Представьте себе картину.
До церемонии “Оскар” 2017 года остаются считанные часы. Все обсуждают номинантов, делают ставки, и тут выходит интервью с Лагерфельдом. И там он, между делом, роняет фразу про Мерил Стрип:
“Гениальная актриса, но дешевка, не так ли?”.
Стоп. Что? Мерил Стрип — женщина, у которой три “Оскара” и еще вагончик номинаций, икона стиля, образец достоинства — и вдруг дешевка?
Самое смешное, что на красной дорожке Мерил появилась в кутюрном платье от Elie Saab. Роскошном, расшитом вручную… То есть выглядела она точно не дешево.
Так, в чем же дело? Неужели правда в деньгах? Или здесь что-то другое — про гордость, нарушенные обещания и тайные правила игры, о которых в Голливуде не принято говорить вслух?
20-я номинация на Оскар. И скандал, который всё затмил
Тут важно понимать, каким должен был стать тот вечер для Мерил.
Это была не просто очередная красная дорожка. Это была ее юбилейная, двадцатая номинация на “Оскар”! Рекорд, который до сих пор никто не побил.
Для актрисы, которой на тот момент было 68 лет, это был вечер-триумф. Признание всей ее жизни, всей карьеры. Она готовилась к нему месяцами. Выбирала тот самый, идеальный наряд, продумывала речь... И вот, за два дня до церемонии, выходит это интервью.
И всё.
Весь мир обсуждает уже не ее историческое достижение, а то, почему главный дизайнер Chanel так публично ее поставил на место. Представляете, каково ей было?
Серый шёлк Chanel, который шили под неё. И звонок в стиле “Валя, у нас отмена”
Изначально Мерил Стрип должна была пойти на “Оскар” в Chanel. Это было серое шелковое платье из кутюрной коллекции весна-лето 2017. Но Мерил попросила внести одно изменение — поднять вырез. Она не любит глубокие вырезы, и для ее статуса (и возраста) это было абсолютно логичное пожелание.
И парижское ателье Chanel уже начало работу. Сделали эскизы, раскроили ткань... Это ведь не в магазине платье подшить, это ручная работа высочайшего класса. Сам Лагерфельд позже оценил стоимость этого наряда в 100 000 евро. И — внимание! — Chanel не просили за него денег. Они собирались подарить его актрисе. Это, кстати, обычная практика: бренд получает рекламу на весь мир, а звезда — уникальный наряд. Все в выигрыше.
И вот, когда работа уже кипела, в ателье раздался звонок от представителя актрисы.
По словам Карла, сообщение было коротким и ясным: «Не продолжайте работу. Мы нашли того, кто нам заплатит».
Можете себе представить эмоции Лагерфельда?
Для Дома Chanel это было как пощечина. У них есть железное правило — они никогда не платят звездам за выход на дорожку.
В итоге на “Оскаре” мы увидели Мерил в совершенно другом образе. Она выбрала темно-синий ансамбль от Elie Saab Haute Couture. Платье с открытыми плечами было надето поверх брюк. Выглядело это смело. И, конечно, стоило не меньше, чем то платье от Chanel.
Почему Карл так отреагировал? Речь не про деньги
Неужели Карл обиделся, что выбрали не его? Отчасти да, но дело гораздо глубже.
В Голливуде все знают, что многие бренды платят звездам за выход в их нарядах. Суммы там могут быть с шестью нулями. Но говорить об этом вслух — дурной тон. Это такой маленький грязный секрет индустрии.
А Chanel всегда стояли особняком. Они выстраивали отношения со звездами на основе дружбы, уважения и эксклюзивности. И когда команда Мерил (по версии Карла) заявила, что уходит к другому бренду за деньги, для него это прозвучало как предательство. Как будто его дружбу и уникальное творение просто променяли на пачку купюр.
Он почувствовал себя обманутым. И, будучи человеком с очень острым языком, не смог промолчать. Он вынес этот сор из избы, обвинив самую уважаемую актрису Голливуда.
Железная леди» наносит ответный удар. Извинений не будет
А что же Мерил? Она молчать не стала.
В официальном заявлении она назвала слова Лагерфельда ложью. Она утверждала, что никогда в жизни не брала денег за выход на красную дорожку, потому что это противоречит ее личной этике.
Ее позиция была такой — да, мы рассматривали платье Chanel, но в итоге просто выбрали другое, которое больше понравилось. Ни о каких деньгах речи не шло.
Когда скандал разгорелся, пиарщики Chanel попытались все замять. Они выпустили пресс-релиз, где говорилось, что произошло недопонимание. Сам Карл тоже выступил с заявлением, в котором “сожалел о возникшем споре”.
Но Мерил Стрип это не устроило. Она выпустила свой ответ: «Заявление господина Лагерфельда о "сожалении" — это не извинение. И я все еще жду».
Больше они эту тему не комментировали. Примирения так и не случилось. На красной дорожке Мерил выглядела напряженной, но невероятно достойной в своем темно-синем Elie Saab.