статья Оксаны Есиповой
Давайте ещё раз произнесём название — такое говорящее, такое музыкальное, такое запоминающееся — и вместе поразимся тому, насколько оно отражает тему спектакля. «Музыка между строк».
«Музыка» – потому что Петр Ильич Чайковский, вне сомнения, известнейший и талантливейший композитор, по праву является одной из визитных карточек русской культуры и, прежде всего, музыки. «Между строк» – поскольку невероятно трудно переоценить помощь и поддержку, как финансовую, так и моральную и дружескую, в становлении Петра Ильича от Надежды Филаретовны фон Мекк. Разглядев талант Чайковского, в то время, когда в него не то чтобы сильно верили, а журналисты с радостью проходились по его самолюбию, Надежда Филаретовна на многие годы стала путеводной звездой композитора.
Они написали друг другу 1210 писем: 760 написал он, 450 – она.
Письма эти называют «загадочным литературным феноменом». Помимо исторической и литературной ценности, перед нами невероятно романтичная история, хотя и совершенно не в любовном смысле. История дружбы, ментальной связи, веры, поддержки и восхищения. Судите сами: 14 лет продолжались отношения Петра Ильича и Надежды Филаретовны, написано больше тысячи писем, но при этом герои так и не встретились.
И вовсе не из-за того, что не имели возможности. Петр Ильич часто гостил в различных поместьях Надежды Филаретовны, в то время как она с семьёй проживала в других. Однажды так случилось, что наши герои жили в соседних поместьях, которые разделял лес. В этом лесу и произошла встреча. Петр Ильич гулял в лесу, а Надежда Филаретовна проезжала мимо по своим делам. Всё ограничилось поклонами и мимолётными взглядами. Надежда Филаретовна приглашала Петра Ильича в оперу, и он потом писал в своих письмах (переписку он вёл не только со своей благодетельницей), что всё время тайком посматривал на ложу, в которой сидела Надежда Филаретовна со своей семьёй.
Но почему? Почему бы не увидеться? Вопрос так и рвётся на поверхность. Давай поищем его в переписке наших героев. Вот что писал Пётр Ильич своему брату Анатолию Ильичу 23 ноября 1878 года:
«Живу я очень хорошо, очень роскошно и очень покойно. Но не могу скрыть, что близость Надежды Филаретовны немножко стесняет меня. Она очень часто мимо ходит и ездит. Что, если я с ней встречусь? Как мне поступить? Она, по-видимому, этого вовсе не боится, так как даже прислала мне на субботу билет в театр, где и она будет. Она предлагает мне осмотреть ее виллу и хотя говорит, что во время осмотра я не встречу ни души, но мне все как-то боязно. Иногда мне даже кажется, что уж не желает ли она теперь личного знакомства, хотя в ее ежедневных письмах нет ни единого намека на это. Все это делает меня не вполне свободным, и, признаться оказать, в глубине души я очень желаю, чтобы она скорее уехала».
А вот письмо от 29 ноября 1878 года:
«Надежда Филаретовна тоже была в театре, и это меня стесняло, точно так же, как и вообще ее близость от меня постоянно меня стесняет. Мне все кажется, что она желает видеть меня; например, я каждое утро вижу, как, проходя мимо моей виллы, она останавливается и старается увидать меня. Как поступить? Выйти к окну и поклониться? Но в таком случае почему уж кстати не закричать из окна: «Здравствуйте!» Впрочем, в ее ежедневных длинных, милых, умных и удивительно ласковых письмах нет ни единого намека на желание свидеться».
