Поделиться • 28 января 2026
Автор: Николай Горелый, сооснователь Geek Picnic и руководитель конкурса «Креативное поколение»
Наш фестиваль начинался как любительский пикник для айтишников, без бюджета и бизнес-модели. В итоге он стал точкой входа для технологических стартапов. Но без ошибок добиться успеха не удалось: был и киборг с задержанным на границе протезом, и случайно вспаханный луг. Расскажу, как развивался фестиваль, чему предприниматели могут научиться на этом опыте и почему сегодня запустить подобный проект проще.
Наш фестиваль начинался как любительский пикник для айтишников, без бюджета и бизнес-модели. В итоге он стал точкой входа для технологических стартапов. Но без ошибок добиться успеха не удалось: был и киборг с задержанным на границе протезом, и случайно вспаханный луг. Расскажу, как развивался фестиваль, чему предприниматели могут научиться на этом опыте и почему сегодня запустить подобный проект проще.
В 2011 году один из моих приятелей, предприниматель Юрий Лившиц, вернулся в Санкт-Петербург из Америки и захотел отметить собственный приезд. Юра — большой мастер в запуске айтишных стартапов, поэтому он решил сделать ивент на IT-тематику. Изначально мы задумывали его как ламповое мероприятие для друзей и знакомых под открытым небом. Финансирование было полностью за счет собственных средств и ресурсов участников, без привлечения инвесторов или внешних партнеров.
В начале были люди, но не деньги
Бюджет по тем временам был небольшим, в пределах нескольких сотен тысяч рублей. Основные расходы пришлись на базовую застройку, аренду техники и организацию площадки. Тогда мы воспринимали это как эксперимент и не рассматривали проект как бизнес. Но в ходе подготовки он перерос в более масштабную историю. Первый фестиваль прошел 6 августа на острове Новая Голландия в центре Санкт-Петербурга. Лекции по программированию читал сам Юра и его приятели из технической сферы. Пришло около 1 тыс. человек — в основном это были сотрудники из IT-отрасли, знакомые и друзья друзей, которых позвали за компанию. Пикник прошел довольно расслабленно, и по его итогам Юра предложил заняться проектом мне.
В то время у меня уже был опыт организаций мероприятий: мы вместе с партнерами собирали ярмарки вакансий для айтишников. Второй Geek Picnic в 2012 году мы тоже решили реализовать в духе карьерного IT-фестиваля. Подготовка заняла около четырех месяцев и шла параллельно с нашей основной работой, отдельной команды под проект тогда не было. Спонсорами были технические компании, которые хотели найти специалистов. Их было три, и именно спонсорские средства составляли основную часть бюджета фестиваля (сумму инвестиций компания не раскрывает. — Прим. ред.).
Сам вход для участников ивента мы сделали бесплатным. Именно это и было ошибкой. Несмотря на то что фестиваль посетили 7 тыс. человек, мы ничего не заработали — наоборот, потеряли 500 тыс. руб.
Бизнес-модель
В следующем году мы твердо решили мыслить как предприниматели. Амбиций было много, а вот опыта в разработке масштабных событий — мало (забегая вперед, скажу, что через пару лет нам это сильно аукнулось). Мы решили исходить из того, что интересно нам самим. Например, мне хотелось общаться с космонавтами, другой приятель увлекался играми, а третьего интересовало, куда эволюционирует человечество.
Мы даже запретили IT-тематики, потому что хотели обсуждать тренды будущего, а не то, как освоить очередной язык в программировании.
В итоге концепция изменилась из события для техгиков и айтишников ивент должен был стать крупнейшим европейским фестивалем технологий, науки и искусств. По сравнению с ярмарками вакансий это был свежий формат. Мы рассудили, что организаторы таких событий могут заработать либо на продаже билетов, либо на спонсорских пакетах или частном/государственном финансировании. Для небольшого стартапа второй и третий вариант — гораздо сложнее, поэтому мы решили идти по основному сценарию продажи билетов. Цену за вход на мероприятие сделали небольшой — всего 300 руб. Основные статьи расходов:
- площадка;
- застройка и техническое обеспечение;
- реклама;
- команда.
Мы арендовали часть ЦПКиО им. Кирова на Елагином острове, а сам фестиваль решили сделать двухдневным. Конечно, это тоже увеличило расходы на аренду. В нашей команде было 15 человек, которые распределялись по задачам:
- маркетинг и продажи;
- организация;
- программное руководство;
- ивент-менеджмент;
- digital-команда.
