Последний раз Азамата Сулейманова видели живым вечером 17 августа 2014 года. 10-летний мальчик попросил у матери разрешения прокатиться на велосипеде и вышел из дома в башкирском селе Кудеевский. Это был обычный воскресный вечер. Но именно этот стал роковым.
Прошло всего полчаса, когда мать выглянула в окно – сына нигде не было видно. С этого момента стартовала история, которая надолго изменит жизнь тихого поселка и раскроет страшную правду о том, что творилось за закрытыми дверями и на деревенских улицах.
Село поднялось на уши моментально. Жители вспоминали те дни с болью:
– Мы бегаем по поселку и окрестностям всей школой, всем сельсоветом. Не знаем, что и думать, глаза на мокром месте.
К поискам подключились профессионалы – приехали полицейские, прибыли водолазы. Версий было множество: водоемы в округе, железная дорога, сады. Местные говорили о еще одной опасности:
– А в воскресенье, когда Азамат пропал, трасса была битком забита фурами. Дорога рядом с поселком проходит. Могло случиться все что угодно.
«Нормальная» семья
История Азамата – это история ребенка, которого с самого рождения жизнь, мягко сказать, не баловала. Мальчик появился на свет, когда его матери исполнилось 43 года. Беременность протекала тяжело: обострился пиелонефрит, пришлось принимать антибиотики. Последствия не заставили себя ждать – Азамат родился с множеством проблем: задержка умственного развития, заячья губа, речевые нарушения.
Из-за особенностей здоровья ребенок находился на домашнем обучении. Круг его общения ограничивался только самыми близкими людьми – к посторонним он подходить боялся. По словам родственников, мальчик никогда не отходил далеко от дома, был тихим и послушным.
Соседи характеризовали Сулеймановых положительно:
– Семья у мальчика нормальная, маргиналами не назовешь. Мама воспитывает Азамата одна. Плачет она, места себе не находит.
Но реальность оказалась куда мрачнее. Семья существовала на 18 000 рублей – пенсию по уходу за ребенком-инвалидом. Никто не работал: ни мать, ни 29-летний старший сын Артур, который тоже сидел на шее младшего брата. Отец умер за пять лет до описываемых событий.
«Нельзя полы мыть, пока не похороним»
Поведение матери пропавшего ребенка вызывало много вопросов. Журналисты, пришедшие к ней в дом, были поражены ее первыми словами:
– Не снимайте обувь, нельзя полы мыть, пока не похороним. Я уверена, что его украли. Мы ходили к гадалке, она никогда не врет. Она увидела в бутылке с водой, что он лежит в канаве. И сердце чувствует, нет его в живых.
53-летняя женщина говорила об этом со странным спокойствием, смотря на репортеров стеклянными глазами. На элементарные вопросы о сыне отвечала после долгих пауз – иногда по три минуты молчания. В конце беседы и вовсе отослала репортеров:
– Вы вообще идите к бабе Поле через два дома, соседке, она вам лучше про него расскажет.
Собственная мать отправляла спрашивать о сыне к посторонним людям. Что-то здесь было явно неправильно.
Чужая бабушка – единственный друг
80-летняя баба Поля стала для мальчика тем, кем должна была быть мать. После смерти отца Азамата между ними возникла особая связь. Почти каждый вечер ребенок приходил к пожилой соседке, спасаясь от вида пьяной матери. Старушка вспоминала с теплотой и болью:
– Она не била его, игрушки покупала, но Азамат вид пьяных не переносит вообще, вот и уходил. Покормлю, конфеток дам, поговорим по душам. А в субботу был у меня юбилей, гости приехали. Утром я мальчишку видела, а вечером нет уже. Только мать его встретила, она сказала, что он ударился дома. Вот только на следующий день заявление подала в полицию, что сын пропал. Грешная мысль закралась – а вдруг они его по пьяни толкнули, а про катание на велосипеде сказки все.
Баба Поля просила полицию тщательно осмотреть весь участок Сулеймановых. Правоохранители обыскали баню, сарай, чердак. Соседка настаивала проверить и погреб.
Она говорила о мальчике со слезами:
– Как мне его жалко, добрый мальчик, ласковый. Запустили его дома, конечно, хотя коррекционный класс для таких ребятишек есть в Иглино, не отдавали туда. Пенсию то перестанут платить, кончится хорошая жизнь.
Пожилая женщина любила Азамата до последнего надеялась вновь угостить его конфетками. Она верила в то, что мальчишка жив сильнее, чем его родная мать.
Верхушка айсберга
Надежда рухнула 20 августа. Следователи объявили: Азамат Сулейманов найден мертвым. Тело обнаружили на территории заброшенного кирпичного завода в Кудеевском.
Село погрузилось в депрессию. Замолкли сирены спецтехники, перестали лаять собаки, больше не было слышно голосов волонтеров, которые трое суток прочесывали окрестности. Люди были настолько шокированы, что не находили слов.
Уже на следующий день полиция задержала подозреваемого. Им оказался не взрослый преступник, не опасный маньяк, а 15-летний школьник. Подросток быстро признался и подробно рассказал о случившемся во время следственного эксперимента.
Но это было только началом. То, что выяснилось дальше, ужаснуло всех – от местных до следователей и прокуроров. Убийство Азамата оказалось лишь верхушкой айсберга, одним звеном в длинной цепи преступлений.
«Всю жизнь в деревне отпускали детей одних, а теперь что?»
Задержанного парня и его приятелей в Кудеевском знали все. Компания школьников от 15 до 16 лет систематически занималась вымогательством, запугивая младших и слабых. Но никто не думал, что все зайдет так далеко.
