Актриса Софья Эрнст публично поддержала Константина Богомолова, недавно назначенного ректором Школы-студии МХАТ, выступив с резкой критикой письма, подписанного студентами и выпускниками учебного заведения. Обращение было адресовано министру культуры России Ольге Любимовой и выражало сомнения в компетентности Богомолова на посту руководителя одного из самых престижных театральных вузов страны. Основным аргументом критиков стало то, что новый ректор не имеет образования в самом МХАТ, что, по их мнению, ставит под вопрос его способность сохранять и развивать традиции легендарной школы.
Эрнст, в свою очередь, назвала подобные доводы поверхностными и лишенными логики. В своём высказывании она напомнила, что в Школе-студии МХАТ отсутствует режиссёрский факультет — будущие режиссёры, включая самого Богомолова, получают образование в других вузах, таких как ГИТИС (ныне Российский институт театрального искусства — ГИТИС). Сам Константин Юрьевич учился под руководством Сергея Женовача, одного из ведущих режиссёров современности, и сформировался как театральный профессионал вне стен МХАТ. Однако, подчеркнула Эрнст, это вовсе не означает, что он чужд традициям русского психологического театра, которые лежат в основе мхатовской школы.
По мнению актрисы, истинное понимание театральной эстетики МХАТ формируется не в аудиториях, а на сцене, в процессе репетиций, в работе с актёрами, в погружении в репертуар и художественную атмосферу. Богомолов, отметил Эрнст, неоднократно работал в МХАТе как режиссёр, ставил спектакли, сотрудничал с его актёрами и художниками, глубоко вникая в специфику коллектива. Именно этот практический опыт, а не диплом определённого вуза, по её мнению, делает его достойным кандидатом на пост ректора.
Особое раздражение у Софьи Эрнст вызвало то, что авторы письма сосредоточились исключительно на вопросах традиций, в то время как в самой школе накопилось множество острых, практических проблем: устаревшая инфраструктура, вопросы финансирования, кадровый голод, необходимость обновления педагогических подходов и адаптации к современным реалиям. Вместо того чтобы направить энергию на конструктивный диалог и предложения по реформированию, выпускники и студенты выбрали путь публичного протеста, основанный, по мнению Эрнст, на узком, кастовом понимании «чистоты» мхатовской крови.
Актриса также подчеркнула, что театр — это живое искусство, которое не может существовать в состоянии музейной консервации. Традиции важны, но они должны развиваться, а не превращаться в догму. И назначение Богомолова, по её мнению, может стать шансом для обновления, для привнесения свежего взгляда, для привлечения внимания к школе со стороны новой аудитории. Его имя, его связи, его опыт работы в современном театре и кино могут открыть перед студентами новые возможности.
Софья Эрнст не скрывает, что знает Богомолова лично и уважает его как профессионала. Она отмечает его интеллектуальную честность, требовательность к себе и другим, а также способность мыслить стратегически. По её словам, школа нуждается не в хранителе реликвий, а в руководителе, способном вести её в будущее.
Реакция на позицию Эрнст разделилась. Одни поддерживают её, считая, что критика Богомолова основана на ксенофобии и институциональном эгоизме. Другие, включая часть театрального сообщества, по-прежнему сомневаются, что режиссёр, не прошедший через систему МХАТ с детства, сможет по-настоящему понять её дух. Тем не менее, её высказывание стало важным голосом в дискуссии, напомнив, что образование — это не только диплом, а профессионализм — не только место получения знаний, но и результат опыта, работы и внутреннего следования театральным ценностям.