Для реализации проекта нам, само собой, понадобилось финансирование. У меня и партнеров в тот момент была некоторая сумма личных сбережений и доходов от курсов ЕГЭ. Еще нас поддержал «МТС», который выделил 5–6 млн руб. В обмен на финансирование компания получила стандартную рекламную интеграцию на фестивале:
- офлайн-размещение;
- визуальное присутствие на площадке;
- коммуникацию с аудиторией.
Речь не шла о доле в проекте или эксклюзивных правах, это было классическое партнерство в рамках события. В целом сильно выручило, что мы смогли договориться с подрядчиками и сотрудниками на формат постоплаты, что позволило минимально вкладывать в подготовку мероприятия свои средства. Это идеальный сценарий в таких ивентах, поэтому в дальнейшем мы придерживались той же системы.
Например, для Geek Picnic 2015 мы потратили всего 10% собственного бюджета по отношению к реальной смете.
В 2013 году многих интересовали 3D-принтеры, дроны и бионические протезы. Поэтому на конференции Global Future 2045 в Нью-Йорке я договорился о приезде Найджела Экланда — того самого «человека-киборга», одного из первых людей с бионическими конечностями. Тогда же мы пригласили выступать российских космонавтов, блогеров — популяризаторов науки.
В большинстве случаев спикеры выступали бесплатно, при этом они отлично помогали рекламировать фестиваль. К слову, продвигаться мы решили через пиар в региональных СМИ и городских каналах — в них мы, конечно же, промили наших звезд и самые интересные изобретения, которые планировали показать.
В итоге все окупилось — на наш ивент пришли 13 тыс. человек, общая выручка составила около 10 млн руб., а чистая прибыль — около 3 млн руб. Однако почти все заработанные деньги сразу ушли на оплату расходов.
Провал и работа над ошибками
Мы были так воодушевлены первыми продажами Geek Picnic 2013, что решили не дожидаться следующего лета и сделать еще один фестиваль зимой 2014 года в Москве. Именно здесь нас ждал первый провал.
Мы арендовали целый павильон на ВВЦ — площадку на 15 тыс. кв. м — но этого оказалось недостаточно. Только в первые два часа к нам пришло 8 тыс. человек. В первый день на входе образовалась большая очередь, а людям, которые попадали внутрь, было трудно разместиться в зале, в котором много места занимали экспонаты.
Были и другие, более мелкие просчеты, и в совокупности все это привело к накопительному негативному эффекту. Часть людей потребовала вернуть деньги — они даже написали заявление в прокуратуру.
Средства мы, конечно же, вернули. В официальных аккаунтах фестиваля мы также выпустили посты, где признали недоработки по ряду пунктов. После неудачи мы сделали для себя несколько полезных выводов.
- Первый: если мы рассчитываем на мероприятие с участием десятков тысяч человек, любое помещение может оказаться маленьким. Поэтому лучше выбирать открытые площадки.
- И второй: нужно внимательнее выбирать подрядчиков. На последнем месте, например, были проблемы со светом и электричеством — периодически оно просто отключалось. Или, например, нерегулярно убирали мусор. Но негатив свалился на нас как на организаторов фестиваля.
Отчасти нам не повезло: в то время рынок ивентов в фестиваль России только зарождался, поэтому на нем не была сформирована культура работы с подрядчиками. Но уже через пару лет ситуация начала меняться к лучшему.
С опытом также пришел еще один инсайт: предусмотреть все нереально, в подготовке масштабного ивента всегда будут курьезные ситуации и непредвиденные расходы.
Чтобы бизнес-модель работала не в убыток, такие затраты нужно предусмотреть заранее. В нашем случае они обычно составляли примерно 10% от общего бюджета мероприятия. Поэтому мы начали закладывать их в цену билетов.
К слову, за годы Geek Picnic курьезов в организации было немало, и каждый из них — это отдельная история со своей ценой. Чтобы роборука из США не опоздала к открытию, нам пришлось в срочном порядке перегружать ее с корабля на самолет, — пара тысяч долларов на ветер (в прямом смысле, ведь проблема была в нем). На границе у нашего киборга-барабанщика Джейсона Барнса вдруг изъяли протез руки — хорошо, что удалось разрешить это на месте, не сорвав выступление.
А однажды мы в буквальном смысле «вписались в историю»: транспортируя огромную установку по Масляному лугу в Петербурге (охранная территория!), мы изрядно его вспахали. В итоге — счет за ущерб и собственная ландшафтная операция силами команды, которая обошлась нам примерно в ощутимые на тот момент 400 тыс. руб.
К позитиву
После зимней неудачи в Москве-2014 следующий Geek Picnic мы снова решили сделать в Питере, в теплые дни августа, все на том же Елагином острове. Формат фестиваля не всегда был одинаковым. В разные годы мы пробовали как однодневные, так и двухдневные мероприятия. Когда программа и поток посетителей выросли, двухдневный формат оказался более удобным и для гостей, и для команды. Цену на билет подняли до 750 руб. (при покупке заранее его можно было приобрести за 500 руб.).
