Найти в Дзене

«Читаю всегда и везде»: Какие книги любила Вера Глаголева

Её появление в советском кинематографе сравнивали с внезапным порывом свежего ветра. Хрупкая, с огромными глазами и какой-то необъяснимой внутренней чистотой, Вера Глаголева никогда не обивала пороги театральных вузов и не грезила о свете софитов. Судьба сама привела её на съёмочную площадку, превратив случайную встречу в блестящую карьеру актрисы и глубокого режиссера. Однако сама Вера Витальевна всегда подчеркивала, что её «внутренний стержень» и культурный фундамент были заложены именно книгами. Литература была её верным спутником с самых юных лет, формируя то мировоззрение, которое позже покорило миллионы зрителей. Какие же произведения были для неё любимыми? Роман «Бремя страстей человеческих» Сомерсета Моэма впервые был прочитан Глаголевой ещё в нежном возрасте, но по-настоящему раскрылся для неё гораздо позже. Перечитывая его в зрелости, она открыла новую глубину, которые были недоступны юному сознанию. Вера Витальевна видела в этом произведении поразительную трансформацию чело
Оглавление

Её появление в советском кинематографе сравнивали с внезапным порывом свежего ветра. Хрупкая, с огромными глазами и какой-то необъяснимой внутренней чистотой, Вера Глаголева никогда не обивала пороги театральных вузов и не грезила о свете софитов. Судьба сама привела её на съёмочную площадку, превратив случайную встречу в блестящую карьеру актрисы и глубокого режиссера.

Однако сама Вера Витальевна всегда подчеркивала, что её «внутренний стержень» и культурный фундамент были заложены именно книгами. Литература была её верным спутником с самых юных лет, формируя то мировоззрение, которое позже покорило миллионы зрителей. Какие же произведения были для неё любимыми?

Зеркало человеческой судьбы: Сомерсет Моэм

Роман «Бремя страстей человеческих» Сомерсета Моэма впервые был прочитан Глаголевой ещё в нежном возрасте, но по-настоящему раскрылся для неё гораздо позже. Перечитывая его в зрелости, она открыла новую глубину, которые были недоступны юному сознанию.

Вера Витальевна видела в этом произведении поразительную трансформацию человеческого «Я». Наблюдая за тем, как главный герой переоценивает свои идеалы, переходя от наивного детства к зрелой мудрости, актриса находила ответы на вопросы о собственном пути.

-2

Философия момента: Иван Тургенев

Интересно, что классик открылся для Глаголевой в процессе её режиссерской работы. Когда она создавала ленту «Две женщины» (экранизацию по роману «Месяц в деревне»), «Стихотворения в прозе» Тургенева стали для неё настоящим откровением. В коротких, емких строчках она видела не просто слова, а глубокое исследование человеческих переживаний. Для неё это была возможность соприкоснуться с чувствами человека, который прошел долгий путь и сумел облечь в слова то, что часто остается невысказанным.

Эмоциональный взрыв: Борис Васильев

Книга, которая буквально потрясла актрису, это «Не стреляйте в белых лебедей» Бориса Васильева. Глаголева вспоминала, что роман вызвал такую сильную палитру чувств и эмоций, что она не могла сдерживать слёзы и рыдала почти на каждой странице. Именно Васильев стал для неё эталоном искренности.

Следом были прочитаны «В списках не значился», «Летят мои кони», а позже она изучила всё его творчество, считая автора самым честным летописцем человеческих судеб и военных лет. Она отмечала, что его проза написана удивительно просто, но обладает уникальной способностью проникать прямо в душу.

-3

Исключение из правил: Себастьян Жапризо

Будучи равнодушной к жанру детектива, Вера Глаголева всё же сделала одно исключение - это роман «Убийственное лето» Себастьяна Жапризо. И главный интерес вызывало вовсе не интрига или поиск преступника. Актрису покорил психологизм произведения. Она видела в книге Жапризо, писавшего под псевдонимом Жан-Батист Росси, прежде всего драму личностей, клубок противоречивых эмоций и чувств. Этот роман потряс её еще в молодости, доказав, что даже остросюжетная литература может быть глубокой и чувственной.

Магия сильных женщин: Нина Берберова

Глаголева была искренней поклонницей таланта Нины Берберовой и прочла практически всё, что вышло из-под её пера. Тем, кто только хотел познакомиться с этим автором, актриса настоятельно рекомендовала начать с «Железной женщины». История дипломата Марии Будберг, сумевшей оставить след в жизнях таких титанов, как Горький и Уэллс, казалась Вере Витальевне невероятно важной и поучительной.

-4

Уроки стойкости: Вадим Туманов

Биографии известных личностей всегда были интересны Глаголевой и занимали особое место на книжной полке. Она считала, что реальный жизненный опыт выдающихся людей даёт больше пищи для ума, чем любой вымысел.

Автобиографическую книгу известного золотопромышленника Вадима Туманова «Всё потерять - и вновь начать с мечты...» о годах, проведенных на Колыме, Глаголева называла не просто историей успеха, а ярким, искрометным повествованием о человеке, который никогда не сдавался, вопреки любым ударам судьбы.

Вера Глаголева ушла, оставив нам свои фильмы и образы, полные света. Но этот свет не был случайным, он питался великими книгами, которые она любила и которыми жила. Возможно, заглянув в этот список сегодня, мы сможем немного лучше понять ту загадочную утонченную душу, которую так любили миллионы.

А какая книга из этого списка кажется вам самой близкой по духу? Напишите в комментариях, читали ли вы любимых авторов Веры Глаголевой!

Ставьте лайк. Делитесь своим мнением в комментариях.

Подпишитесь на канал «Звездные книги», чтобы познакомится с книгами, которые читают знаменитости, и лучше понять тех, кто достиг невероятных успехов в жизни.