И, наконец, письмо Льву Васильевичу Давыдову от 12 декабря 1878:
«Близость M-me Мекк немножко смущала меня в первое время, и, признаться, я побаивался, что уж не изменила ли она своей ligne de conduite и не хочет ли завлечь меня к себе. Оказалось, что нисколько. Ежедневно в 11 часов она проходит мимо меня и пристально смотрит в мои окна, но за близорукостью никогда меня не видит; раза два мы были вместе в театре, т. е. она с своими в ложе, а я в партере, — и только! Но зато переписка ежедневная. Ах, Лева, что это за странная, но вместе с тем умная и добрая женщина! Да! Кстати. Пожалуйста, прошу тебя и всех вас по возможности ни с кем, кроме самых близких, об моих отношениях к ней не говорить. Хотя ничего не может быть невиннее этих отношений, но не преминут раздуть это в какую-нибудь мерзость, и если мне от этого ни тепло ни холодно, то ей может быть неприятно. Нужно, чтобы это не сделалось достоянием публики, особенно московской, язык которой и без того не мало чесался насчет и меня и её».
И последнее:
«Вчера я был в театре. Билет мне прислала Надежда Филаретовна, которая тоже была со всем семейством, и в антракте я с смешанным чувством любопытства, умиления и удивления рассматривал ее в бинокль».
Всё же встреча произошла. Петр Ильич, не имевший собственной семьи и детей, очень любил своих племянниц, детей сестры Александры Ильиничны, и как-то так вышло, что у него с Надеждой Филаретовной возник план породниться, женив одного из её сыновей на одной из племянниц Чайковского. План вынашивался долго, когда дети ещё были подростками. Составили определённую пару, но при близком знакомстве, которое состоялось через несколько лет, всё пошло не так. Страстный роман возник, но между другими детьми, пара сложилась другая. Но цель была достигнута – Чайковский и фон Мекк породнились.
Дальше начинается то, что кажется мистикой только на первый взгляд. Денис фон Мекк, праправнук замечательной пары, предприниматель, просветитель, меценат, президент Фонда имени Надежды Филаретовны фон Мекк, продолжатель семейных традиций в поддержке искусства, познакомился в музее Чайковского с Вероникой Вяткиной, актрисой театра и кино, меценатом, основателем и художественным руководителем театрального салона «Сцена 23». Их союз стал началом череды культурных событий, жемчужина которых – спектакль «Музыка между строк», в котором задействована пара. И если Вероника Вяткина – профессиональная актриса, то Денис фон Мекк в постановке дебютировал в качестве актёра, открыв в себе ещё один талант. В спектакле также принимает участие Кирилл Кашунин, лауреат международных конкурсов, доцент МГК им. А.П. Чайковского.
Создатели спектакля — Елена Литвинская-Ерофеева (автор инсценировки), Светлана Кузякина (режиссёр), Вероника Вяткина.
Спектакль готов дать зрителям ответ на самый волнующий вопрос: как же всё-таки случилось так, что став друг другу по-настоящему близкими людьми, Надежда Филаретовна и Пётр Ильич долгие годы намерено избегали встречи? Кем они на самом деле были друг другу? Можем ли мы назвать Надежду фон Мекк музой? Любовью? Преданным другом? Или просто тонкой почитательницей музыки, которая не могла пройти мимо выдающегося композитора в трудном положении? Почему спустя годы Надежды Филаретовна приняла трудное, но твёрдое решение прервать переписку и прекратить финансовую помощь, объясняя это недостатком средств, упирая на то, что она почти разорена, что не соответствовало истине?
Также зрители услышат истории о создании «Бури», «Франчески да Римини», Первого фортепианного концерта и других произведений Чайковского. Прозвучат в постановке и отрывки из произведений Чайковского в живом исполнении.
Премьера спектакля состоялась 15 января в рамках фестиваля «Звезда Рождества» в Рахманиновском зале Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского. Легко догадаться, что выбор площадки для премьеры был не случаен: «Это легендарное «место силы» всех музыкантов, здесь история Чайковского и фон Мекк звучит особенно ярко и жизненно», – поясняют создатели спектакля. Все вырученные от постановки средства пошли на благотворительность.
Следующий показ состоится 9 февраля в Театре У Никитских ворот.