Революция в Мексике, формально начавшаяся 20 ноября 1910 года с призыва к восстанию, стала одним из самых масштабных, длительных и социально глубоких потрясений в Латинской Америке XX века. Это не было единичным событием, а явилось взрывом многовекового недовольства, кульминацией противоречий, накопившихся за более чем тридцатилетний период диктатуры генерала Порфирио Диаса — эпохи, известной как «Порфириат».
К 1910 году Мексика под правлением Диаса представляла собой картину разительных контрастов. С одной стороны, страна переживала модернизацию: строились железные дороги, развивалась горнодобывающая и нефтяная промышленность, росли города. Политическая стабильность и выгодные условия привлекали огромные иностранные инвестиции. С другой стороны, этот «прогресс» был куплен крайне высокой социальной ценой. Бóльшая часть плодов экономического роста концентрировалась в руках узкой олигархии — крупных землевладельцев (гасендадо), иностранных компаний и приближённых к диктатору. Крестьянство, составлявшее большинство населения, было бесправно: общинные земли (эхидос) в массовом порядке отбирались в пользу латифундий, что приводило к кабальному пеонажу и нищете. Рабочий класс на новых предприятиях подвергался жестокой эксплуатации без каких-либо прав. Политическая система была полностью закрыта: любые оппозиционные выступления подавлялись, выборы являлись фикцией, а власть на местах принадлежала коррумпированным губернаторам и местным каудильо.
Непосредственным поводом к восстанию послужили президентские выборы 1910 года. Порфирио Диас, которому было уже 80 лет, в интервью иностранной прессе неожиданно заявил о готовности к демократическим выборам и уходу от власти. Это спровоцировало активизацию либеральной оппозиции, выдвинувшей кандидатом Франсиско Мадеро, представителя богатой землевладельческой семьи, но сторонника политических реформ. Однако Диас, увидев в Мадеро реальную угрозу, приказал арестовать его перед выборами, которые вновь выиграл. Сбежав в США, Мадеро опубликовал «План Сан-Луис-Потоси», объявлявший итоги выборов недействительными и призывавший мексиканский народ взяться за оружие 20 ноября 1910 года для восстановления демократии.
Этот призыв упал на благодатную почву, но революция сразу же вышла за рамки либеральных лозунгов Мадеро о «честных выборах». На призыв откликнулись региональные лидеры, каждый со своими чаяниями. На севере страны выступили силы легендарного народного героя Франсиско «Панчо» Вильи, собравшего армию из ковбоев, шахтёров и крестьян. На юге, в штате Морелос, поднялось мощное крестьянское движение во главе с Эмилиано Сапатой, сформулировавшее радикальный аграрный ландресистский лозунг «Земля и свобода!» («Tierra y Libertad!»). Сапатисты боролись не просто за смену власти в Мехико, а за возвращение отнятых у общин земель и коренную перестройку аграрных отношений.
Таким образом, революция началась как коалиция разнородных сил, объединённых лишь целью свержения Диаса. Уже в мае 1911 года диктатор бежал из страны, и к власти пришёл Мадеро. Однако его приход лишь открыл новый, ещё более кровавый этап революции. Умеренные реформы Мадеро не удовлетворили ни крестьян, требовавших земли, ни консервативную элиту, стремившуюся вернуть утраченные позиции. Мексика погрузилась в полномасштабную гражданскую войну, в которой столкнулись интересы различных классов, регионов и политических группировок.
Начало Мексиканской революции в 1910 году стало, таким образом, не началом конца, а началом долгого и мучительного процесса национального перерождения. Это был взрыв, в котором смешались борьба за политическую демократию, социальную справедливость, аграрную реформу и национальный суверенитет против засилья иностранного капитала. Революция продолжалась фактически всё десятилетие, унеся жизни более миллиона человек и навсегда изменив политический и социальный ландшафт Мексики, заложив основы современного мексиканского государства.