Однажды во время отдыха в Крыму 15-летняя княжна Ирина Романова "с передернутым лицом" бросилась на кровать к своей воспитательнице графине Екатерине Камаровской, и после долгих рыданий едва смогла выдавить из себя:
Приехал мистер Фэн, друг maman.
В этот момент озадаченная графиня Комаровская сначала вообще не поняла: в чем же здесь дело?
Кроме того, что в Ай-Тодор (Крымское имение сестры Николая II, великой княгини Ксении Александровны и ее супруга великого князя Александра Михайловича) приехал какой-то давний друг семьи, которого поселили в комнате старших мальчиков (в данный момент их не было в Крыму).
После чего графиня Камаровская, как она пишет в своих воспоминаниях, "с нашей террасы" (т.е. надо полагать, что с некой общей с княжной Ириной террасы) с ужасом увидела, что Великая княгиня Ксения Александровна ходит к этому мистеру Фэну по утрам в одном пеньюаре пить кофе.
Этому неожиданному открытию посвящен крайне эмоциональный пассаж в воспоминаниях графини Камаровской:
Боже, до чего я была наивна! Допустить, чтобы у родной сестры царя, у матери многочисленного семейства был открытый любовник! Чтобы она могла принимать его в своей семье!
При этом, когда воспитательница младших детей Ксении Александровны и Александра Михайловича Софья Дмитриевна Свербеева (она служила в этой семье дольше, чем Камаровская) узнала, что ее напарница оказалась посвященной в этот "секрет полишинеля", она рассказала ей следующую душераздирающую историю:
Великий князь давно изменил жене и сошелся с богатейшей американкой, госпожой Воботан. Ксения Александровна очень остро переносила измену мужа, который умело и хитро подсунул ей мистера Фэна, родственника Воботанов. Но князь умен и осторожен, встречается с госпожой Воботан так, что дети ничего не замечают, а жену выставляет с Фэном напоказ, на посмешище.
Вот такие вот нравы царили в семье этой ветви Романовых!
В связи с чем, совсем не удивительно что юная княжна Ирина, которая все это видела своими глазами (и все понимала!) выросла с многочисленными психологическими травмами и многим современникам казалась странной и нелюдимой.
Кстати, на фоне всех этих семейных безобразий Ксении Александровны и Александра Михайловича семья самого Николая II и Александры Федоровны видится прямо-таки патриархально чистой и нравственной.