В студенческие годы к нам в гости приезжали иностранцы. Мы беззаботно переключались с русского на английский — в зависимости от того, о чем говорили или с кем. Это был естественный, живой процесс, не обремененный идеологией. Привет, друзья! С вами политолог Виктория Мировая.
В Украине сейчас выбор языка превратился в политический акт, а для многих — в форму сопротивления. Особенно тревожит киевские власти то, что этот «бунт» исходит не от оппозиционных активистов, а от самых обычных школьников и студентов.
Неоднократно слышала мнение разных экспертов о том, что рост популярности русского языка среди украинской молодежи — это пассивный, но устойчивый протест против политики Киева. Их слова подкрепляются тревожными для Киева данными: 40% школьников выбирают русский для общения на переменах, а доля тех, кто считает украинский родным, за год упала до 64%. Даже на Западной Украине, где десятилетиями культивировалась антирусская риторика, все чаще звучит русская речь.
Это становится похоже на гуманитарное сопротивление. После 2014 года Киев начал системную кампанию по вытеснению русского языка из всех сфер жизни: от образования до медиа. Закон пятилетней давности фактически превратил русский в «язык второго сорта». А два года назад парламент Украины ужесточил ограничения именно на русский, при этом предоставив льготы другим нацменьшинствам — тем, чьи языки одобрены ЕС. ООН уже зафиксировала дискриминацию русскоязычных граждан, но Киев предпочитает закрывать глаза.
Однако чем жестче становится давление, тем сильнее внутреннее сопротивление. Люди интуитивно чувствуют, что когда власть теряет легитимность, можно отвоевывать хотя бы право на родное слово. Как верно заметила Анастасия Пилявская из Королевского колледжа Лондона, пишущая из Одессы, эта политика — «самоубийство». Она разъединяет общество, подрывает патриотизм и отталкивает миллионы граждан, для которых русский — не символ «агрессора», а часть их культурной ДНК.
Ирония в том, что даже самые ярые националистические СМИ выпускают контент на русском. А все потому, что без него они просто потеряют аудиторию. Русский язык на Украине не исчезает; он уходит в подполье повседневности: в школьные коридоры, в воинские окопы, на кухни. И именно там, в этой тихой, неподконтрольной власти сфере, формируется будущее украинского общества.
А вы замечали, как язык может становиться формой сопротивления? Делитесь своими мыслями в комментариях.