Следующая цель нарисовалась сама собой. Вернее, её принесла, хлюпая носом, Галина Ивановна, вернувшись из поликлиники.
— Риточка, конвейер смерти, а не больница! — всхлипывала она, снимая пальто. — Нашего Николая Петровича, того, что с сердцем, выписали, место нужно. А новый врач, что вместо Анны Сергеевны пришла, молодая-зелёная, меня даже слушать не стала, сразу антибиотики выписала! Анну Сергеевну, золотые руки, под сокращение пустили, говорят, «оптимизация».
Маргарита Павловна молча налила подруге чаю с малиной. В её глазах зажёгся тот самый знакомый огонёк стратега. Оптимизация. Слово-то какое удобное. Как коробка: снаружи гладкая, блестящая, а внутри пустота.
— Где сейчас Анна Сергеевна? — спросила она, отламывая кусочек батона.
— Да дома, в отчаянии. Муж на пенсии, ипотека, внучка учится… Ищет работу, но в её годы…
— Перестань. Давай думать.
Первым делом — разведка. Дядя Вася, с его феноменальным слухом, был отправлен в поликлинику «пройтись по ушам». Он вернулся с драгоценной информацией: новую заведующую, Людмилу Аркадьевну, всё руководство хвалит за «эффективность». А ещё дядя Вася услышал, как медсёстры в курилке обсуждали, что Людмила Аркадьевна — племянница кого-то из городской администрации. И что Анна Сергеевна «сама виновата» — отказывалась направлять пациентов на ненужные, но дорогие анализы в нужную частную клинику.
— Клиника «Геном», — зачитала вслух Галина Ивановна данные, добытые её племянницей. — Директор — муж Людмилы Аркадьевны, а учредитель ее сестра. Всё сходится. Классическая схема.
— Не классическая, — поправила её Маргарита Павловна, чертя в блокноте стрелочки и квадратики. — Грубая. Значит, наша Людмила Аркадьевна не боится. У неё есть «крыша». Прямое давление бесполезно.
Нужен был обходной манёвр. Маргарита Павловна надела свою лучшую шляпку и пошла на приём к Анне Сергеевне. Та сидела в уютной, но под уставшей квартире, с глазами красными от слёз. На столе лежали дипломы с отличием и пожелтевшая грамота «Лучшему врачу года-1998».
— Анна Сергеевна, — начала Риточка без предисловий, — вы готовы побороться? Не за место, а за правду.
— Какая борьба, Маргарита Павловна? Всё решено.
— Решено ими. Давайте перерешим.
План созрел быстро и был изящен, как шахматная комбинация. Если нельзя атаковать напрямую заведующую, нужно сделать её позицию невыгодной для её же покровителей. Нужно создать ей такие проблемы, от которых «крыше» станет проще от неё избавиться, чем защищать.
Первая фаза: «Саботаж в белых халатах». Бывшие пациенты Анны Сергеевны, а их были сотни, получили от «Коалиции» вежливые звонки. Суть была проста: «Записывайтесь на приём к Людмиле Аркадьевне. Задавайте вопросы. Много вопросов. Очень подробных. Про каждую свою болячку. Пусть она работает».
В течение недели очередь к кабинету заведующей растянулась на три часа. Нетерпеливые пенсионеры, наученные Маргаритой Павловной, дотошно выспрашивали про каждый симптом, требовали разъяснить каждую строчку в назначениях, жаловались на здоровье и судьбу. Производительность кабинета упала ниже плинтуса. Скандалы в коридорах стали нормой.
Вторая фаза: «Альтернативное предложение». Пока Людмила Аркадьевна тонула в потоке вопросов, Анна Сергеевна, по плану Риточки, арендовала за копейки маленькую комнату в старом фонде рядом с поликлиникой. Вывеска была скромная: «Консультационный пункт врача общей практики. Предварительная запись».
Запись была расписана на месяц вперёд. За три дня. Люди шли к проверенному доктору, как к источнику живой воды. А Маргарита Павловна через знакомых журналистов (внук дяди Васи вел блог о городских новостях) запустила историю: «Врач от Бога уволена, а пациенты голосуют ногами». Пост гулял по местным пабликам, обрастая гневными комментариями.
Третья, решающая фаза, называлась «Пирог мира». Маргарита Павловна испекла свой фирменный яблочный штрудель и, прихватив Галину Ивановну для солидности, явилась прямо в кабинет к главному врачу больницы, к которой была приписана поликлиника.
— Мы к вам от совета ветеранов нашего района, — начала она, ставя на стол пирог. — Очень беспокоимся о кадровом вопросе. Врач высшей категории, Анна Сергеевна Белова, вынуждена принимать людей в полуподвале. А ваша поликлиника, между тем, теряет пациентов и, соответственно, финансирование. Люди массово пишут заявления о прикреплении к другой. Это же удар по репутации всего учреждения.
Главврач, уставший мужчина, смотрел то на пирог, то на аккуратную папочку с распечатками из блога и статистикой оттока пациентов, которую ему положила Галина Ивановна. Он всё понимал. И про лабораторию мужа заведующей, и про её родню. Но когда проблемы начинают бить по карману и показателям, родня быстро становится не такой уж и близкой.
Через три дня Анну Сергеевну вызвали к тому же главврачу. Извинились за «недоразумение» и предложили вернуться на прежнее место, но уже с небольшой надбавкой «за многолетний труд». Людмилу Аркадьевну перевели на другую, менее денежную должность в рамках той же больницы — формально не понизив, но лишив всех рычагов.
Вечером «Коалиция» праздновала победу в квартире у Анны Сергеевны. Пили чай, ели тот самый штрудель.
— Как вы это сделали? — восхищённо спрашивала врач.
— Мы просто помогли руководству принять правильное экономическое и административное решение, — скромно ответила Маргарита Павловна, поправляя шляпку. — А знаете, что у нас в подъезде творится? Уборщицу уволили, контракт отдали какой-то фирме, а они раз в неделю заглядывают. Пора бы и там навести свои порядки.
Она обвела взглядом своих бойцов. Дядя Вася согласно кивал, Галина Ивановна уже лезла в сумочку за блокнотом. Новая операция уже начиналась.