Найти в Дзене

Как психологи ссорят детей и родителей?

Для чего психологи ворошат детско-родительские отношения с клиентами? Для чего люди прорабатывают детско-родительские отношения? Почему важно проработать травмы, нанесенные родителями? Как правильно проработанные детские травмы помогают стать здоровой личностью? Как отразятся на жизни человека непроработанные травмы с родителями? Правда ли, что психологи ссорят детей и родителей? Ответы на все эти вопросы вы найдете в данной статье. Родителей не выбирают, но мы имеем право выбирать ту позицию, с которой можем смотреть на те события, что происходили с нами в детстве. Для чего такая позиция важна и нужна? Точно не для того, чтобы столкнуть лбами взрослого человека и его родителя (ей). Этот длительный и болезненный процесс нужен для того, чтобы по окончанию процесса прощения родителей родилась новая, здоровая личность, имеющая свои здоровые взгляды на отношения с окружающими людьми, паттерны поведения и сформированные духовные ценности. Когда человек говорит: «Я на родителей не обижаюсь,

Для чего психологи ворошат детско-родительские отношения с клиентами?

Для чего люди прорабатывают детско-родительские отношения?

Почему важно проработать травмы, нанесенные родителями?

Как правильно проработанные детские травмы помогают стать здоровой личностью?

Как отразятся на жизни человека непроработанные травмы с родителями?

Правда ли, что психологи ссорят детей и родителей?

Ответы на все эти вопросы вы найдете в данной статье.

Родителей не выбирают, но мы имеем право выбирать ту позицию, с которой можем смотреть на те события, что происходили с нами в детстве.

Для чего такая позиция важна и нужна?

Точно не для того, чтобы столкнуть лбами взрослого человека и его родителя (ей).

Этот длительный и болезненный процесс нужен для того, чтобы по окончанию процесса прощения родителей родилась новая, здоровая личность, имеющая свои здоровые взгляды на отношения с окружающими людьми, паттерны поведения и сформированные духовные ценности.

Когда человек говорит: «Я на родителей не обижаюсь, ну было и было, зачем зло держать, родители — это святое, они дали нам что смогли», — и если они применяли моральное, физическое и в некоторых случаях сексуальное насилие, то это только потому, что с нами по-другому нельзя было. Мы были непослушные, ленивые, балованные — вот нас и били, потому что мы заслужили, да всех били!

Подумаешь, эмоционально в меня родители не вкладывались, мама была холодной, отстраненной, не интересовалась своим ребенком. Это потому что они уставали. А мама таскала меня за волосы и била по лицу — это потому что она сильно уставала, а я ее раздражала да с кем не бывает...

Мама была гиперопекающей и не давала мне шага сделать самостоятельно — это от того, что она меня так любила, как могла так и воспитывала.

Мама, которая хвалила только за достижения, желала мне всего только хорошего, не баловала любовью, т.к. я могла избаловаться и не достичь успехов в учебе, я ведь ленивая была, а мама то знала, вот и не баловала меня своей любовью.

Мама мне только добра желала!

Во всем перечисленном нет иронии, нет осуждения, есть только констатация факта какие бывают отношения в семьях.

Вот так примерно думают люди, и в этом случае они в 100% случаях станут отыгрывать нездоровые  отношения со своими членами семьи и окружающими их людьми.

Когда люди не называют вещи своими именами, их мозг воспринимает всё это как норма.

Многие клиенты, когда жалуются на маму, даже не замечают, что они сами отыгрывают такие же сценарии в своей семье.

Для них это поведение  стало нормой, поэтому они не замечают своего нездорового поведения в отношении себя и своей семьи, окружающим, пока им не подсветишь,  и они не проработают это в терапии.

Повзрослевшая девочка, которую таскала за волосы уставшая мама и били по лицу точно также уставшая после работы, приходит, истерит и в минуты аффекта  хватает за волосы свою дочь и со скандалами таскает по комнате или тычет лицом в учебники в надежде научить ее таким способом лучше разбираться в школьных предметах.

Или мама, которая удушает своих детей  гиперопекой.

Травмы заставляют людей уходить в крайности.

Ремень, которым хлестали детей, точно также будет проводиться по детским телам уже их детей.

Преступление, насилие, предательство, обман, лицемерие — все действия должны быть названы своими именами в процессе проработки детско-родительских отношениях.

Некоторые люди, которые столкнулись с насилием в детстве, вырастая, принимают решение никогда ни на кого не поднимать руку и никогда не поступать так с другими людьми — это может быть антисценарий у которого имеется  недостаток.

