В начале января 2026 года соцсети внезапно наполнились знакомыми лицами, но какими-то «младшими», молодыми, лучшими версиями себя. Пользователи массово публиковали коллажи «я в 2016-м и сейчас», ставили хэштеги #2016 и #2016in2026, шутили про старые мемы и вспоминали время, когда было попроще. За считаные недели таких публикаций набралось десятки миллионов.
У флешмоба не оказалось ни автора, ни стартовой точки. Ни одного нулевого поста, ни блогера, который мог бы сказать: «Это сделал я». Совпадение? Не думаю… И именно это – первый тревожный сигнал. На Википедии стремительно появилась статья «2026 is the new 2016», объясняющая новый тренд и собирающая множество просмотров ежедневно.
Ностальгия без повода?
Медиа быстро нашли удобное объяснение. В 2016 году нынешним зумерам было от 6 до 16 лет. Сегодня им 16–26 лет – возраст первой осознанной ностальгии. Детство и ранний подростковый период вспоминаются как время до пандемии, военных конфликтов, экономических кризисов и бесконечных тревожных новостей.
Эта версия выглядит логично. Но у нее есть слабое место. Ностальгия всегда объясняет спрос, но никогда не объясняет форму. Почему именно сейчас? Именно в таком масштабе и в формате «парных» фотографий – тогда и теперь? Разве мы становимся со временем только лучше и краше? Почему тренд мгновенно стал глобальным и одинаковым по структуре в разных странах? Вы можете вспомнить другой столь массовый международный тренд в сети? Много вопросов – мало ответов.
Журналисты, аналитики и исследователи сходятся в одном – это не классический флешмоб с точкой запуска. Это «распределенный тренд», который возник сразу в массе, был подхвачен алгоритмами и усилен участием знаменитостей. Формально – флешмоб без автора, а фактически – идеально подходящий под логику современных цифровых систем.
Почему 2016-й – золотая жила для корпораций?
Если посмотреть на тренд не глазами пользователя сети, а глазами разработчика ИИ, то картинка меняется радикально.
Фотографии из 2016 года обладают уникальной ценностью. Это контент эпохи «до ИИ». Он предшествует времени массовой генерации изображений, которая началась примерно с 2022 года. Значит, такой контент почти гарантированно не синтетический. Для машинного обучения это редкость. Это настоящая роскошь.
Главное же – эффект лонгитюдных данных. Объясню, речь о методе многократного наблюдения за одними и теми же объектами в течение длительного времени. Но в наших реалиях – это быстрый метод. Так, пользователи добровольно выкладывают парные наборы. Одно и то же лицо с разницей в десять лет, часто с точными датами, контекстом и дополнительной информацией о себе. Для моделей распознавания лиц, прогнозирования возраста, анализа старения и сохранения идентичности при изменениях внешности (вес, прически, макияж, медицинские вмешательства) это идеальный материал.
Такие датасеты обычно стоят миллионы долларов, но их так просто не найти. Их нужно собирать годами, размечать вручную, решать юридические вопросы. Да, важно получать согласие пользователей. Здесь же все происходит бесплатно и публично. Пользователь сам упрощает задачу – «2016 vs 2026» уже подписано и аккуратно упаковано в один пост. Интеллектуальная система сделает такой сбор в одно мгновение – вы даже не успеете это понять, а точнее – не заметите.
Учтем разнообразие эпохи, и такие данные вовсе покажутся бесценными. Мода, интерьеры, техника, события и просто атмосфера десятилетней давности. Для ИИ это не шум, а дополнительный контекст, повышающий качество обучения.
Случайность или продуманная операция?
Утверждать, что какая-то компания запустила флешмоб, было бы упрощением и конспирологией. Я против теорий заговора. Скорее, мы имеем дело с другой реальностью.
Современные платформы живут за счет данных. Алгоритмы отлично понимают, какой контент вызывает эмоции, вовлеченность и массовое воспроизведение. Ностальгия – один из самых сильных триггеров. Формат «тогда/сейчас» – один из самых удобных для пользователя и систем.
В такой системе тренд без автора – не аномалия, а скорее норма. Он может возникнуть из пользовательского импульса, но затем быть многократно усилен рекомендациями на платформах. Никто заранее не нажимает кнопку «запустить сбор датасета», потому что такой кнопки формально не существует и ее нужно создать. Хотя по факту результат получается ровно таким. Возможно, этот флешмоб органичен по своей природе, но из него можно извлечь пользу.
Какова цена лайка?
Проблема в том, что публикация архивных фото – это не просто ностальгия. Это реальные риски для приватности, конфиденциальности и информационной безопасности.
Во-первых, дипфейки. Открытые изображения десятилетней давности – идеальный материал для создания реалистичных видео и аудио. Чем больше временной разброс, тем убедительнее подделка естественного развития любого человека.
Во-вторых, обучение ИИ без согласия. Компании парсят публичные изображения для распознавания лиц и биометрии. Образ, возраст, геолокация и предметы в окружении становятся частью обучающих выборок. Конечно, все это происходит без информированного согласия пользователя.
В-третьих, чувствительная информация. Фотографии из 2016 года часто раскрывают детали, которые используются в секретных вопросах для паролей. Например, школа, город, хобби, друзья и животные. Это упрощает взлом почты, банковских аккаунтов и мессенджеров. Возможно, какую-то информацию из прошлого вы просто предпочли бы не вспоминать…
И, наконец, этот процесс необратим. Фото, однажды попавшее в датасет, невозможно изъять или забрать обратно. Даже если пост удален.
Стоит ли возвращаться в 2016 год?
Не знаю – решайте сами. Сам по себе 2016 год неплох и нехорош. Для кого-то это было время беззаботности, для кого-то – личных драм. Но тренд «2026 – это новый 2016» интересен не как культурный феномен, а как символ изменений в современном обществе.
Мы живем в мире, где пользовательская ностальгия превращается в топливо для алгоритмов, а личные архивы – в сырье для индустрии ИИ. Возможно, без злого умысла, без заговора, без «тайного правительства». Просто так устроено наше время.
И потому главный вопрос не в том, кто запустил флешмоб, а в том, понимаем ли мы, что делаем, нажимая в очередной раз кнопку «опубликовать».
Автор: Илья Пащенко