Он вошел в ее кабинет, и Анна лишь подумала: «Черт, теперь мне этот стул с обивкой цвета „тоска“ дезинфицировать».
— По поводу тендера на ландшафтный дизайн.
— Анна Корсакова, — кивнула она, принимая карточку. Визитка была слегка мятая по краям. Тот Артем предпочитал глянец и золотое тиснение, — мелькнуло у нее в голове. Этот, видимо, экономит даже на картоне.
— Прошу, — она указала на тот самый стул. — Просмотрела ваше предложение. Так, «газон классический, шесть скамеек, урны в едином стиле»… Вы революцию в паркостроении затеяли, я смотрю.
Он сел, попытавшись улыбнуться. Улыбка получилась такой, будто он вспомнил, что оставил дома утюг включенным.
— Стандарт — это надежно. Но мы открыты для смелых идей! Ваш проект павильона…
— Да, да, «Город в цвету», — перебила она, играя дорогой ручкой. — Люблю, когда бетон плачет. Расскажите лучше о смете. У вас тут пункт «прочие расходы» размером с мой годовой бонус. Это на что? На охрану от нашествия садовых гномов? Или вы планируете золотые лейки?
Он закашлялся.
— Э-э-э… Непредвиденные обстоятельства. Климатические риски.
— Артём, климатический риск здесь один — ваши розы в промзоне. Они либо сдохнут, либо мутируют и начнут охотиться на посетителей за вредные выбросы. Вы к какому исходу готовитесь?
Он покраснел. Анна смотрела на его пиджак, который явно был куплен в порыве «выглядеть солидно» и теперь висел на нем, как на вешалке. Тот Артём красовался в модной косухе. Этот пытается произвести впечатление в мешке с рынка. Почти трогательно.
— Знаете, — сказала она вдруг, откладывая смету. — Вы страшно напоминаете мне одного знакомого. Он тоже любил говорить о рисках и инвестициях. В итоге инвестировал мои деньги в воздух. Я тогда впервые оценила всю глубину народной мудрости «заставь дурака Богу молиться»… Впрочем, неважно.
В кабинете повисла тишина. Он смотрел на ее лицо, и в его глазах медленно, как плохой интернет, загружалось подозрение. Узнавал? Нет. Просто ловил странное ощущение дежавю, будто видел эту женщину, когда она еще смеялась громче и носила дешевые сережки.
— Мир тесен, — выдавил он наконец.
— О, это не мир, — парировала Анна. — Это бумеранг. Только летает он медленно, криво и обычно бьет не в лоб, а по кошельку. Итак, вернемся к вашим мутантам-розам…
Они говорили еще минут десять. Она задавала вопросы, от которых его бизнес-план трещал по швам, как его пиджак по плечам. В конце он выглядел так, будто проиграл в шахматы компьютеру.
— Благодарю за… конструктивную критику, Анна Сергеевна, — сказал он, вставая и чудом не задев углом стола вазу с кактусом. Той Ане он бы подмигнул и пообещал «сделать всё по-взрослому».
— Всегда рада помочь отсеять нежизнеспособное, — улыбнулась она, и ее улыбка была холодной и безупречной, как стерильный скальпель.
Когда дверь закрылась, Анна вздохнула и набрала номер помощницы.
— Лен, закажи, пожалуйста, санобработку гостевого кресла. И принеси мне кофе. Крепкий. Чтобы я забыла про существование классических газонов.
Лена, внося чашку, спросила:
— По «Восток-Строю» как? Они готовы пересмотреть концепцию.
— Отказать, — не отрываясь от эскиза «Сада забытых зонтиков», сказала Анна. — И передай им, что садовые гномы — это моветон. Даже для промзоны.
— Он, кстати, выходя от вас, на вазу чуть не упал, — хихикнула Лена. — Как с похмелья.
«Не с похмелья, Леночка, — подумала Анна. — А с того, что столкнулся лицом к лицу с живым, ходячим и очень дорого одетым последствием своих поступков».
Вечером, разбирая шкаф, Анна наткнулась на коробку. Внутри лежал альбом с наклейкой «Любовь навсегда!!!» в три восклицательных знака и с блестками. На первой странице они обнимались у фонтана, а он корчил рожки за ее головой. Какая ирония, — усмехнулась она. Единственный раз, когда он был честен — изображал черта. На обороте ее почерк: «Аня + Тема = Любовь!»
Рядом лежал ее нынешний ежедневник. Она открыла страницу, нашла аккуратную запись: «16:00 — Артем С., «Восток-Строй». Негабаритный пиджак, инфантильная смета. Отказ. Причина: отсутствие вкуса и чувства самосохранения у роз». Подпись: «А. Корсакова».
Она положила два листка рядом. Девушка, которая писала про любовь, и женщина, которая ставила на документах подпись, сравнимую по резкости с судебным решением.
— Ну что, дорогой, — сказала она тихо фотографии. — Твоя девочка выросла. И выросла из тебя. Как из того пиджака.
Она скомкала страницу из альбома и метким броском отправила ее в корзину. Попала с первого раза. В отличие от него, который всегда промахивался, когда пытался в жизни попасть в цель.
Если вам понравился мой рассказ, читайте и другие истории любви на дзен-канале ВЕЧЕРНИЙ КОФЕ.