Людмила Самойлина, мать троих детей, рассказывала о царивших в школе порядках:
– Он с другом по школе ходил, деньги у маленьких вытаскивали, сколько раз вызывали родителей к директору, но все без толку.
Официальный комментарий следствия был сдержанным, но счерпывающим:
– Заведено уголовное дело по статье «убийство малолетнего». Вечером 17 августа 2014 года во время прогулки на велосипеде 10-летний мальчик был остановлен группой подростков с целью вымогательства, а затем был жестоко избит. Задержан 15-летний житель села Кудеевский. Следствие считает, что это не единственный подозреваемый по делу. Работа с другими подростками продолжается.
«Мальчишки перебесятся»
По мере расследования выяснялись все новые подробности. Оказалось, что компания малолетних преступников держала в страхе всю деревню. Люди молчали из страха, терпели из-за беспомощности, не решались связываться.
Появились свидетели, которые видели троих школьников возле Азамата незадолго до его исчезновения. Но никто не обратился в полицию. Страшно было.
Все начиналось с мелочей – подростки отбирали небольшие суммы у младших школьников. Постепенно масштаб рос, а село продолжало молчать.Пожилая соседка одного из участников банды вспоминала:
– Максим Костенко, их главный, умудрился через форточку залезть ко мне и пять тысяч унести. Если не воровал, то просто нагло клянчил мою пенсию. Но я не стала в милицию ходить - соседи же. Да и болею.
Однажды подростки подожгли баню. И снова все сошло с рук. Ошалевшие от безнаказанности, майским вечером они с битами ворвались в барак на краю поселка и всю ночь издевались над молодой женщиной. Жертвой их жестокости стала 27-летняя Надежда Игнатова:
– Их было трое, пьяные. Выбили дверь. Один все делал, а Костенко смотрел и держал биту над головой моей матери, чтобы не дергалась. Я написала заявление, хотя многие отговаривали.
Участковый выслушал ее и произнес фразу, которая потом стала символом всей этой истории: «Мальчишки перебесятся». Эти два слова стоили жизни ребенку. Дело возбудили только после смерти Азамата.
«Говорил мне отец не общаться с ними, а я не слушал»
Азамата Сулейманова убили без причины. Просто от скуки. Трое здоровых подростков против одного десятилетнего ребенка с задержкой развития, который никому в жизни не сделал ничего плохого.
После совершения преступления убийцы присоединились к поискам – понимали, что на этот раз последствий не избежать. Такой вот цинизм.
Главным подозреваемым стал Григорий Фомин. Именно он, по версии следствия, нанес решающий удар. Сам парень утверждал, что действовал под принуждением.Избиение было групповым: трое били ногами, кулаками. Потом главарь банды Костенко приказал Фомину добить жертву.
На допросе Григорий рассказывал:
– Я не хотел, но Макс пригрозил, что если не сделаю, то он меня рядом положит. Пацан не шевелился. Подставил меня Костенко. А терпилам я написал, извинился. Вот говорил мне отец не общаться с ними, а я не слушал.
У Фомина были веские причины бояться Костенко. На допросе он раскрыл страшную тайну, которую хранил два года: главарь его, что называется, «опустил». Следствие установило шесть таких эпизодов.
В иерархии банды Григорий был на самом дне – обычная «шестерка», которая безропотно выполняла приказы. Сломленный, запуганный подросток, ставший в итоге убийцей.
Он подробно рассказал о вымогательствах, избиениях, о той роковой ночи. Назвал всех участников. Объяснил свой мотив:
– Я хотел, чтобы они перестали надо мной издеваться. Хотел доказать, что я не слабак.
«Деревенские дети мягче и добрее городских»
16-летний Максим Костенко был теневым лидером. Он управлял приятелями как марионетками, распределяя роли: кто что делает, кто за что отвечает.Его семья жила в деревянном бараке с заткнутыми тряпками окнами – стекол не было. Трое детей, мать. Нищета и полная безнадзорность. В такой среде вырос настоящий монстр.
Но самое поразительное – школа знала обо всем и молчала. Более того, выгораживала преступников.Директор разводила руками перед журналистами:
– Деревенские дети всегда были мягче и добрее по сравнению с городскими. Не верю, что кто-то из моих учеников мог так поступить.
Этот разговор происходил, когда следствие по делу Надежды Игнатовой уже велось полным ходом. А Костенко в это самое время спокойно сидел за партой среди других учеников. Под стражу его взяли не сразу – несовершеннолетний.
Педагоги, знавшие о преступлениях, не провели с ним даже беседы. Боялись? Или просто не хотели лишних проблем?
Торжество справедливости
Следствие длилось восемь месяцев и завершилось в апреле 2015 года. Григорий Фомин признал вину частично, настаивая на том, что действовал по принуждению. Защита изображала его жертвой обстоятельств.
Суд принял во внимание смягчающие факторы: возраст, частичное признание, то, что сам он подвергался систематическим издевательствам. Приговор был относительно мягким –4 года в воспитательной колонии.
Остальные участники, включая главаря, получили условные сроки. Формально они не наносили смертельных ударов – значит, в тюрьму можно не сажать. Жители села были возмущены таким решением.
Но следствие не остановилось. Через год прошел второй процесс: по остальным грехам Костенко и его приятеля. На скамье подсудимых оказались уже совершеннолетние парни. Главарю дали 9,5 лет лишения свободы. Его товарищу – 9 лет. Справедливость наконец восторжествовала. Но Азамату это уже не помогло.
По материалам «КП»-Уфа
Читайте также
«Плечо у ребенка немело»: в Новосибирске хирурги удалили опухоль на руке у 6-летнего мальчика