Катя Новосельцева Тринадцать, девятнадцать. Январь и январь. Две тысячи двадцать. Два-ноль-двадцать пять. Ни мамы, ни папы... Я в свой календарь Смотрю безнадёжно. Так грустно... Опять... Нет папы теперь. Это сложно понять. Он умер вчера. Сообщила жена. Ушли ввысь родители. Нужно принять... О близких моих будет память жива. Остались поездки по длинной Москве, Машина, кафешки, заправки и снег... Всё это хранится в моей голове. Оставлю я это на множество лет. Лежала у папы давно на руке, Когда телевизор смотрели давно. Он алгебру мне объяснял налегке, Но что-то, увы, мне понять не дано. Готовила крабовый вкусный салат И делала гренки, омлет из яиц. Был каждый родитель по-своему рад. Сейчас ангелочки уже в стае птиц... Ходили мы с мамой до школы порой, А после – бассейн, музыкалка и дом. Родные мои были мужем с женой, Но, жаль, развелись мама с папой потом. Осталось всё прошлое там, далеко. Потом отношения в минус ушли. Принять это было тогда нелегко... В меня заложили частички души