"Счастье - жить другим, а не только подыхать с голоду..."
А.М. Чернова
Я недавно посмотрела документальный фильм "Блокадный балет" (2022). И вот захотелось мне написать о нескольких действующих лицах и героях этой ленты. Они потрясающие! Их сила духа, желание поддерживать творчеством себя и других невероятны!
Во время блокады Ленинграда, оказывается, не прекращался набор в хореографическое училище. Во Франции, в Италии не обучали в годы Второй мировой войны, а у нас процесс не прерывался. Было два блокадных набора - в одном дети из детских домов, а во втором все желающие. В последний приняли 21 человека, закончили 4. Все сейчас живы, преподают в разных местах и работают в театрах.
Но Аглая Михайловна Чернова, ученица Агриппины Вагановой, к началу Великой Отечественной войны уже два года как была зачислена в труппу Мариинского (тогда ещё Кировского) театра. Ей шёл 22 год и в её репертуаре было нескольких сольных партий.
Во время съёмок фильма "Блокадный балет" Аглае Михайловне 101 год. Она неплохо выглядит, говорит чётко и связно. Память - великолепная, цепкая, ясная!
Спустя два года закончился её земной путь.
Аглая Михайловна вспоминает, что все думали так: война закончится быстро и, естественно, нашей победой. Всю труппу перевели на казарменное положение. Жили по несколько человек в гримёрках при театре.
19 августа ушел первый эшелон с группой эвакуированных артистов Мариинского театра в Пермь. Тогда город назывался Молотов. Планировался второй эшелон, но не случился. Труппа таким образом "раскололась" на части. Аглая Михайловна осталась в Ленинграде. У неё была слабая бабушка, которую везти куда-то было невозможно.
И вот правое крыло театра попало под бомбёжку. Аглая Михайловна, как и все, помогала вытаскивать людей из-под разрушений, оказывала первую помощь. По ночам она дежурила на крышах, обезвреживая падающие на наш истерзанный город бомбы.
Какое-то время Аглая Михайловна участвовала в концертах в театре Комедии на Невском проспекте, в Филармонии, в сохранной части Мариинского театра. В ледяном декабре 1941 года в залах был безумный холод, примерно минус 8-10 градусов. От разгорячённых тел артистов балета шёл пар, выглядело это мистически.
Исхудавшие и почти обессиленные артисты всё равно репетировали и выступали на разных прифронтовых площадках и в госпиталях. Жалость к раненым была огромная... Как-то Аглая Михайловна танцевала армянский танец. Галантный раненый армянин поцеловал ей руку. Память об этом она сохранила на всю жизнь.
На протяжении всей войны Аглая Михайловна Чернова ждала мужа с фронта, писала ему нежные и обнадёживающие стихи. Но он погиб...
После войны А. М. Чернова поступила на балетмейстерский факультет консерватории. С 1949 года по приглашению самой Агриппины Яковлевны Вагановой стала работать в хореографическом училище (ныне Академия Русского балета им. А.Я. Вагановой).
Более 40 лет трудилась она на одном месте в здании на ул. Зодчего Росси, 2. На пенсию ушла в 74 года, но ещё 10 лет давала частные уроки.
Среди её выпускниц много славных фамилий, в том числе Людмила Семеняка и Галина Мезенцева - звёзды мирового балета. Она запомнилась своим выпускникам не только как педагог, который учит техническим навыкам, но и как человек, который показал им свою любовь к балету, преданность профессии.
До последнего дня Аглая Михайловна сочиняла стихи, рассказы и жила в окружении близких любящих людей. Все они так или иначе связаны с театром. Дочь А.М. Черновой работает в детском музыкальном театре "Зазеркалье".
***
Той части труппы, которая попала по приказу об эвакуации в Пермь, тоже было несладко. В провинциальный городок прибыло 86 вагонов от Мариинского театра. Несколько дней не знали, куда разместить людей. В городе и до войны был жилищный кризис. Одна из балерин вспоминала, что семья, в которую она и ещё кто-то из труппы попал по "уплотнению", ненавидела их.
Конечно, у артистов были тяжёлые репетиционные и концертные времена, сложные бытовые условия, но, мне кажется, они не сравнимы с ужасами жизни в блокадном Ленинграде.
