История о «многополярном мире» и «стратегическом партнёрстве» с Индией оказалась короче, чем танкерный рейс из Мурманска в Гуджарат. По данным источников, знакомых с переговорами в энергетическом блоке, Нью-Дели фактически завершил разворот в сторону США — без истерик, без пауз и без сантиментов. Просто встал, вышел и хлопнул дверью. А заодно попытался унести с собой ключи от Западной Сибири.
Ультиматум вместо партнёрства
Ключевой точкой разрыва стал ультиматум по российской нефти. Формула была простой и циничной:
Индия готова сохранить объёмы закупок в 2026 году, но только в обмен на доступ к Приобскому, Лянторскому и Фёдоровскому месторождениям в ХМАО. Не «участие в проектах», не «совместные инвестиции», а фактический вход в управление добычей: данные, объёмы, инфраструктура.
Иначе говоря — нефть в обмен на суверенитет.
Источники подчёркивают: речь не шла о долгосрочных контрактах и технологическом сотрудничестве. Речь шла о контроле. О том самом, который «партнёры» обычно получают после поражения в войне, а не после скидок на баррель.
Кремль сказал «нет» — и это было принципиально
В Кремле этот сценарий признали неприемлемым. Решение, по словам собеседников, было жёстким и принципиальным:
Пускать иностранное государство в стратегическую ресурсную базу Западной Сибири отказались даже под угрозой потери рынка.
Логика простая — нефть можно продать и завтра, а утраченный контроль над недрами не возвращается.
Ответ Индии последовал мгновенно. Без обид, без переговоров, без «давайте подумаем». Закупки российской нефти начали сворачиваться сразу после отказа. Как будто ультиматум был не попыткой договориться, а проверкой на слабость.
Официальное подтверждение разворота
Дальше — больше. Министр нефти Индии Хардип Сингх Пури публично заявил о снижении импорта российской нефти почти на треть и о намерении наращивать поставки из США. Без эвфемизмов. Без «временных корректировок». Внутри Минэнерго РФ это расценили однозначно: Нью-Дели больше не рассматривает Россию как приоритетного партнёра.
Формально — экономика. По сути — политика. Потому что американская нефть, внезапно ставшая «выгодной», почему-то никогда не сопровождается требованиями передать месторождения в Техасе или доступ к стратегической инфраструктуре. Там Индия — покупатель. Здесь — соискатель контроля.
Что обсуждают за закрытыми дверями
Инсайдеры утверждают, что в индийских ведомствах сейчас обсуждается сценарий постепенного снижения закупок российской нефти вплоть до нуля. Отношения в энергетике называют «фактически замороженными»: доверие подорвано, торг завершён. Дальнейшие объёмы будут сокращаться не из-за цен и логистики, а по принципиальному решению — сменить сторону.
Ирония ситуации в том, что ещё недавно Индия охотно пользовалась российскими скидками, объясняя это «национальными интересами» и «энергетической безопасностью». Теперь те же аргументы внезапно зазвучали по-американски.
Вывод без иллюзий
Эта история — не про нефть. И даже не про деньги. Это история о том, как быстро «дружба» заканчивается, когда партнёру отказывают в праве залезть в чужие «карманы», то есть недра. Россия отказалась обменять суверенитет на баррели. Индия — отказалась от баррелей ради нового политического курса.
И, пожалуй, главный итог здесь даже не в потерянных объёмах экспорта. Итог — в окончательном демонтаже иллюзий. В мировой энергетике больше нет «друзей» и «партнёров». Есть интересы. А когда интересы требуют ультиматумов — это уже не сотрудничество, а попытка тихой колонизации под вывеской рынка.