В антисценарии человек сам не поднимает руку на людей, не разворачивает никакое насилие по отношению к другим людям, но вполне допускает насилие (моральное, эмоциональное, физическое, сексуальное)  по отношению к себе.

В антисценарии нет свободы выбора, выбирается только противоположный сценарий.

Если ребенку не давали в детстве должного внимания, то в антисценарии такой человек будет удушать своих детей чрезмерной заботой даже если им столько не надо.

До тех пор, пока мы не назовем действия, поступки своими именами, пока мы правильно не проработаем  свои травмы мы имеем только 2 варианта сценариев:

1. Сценарий от родителей
2. Антисценарий.
3. Не дано.

в этих двух пунктах нет свободы, но имеется много напряжения.

Для чего надо называть вещи своими именами?

Признать факт, что  было насилие над ребенком: моральное, эмоциональное, физическое, сексуальное.

Когда каждому поступку мы даем название, а именно: жестокость, равнодушие, отвержение, издевательство, предательство, отвержение, брошенность и т.д.,

только в этом случае мы можем увидеть истинную картину, какая она была на самом деле. Увидеть всю картину целиком со стороны.

Тогда запускается в психике процесс горевания.  Очень и очень болезненный процесс.

На горевание нужно подтолкнуть клиента, подведя его сначала к разочарованию в своем родителе.

Придется сначала разочароваться в близком человеке и признать, что близкий человек не являлся таковым на самом деле, что он обижал, нападал, издевался над тобой, беспомощным ребенком.

В этот момент люди пытаются избежать разочарования и пытаются направить все поднявшиеся чувства на себя. Это называется аутоагрессия.

Также люди стараются прибегать к виктиблеймингу лишь бы избежать разочарования в своем родителе.

«Я сама виновата, со мной по-другому нельзя было». Клиент не хочет видеть, какой на самом деле был его родитель.

Человек выбирает такое поведение, потому что ему куда-то надо направить все те чувства, которые поднимаются в нем, когда он понимает, что родители были жестокими по отношению к нему.

Если человек избегает  разочарования в родителях, винит себя, то ему не избежать абьюзивных отношений со своим партнером или на работе. Обвинив себя, он ищет подтверждения своей вины и  соответственно ожидает последующего наказания.

Вот что происходит с людьми, которые когда-то приняли решение радикального прощения своих родителей. С нами так можно. Мозг принимает за норму.

Когда человек не называет своим именем равнодушие родителя или все, те действия, которые применял в отношении него его родитель, то  для ребенка в будущем такие  отношения становятся нормой — он может завязывать отношения с равнодушным партнером и считать всё это нормой, также равнодушно относиться к своим детям и окружающим людям, но при этом он будет страдать от отсутствия внимания к себе при этом сам не дает внимание другим людям.

Другой сценарий, когда человек постоянно пытается заслуживать любовь окружающих, делать для них что-то хорошее, ожидая награды в виде любви, но не будет понимать, что люди пользуются им и никогда он не получит того ресурса, который не получал в детстве от родителей.

В процессе терапевтической работы я увожу клиента от псевдопрощения, аутроагрессии, виктиблейминга и подталкиваю к тому, чтобы человек дал конкретные названия поступкам родителей.

Когда нездоровые поступки, действия обретают свои имена, наступает самое болезненное — это горевание:

1. Отрицание.

Родители не были плохими, просто им было тяжело. Этот этап длится у всех людей по-разному.

Но часто бывает, что уже через неделю-две они  переходят на второй этап.

2. Торг.

«Ну если бы я была хорошим, послушным ребенком, то они бы не обижали меня». У родителей было тяжелое детство. Родителям было нелегко, нам детям нужно было их больше жалеть.

Задавая определенные вопросы, психолог выводит клиента на осознание, что ничего по-другому не было бы, и ни один ребенок, чтобы он не натворил не заслуживает жестокого обращения к себе.

3. Злость.

Клиент приходит наполненный агрессией, это очень чувствуется. Даже за несколько часов до встречи с клиентом я чувствую его агрессию и уже знаю, что проживает сейчас мой клиент. Моя задача — контейнировать и дать клиенту поддержку, а также упражнения по отработке агрессии.

В таких случаях я всегда предупреждаю клиентов, чтобы они не выливали свою агрессию на окружающих, а побольше применяли физическую активность: прогулка, спорт, уборка в доме, все то, что помогает выбросить излишнюю агрессию.

4. Грусть, тоска, печаль.

Бывает даже  депрессия.