***
"Унизительно было умирать от того, что не было кусочка хлеба!" - говорит в фильме "Блокадный балет" Наталия Павловна Сахновская. Она и её муж Роберт Гербек всегда организовывали в День снятия блокады в своём доме встречи с выжившими после войны коллегами.
Наталия Сахновская и Роберт Гербек были золотым блокадным дуэтом. К тому времени им было соответственно 33 и 34 года. Семейная пара с первых дней войны была зачислена во фронтовые бригады. Они неоднократно выезжали на передовую с балетными номерами и выступали то в Филармонии, то на других сценах блокадного Ленинграда.
Совсем истощённого Роберта госпитализировали в Военно-медицинскую Академию. Там были лекарства, но кормили плохо: давали только одну ложку жидкой каши раз в день. Наталия ежедневно навещала его и хоть что-нибудь, но приносила поесть. Чаще всего это был корень хрена, который она как-то купила на рынке. Наталия натирала его на тёрке и намазывала на кусочек хлеба. Встречались всегда в темноте и долго не видели друг друга при свете дня.
"Сегодня на окнах приподняли светомаскировки, и Роберт увидел меня. Из глаз его полились слёзы: "Бедная, как ты изменилась!" Посмотрел на мои руки, красные, распухшие, и сказал: "Ведь у тебя же были ручки..."
А меня пугал его истощённый вид больше, чем мой... Мы стали не люди, а какое-то страдающее подобие, дрожащее от холода, голода и страха... На слабых, отёкших ногах плетёмся на рынок в поисках какой-нибудь еды, которой давно нет.
Существуем от утренней чашки кипятка из талого снега до дневной и вечером - третий раз с кусочком блокадного хлеба в сто грамм".
Из дневниковых записей Наталии Павловны Сахновской
Когда стало чуть легче с едой, все ужаснулись: костюмы на артистах балета висели, как на вешалках. Ноги с трудом поспевали за музыкой. Через несколько движений не было ни на что сил, кружилась голова, темнело в глазах.
"К счастью, я в "наилегчайшем весе", и Роберт Гербек с трудом, но может поднимать меня... О, радость!.. Аплодисменты! Мы нужны людям!"
Из дневниковых записей Наталии Павловны Сахновской
В своих записях Наталия Павловна описывает, как однажды она совершила долгий путь за супом из дрожжей пешком от дома в Мариинский театр. Но длинная дорога оказалась напрасной, супа в этот день не давали. Возвращаясь обратно, погружённая в отчаяние Наталия механически передвигала ноги. И вдруг солнечные лучи всё изменили!
"Нет, я не упаду, я ещё поборюсь, если я способна видеть красоту, радоваться ей. Значит, я не сломлена."
Конечно, было мучительно тяжело переносить большие физические нагрузки. Иногда Наталия не могла завершить выступление, теряла сознание. Дистрофическое состояние давало о себе знать.
Пара работала в организованной и возглавляемой Ольгой Иордан балетной группе. Наталия Сахновская и Роберт Гербек приняли участие в 33 программах, дали три сольных концерта - 31 октября 1942, 19 сентября 1943 и 28 декабря 1944 года.
Роберт Иосифович Гербек был вообще единственным мужчиной-артистом балета, и все мужские партии исполнял из последних сил.
18 октября 1943 года артистам вручили награду "За оборону Ленинграда".
"Нет слов, как мы счастливы!.. Эта награда очень окрылила нас, мы не ожидали..."
Послевоенная карьера Наталии Павловны Сахновской и Роберта Иосифовича Гербека была успешна. Они занимались педагогической и административной работой.
В 1990 году Наталии Павловны не стало. В оставшиеся четыре года своей жизни Роберт Иосифович приложил все усилия, чтобы опубликовать блокадные записи своей любимой Наташи. Он это сделал! Но хватило собственных средств только на ничтожный тираж - всего 50 экземпляров.
Детей у прекрасной пары не было. После блокадного истощения так часто случалось...
***
Смерти никогда не отменить жизнь! Я писала, как трудно было музыкантам в блокадную пору, но существование балета в таких условиях - потрясающе!
Силу духа русских людей не сломить!
Любовь и вера в победу над злом сильнее страха смерти!