быть. Могла ведь подняться антивоенная война. В Америке, кстати, такая волна заставила Вашингтон закончить вьетнамскую вону, если не знали.
- Не знал. Сурово. А наших что, тоже на западе поддерживали?
- А как же. Западные СМИ, как и сейчас, цеплялись за всё, чтобы преподнести СССР, как империю зла.
Сегодня принято говорить о том, что Запад всегда поддерживал диссидентские движения, а также защищал людей, пострадавших от советского режима. На самом деле это было не так, поскольку диссидентское движение было неоднородным. Запад, бесспорно, поддерживал тех людей, которые занимали прозападные позиции, но этот же Запад абсолютно никак не реагировал, например, на преследование русских патриотов, к которым Советское правительство чаще применяла жестокие меры, чем в отношении прозападных агентов.
- Что, уже тогда прослеживалась тенденция ориентации скрытых сил на запад?
- Именно. Западные страны поддерживали только те движения внутри СССР, которые отвечали их интересам, и которые в глазах общественного мнения превозносили роль США и других западных стран. Настоящие патриоты им не нужны были. Они и давили их с помощью той самой пятой колоны, о которой сегодня принято трубить, но ничего с ней не делать, - усмехнулся профессор.
- Её бы ещё обнаружить, - скривился Виктор.