Классическая формула сработала на ура — негатива от аудитории уже не было. В итоге на фестиваль пришло на 5 тыс. гостей больше, чем на Geek Picnic-2013.
Год за годом показатели постепенно росли. Да, в первые ивенты заработанных денег хватало максимум на месяц и все уходило на нужды офиса и зарплаты штатных сотрудников. Но с 2015–2016 гг. мы стали получать реальную прибыль, она доходила до 25 млн руб. за один ивент.
Такие деньги уже можно было инвестировать в новые запуски. Это позволило проводить по несколько масштабных мероприятий за год. Так, Geek Picnic-2016 в Москве собрал 27 тыс. человек, а в Питере — рекордные 29 тыс. горожан. Наша аудитория, изначально состоявшая из техногиков, фактически расширилась до семейной. Мы даже нашли, чем заинтересовать детей: у нас были зоны отдыха и небольшие аттракционы для ребят от трех лет.
Со временем примерно в четыре-пять раз по отношению к первым запускам выросла и стоимость билетов — к 2016–2017 гг. она достигала 1–1,5 тыс. руб. Это позволило обеспечивать с продажи билетов примерно 40–50% выручки. Еще 40% приносили спонсоры и 10–20% — фудкорт.
Выход за рубеж
С самого начала амбиции были шире и мы задумывались о выходе на международный уровень. Выбор пал на зимне-весенний сезон: в России в это время проводить открытые мероприятия сложно, а во многих других странах — тепло и комфортно. Первой площадкой стал Тель-Авив, мировая IT-столица. Несмотря на полное отсутствие контактов, мы выстроили коммуникацию с нуля.
Новый формат требовал иного подхода к финансированию, маркетингу и организации. Мы искали локального партнера, который хорошо понимал рынок и был готов взять на себя часть расходов и операционную работу на месте. Со своей стороны мы отвечали за концепцию фестиваля, программу и развитие бренда Geek Picnic.
Партнеров находили через профессиональные контакты и рекомендации. При работе на новом рынке мы столкнулись с жесткими правилами: предоплатами, юридическими требованиями и высокой стоимостью подрядчиков. В итоге мы привлекли партнера, который в обмен на долю в Geek Picnic взял на себя часть затрат, а также получили спонсорскую поддержку Intel в размере $600 тыс.
Общий бюджет составил $1 млн. После всех расходов чистая прибыль мероприятия достигла $50 тыс. — и это без вложения собственных средств.
Этот этап стал важным результатом развития Geek Picnic за пределами России. На наш первый международный ивент в Тель-Авиве пришло 35 тыс. человек — даже больше, чем собирали питерские и московские мероприятия. Выручка составила около $1млн, или 60–70 млн руб. Для меня тот проект в Израиле стал одной из самых запоминающихся точек всего фестиваля.
Мы планировали запуск и в других странах, но не смогли преодолеть новые барьеры. Например, в Нью-Йорке мы столкнулись с жесткими бизнес-правилами: с нами никто не хотел разговаривать без денег, все требовали предоплату практически за любое действие.
В итоге очень много средств ушло только на нетворкинг и попытку организации фестиваля. Амбиции выступить там, а также в Берлине, Нью-Йорке и Сан-Франциско, так и остались планами.
Мы продолжили запускать фестивали в России, но весной 2018 года я решил сосредоточиться на новых проектах. Решение далось непросто — я покидал одно из своих любимых детищ, причем самое стабильное по генерации прибыли. Однако нужно было двигаться вперед. Насколько я слышал, после этого фестиваль проводили еще до 2023 года, но уже без международных выездов.
Как меняется предпринимательство
Если бы мы запускали фестиваль сейчас, думаю, нам было бы намного проще. 12– 15 лет назад у многих из нас не было понимания, как привлекать клиентов, выстраивать процессы и эффективную бизнес-модель.
Например, когда мы только начинали развивать наш ивент, не были оцифрованы целые ниши. В той же культуре ивентов вообще не было стандартов работы, поэтому первые годы с подрядчиками было особенно непросто. Со временем, когда и они, и мы стали работать с CRM-системами, инструментами трекинга задач и др., скорость и качество процессов стали гораздо лучше. Отдельной строкой хочу выделить ИИ, скорость его внедрения поражает.
Наконец, расширилась поддержка предпринимателей и целых отраслей — многочисленные субсидии, социальные контракты и гранты на открытие бизнеса. При участии государства появились современные цифровые платформы, которые помогают запускать стартапы, например Московский инновационный кластер (МИК).