В этот период человек проживает горе умом, психикой, телом, душой.

Это очень болезненный процесс и порой требует помощи психиатра и медикаментозного лечения, потому что у человека недостаточно сил, чтобы работать и проживать все поднявшиеся чувства.

Почему так больно, спросите вы?

Потому что психика ребенка не способна проживать горевание примерно до 14 лет. Непрожитые чувства вытесняются в бессознательное и запечатываются в теле.

Таким образом, накапливается много боли, и чтобы прожить её нужны ресурсы во взрослом возрасте.

5. Принятие.

После прожитой депрессии, грусти, тоски у человека наступает стадия принятия.

Он принимает тот факт, что его родитель был жестоким, бездушным человеком. Он признает тот факт, что не имел того родителя, который бы стал для него защитой и опорой, того общепринятого в социуме хорошего родителя о котором пишут в книжках.

У него не было такого родителя. Это констатация факта.

Принятие наступает тогда, когда человек принимает этот факт, больше не испытывая никаких чувств по этому поводу, потому что он  прожил их  на предыдущих 4-х этапах горевания.

Проработка детско-родительских травм нужна не для того, чтобы столкнуть лбами ребенка и родителя.

Проработка детских травм, нанесенных родителями, нужна для того, чтобы в процессе терапии сформировалась здоровая личность.

В такой работе формируются три важных, ценных навыка формирования здоровой личности:

1. Нравственно-моральное развитие человека.

Я вижу, что сейчас происходит, я знаю, как это называется, я даю этому действию название, и тогда я имею возможность выступить против таких действий.

Я не принимаю это поведение в отношении себя, своей семьи и в отношениях с окружающими людьми.

2. Инстинкт самосохранения.

Когда действия родителей по отношению к нам названы своими именами: преступление, жестокость, предательство, любые формы насилия, обман, равнодушие — тогда в нас  встраивается внутренний фильтр, который поможет сразу распознавать нездоровые проявления людей в нашу сторону.

Когда мы вовремя распознаем нездоровое отношение людей к нашу сторону, тогда мы имеем возможность вовремя  адекватно среагировать на нездоровое поведение и уйти от общения с людьми, которые проявляют нездоровое отношение к нам.

Мы легко и быстро определяем манипуляции, использование наших ресурсов, пассивную агрессию, обман, абьюз в отношении нас и принять соответствующее решение, чтобы огранить себя от общения с такими людьми.

Люди, которые не проработали насилие в отношении себя, страдают отсутствием инстинкта самосохранения, отсутствием личных границ. Они вступают в отношения с теми людьми, где будет происходить то, что происходило в отношениях с родителями, будут строить деструктивные, разрушающие отношения с людьми.

3. Духовные ценности.

Любой жестокий опыт, который был прожит человеком и проработан правильно и должным образом, помогает человеку духовно вырасти.

Одни люди, которые подвергались жестокому насилию со стороны родителя, становятся такими же жестокими людьми по отношению к своим близким и окружающим людям.

Другие люди, пройдя ад в детском возрасте, принимают решение никогда так жестоко не поступать по отношению к своим детям и окружающим людям. Такие люди хотят дарить другим то, чего были лишены сами: доброту, поддержку, любовь.

Для таких людей насилие неприемлемо ни в какой форме, ни по отношению к себе, ни по отношению к людям, потому что он знает, каково жить в этой боли, и он принимает решение не размножать зло в этом мире, а нести людям добро.

Таким образом, через перенесенные травмы формируется духовная ценность человека.

Любая жестокость, пережитая правильно, помогает нам стать Человеком с большой буквы.

Отвечаю на вопрос: правда ли, что психологи ссорят детей и их родителей?

Неправда.

Так получается, что человек, находясь на стадии агрессии, не может совладать со своими эмоциями и выплескивает всё на своего родителя, который часто попадает под горячую руку.

Родители, которые привыкли абьюзить взрослых детей, не дают им спокойно проживать горевание, и поэтому им достается. Но после проработки клиенту становится легче общаться с родителем(и).

В случае если родитель адекватный, то можно наладить с ним контакт; если же родитель психопатичный, то  хороших отношений с родителем не получится — только дистанцирование поможет человеку сохранить свою внутреннюю гармонию и избежать повторной травматизации.

Будьте счастливы  и берегите свой внутренний мир от насилия!

С любовью, Ваш бережный психолог Светлана Голубева.

Для записи на консультацию можно написать

в Telegram в личные сообщения

https://t.me/PSY_SG 

Telegram канал

https://t.me/Psy_SG23