СМОТРЕТЬ НА САЙТЕ ПЕРВОГО КАНАЛА
А вот как, например, в Европе реагируют на сближение России и Америки и оценивают позицию Дональда Трампа по Украине, Гренландии, Венесуэле. Об этом и не только в авторском комментарии Михаила Леонтьева в его программе «Однако».
А вот как, например, в Европе реагируют на сближение России и Америки и оценивают позицию Дональда Трампа по Украине, Гренландии, Венесуэле. Об этом и не только в авторском комментарии Михаила Леонтьева в его программе «Однако».
Однако, здравствуйте!
Действительно ли Трамп так уж рвется утюжить Иран и десантироваться в Гренландии? Он же — миротворец. Вот, только что на вопрос о переговорах по Украине:
Д. Трамп: «Очень хорошие вещи происходят с Украиной и Россией. Очень хорошие вещи происходят с Украиной и Россией».
Его бы устами… Неизвестно, насколько это все отражает реальности переговоров, но явно отвечает желаниям самого Трампа.
Financial Times: С момента возвращения Трампа к власти сохранение участия США в украинском вопросе было одним из главных приоритетов для европейских лидеров — даже ценой принятия карательных американских пошлин на товары из ЕС прошлым летом без ответных мер.
Уточним только — не в украинском вопросе, а в украинской войне. Еще раз повторим: сегодня война нужна им не сколько для мифической победы над Россией, сколько для контроля над Трампом.
«Зависимость континента от США в вопросах безопасности, экспорта и технологий означает, что разрыв отношений с Вашингтоном просто невозможен. Союзники Америки по НАТО перешли от страха быть брошенными США к страху враждебности со стороны США. «Это гораздо более сложный вопрос, — цитирует издание директора Института стратегических исследований ЕС в Париже Стивена Эвертса. Он заставляет людей думать о немыслимом… Речь идет о том, что Европа, по сути, остается один на один с частично враждебной Америкой».
Дилемма. Потрепанная Европа боится быть брошенной нелюбимым супругом, обеспечивающим ее содержание. Супруг боится развода, опасаясь издержек, дикого медийного гвалта и кровавой мести. Не сколько даже супруги, сколько ее могущественной глобалистской родни.
Есть основания полагать, что Иран, Гренландия… выбраны потому, что оттуда точно не прилетит. Во всяком случае, сразу. Миннесота, например, гораздо опаснее Венесуэлы. Это что касается гроссмейстерской рокировочки в Каракасе.
Из к/ф «Двенадцать стульев»:
- Только что на этом месте стояла моя ладья, теперь ее нет.
- Нет, значит не было.
- Как это? Была!
- Я ее выиграл.
- Где, на каком ходу?
- Хотите сдаться, так и скажите. Что вы мне голову морочите?!
Spiked: «Американское государство вторгалось в другие страны, а затем отступало. Президенты США обещали больше не воевать, но затем отправляли за рубеж бомбардировщики. Именно этим причудливым сочетанием силы и слабости Америки за последние четыре десятилетия и объясняются все более хаотические и бессистемные действия ее правительства за рубежом. Трамп — лишь симптом, но не причина».
Так-то оно так. Но кому же хочется быть симптомом? Проблема Трампа — «хорошие вещи с Украиной и Россией» означают «плохие вещи» с Европой и США. И не только. Проблема «гроссмейстера» в том, что «любители» не хотели сдаваться.
Из к/ф «Двенадцать стульев»:
- Пижоны, что же вы не бьете своего гроссмейстера!? Вы, если я не ошибаюсь, собирались меня бить?
Spiked: «Поэтому, когда Трамп в очередной раз пустится в свои тирады о Гренландии, Исландии или любой другой стране, которая ему приглянется, союзникам следует перво-наперво убрать свои мегафоны».
То есть заткнуть фонтан. И, как советует автор статьи, «развернуть закулисную дипломатию». Есть надежда, что фонтан не затыкается.
Однако, до свидания!