Активизация переговоров вызывает у одних оптимизм, а у других скепсис и резонные замечания, что непонятно, зачем Зеленскому и поддерживающей

Активизация переговоров вызывает у одних оптимизм, а у других скепсис и резонные замечания, что непонятно, зачем Зеленскому и поддерживающей Украину Европе идти на мир сейчас, когда для них всё складывается очень хорошо:

▪️Украина успешно обороняется, соотношение усилий и потерь к результатам у России за год объективно плохое;

▪️Экономика России вошла в кризис и даже по мнению провластных экономистов страну ждёт первый с начала войны тяжёлый год;

▪️Опасения насчёт Трампа не подтвердились, он много говорит, но прямо Украине не вредит, а остановка поставок из США на стабильности украинской обороны не сказалась;

▪️Цены на нефть низкие, на рынке её избыток, энергетический кризис Европе не грозит.

С такими вводными кажется, что Украине нужно продолжать войну, так как есть шансы получить гораздо лучший мир через 1-2-3 года, чем предлагается сейчас, не говоря уже о гипотетической возможности развала России вследствие краха экономики особенно, если удастся реализовать морскую блокаду теневого флота.

Впрочем и это можно контраргументировать тем, что положение самой Украины не улучшается, если в 2024 году ВСУ смогли провести наступательную операцию, то в 2025 только оборонялись, нанося локальные контрудары без явных стратегических замыслов, а лишь реагируя на действия ВС РФ. Денег Киев получает всё меньше, ситуация в столице близка к гуманитарной катастрофе, а мобилизационный ресурс исчерпан. Но сейчас речь не про это.

ЕС в очередной раз демонстрирует свою типично бюрократическую сущность. Der Spiegel неделю назад разразились мощным политическим текстом с призывом к Европе стать сильной и единой в ущерб национальным интересам. Вот только как это сделать в условиях работающей демократии?

Здесь существует прямая зависимость: делаешь что-то в ущерб национальным интересам — проигрываешь выборы националистам — они отменяют всё, что ты сделал. Действовать в ущерб национальным интересам можно в условиях диктатуры, а вот демократия рамки ущерба очень сильно ограничивает, и это как плюс, так и минус, в зависимости от ситуации, но это факт.

И сейчас Европа столкнулась именно с такой проблемой, всё же ЕС — это пока ещё не государство, нет единой европейской нации, союз состоит из национальных государств с очень разными интересами, а именно эта рыхлость не даёт им выступить единым фронтом против Трампа или же оказать Украине достаточную поддержку.

Макрон заблокировал планы ЕС выделить деньги из пакета на 90 миллиардов евро на закупку у Великобритании ракет Storm Shadow.

Франция в целом изначально выступала за то, что все средства должны быть потрачены внутри Европы, а если говорить о ракетах, то Париж производит аналог SCALP и понятно, что хочет самостоятельно на них заработать и не кормить британских оружейников. Вот только Украине это не помогает, но с точки зрения Макрона всё выглядит как версия известной проблемы Ганнибала, которому олигархи Карфагена не дали денег, посчитав, что он же и так успешно воюет с Римом в рамках существующего бюджета.

Поэтому можно поставить себя на место Зеленского и посмотреть на это с его точки зрения. Пока Украина можно сказать из последних сил обороняется от России, в Европе занимаются делёжкой незначительной по мере этой войны суммы в десятки, максимум сотни миллионов евро.

А тут же подливает масла и Германия. Министр обороны Писториус заявил, что Германия больше не может помочь Украине системами ПВО, так как передала уже треть своих установок и в целом внесла непропорционально большой вклад относительно других стран.

Звучит вроде бы и логично, но только Германии прямо сейчас ничего не угрожает. Нет ни одной угрозы, для отражения которой нужны были бы системы Patriot, жизнь в Германии не станет опаснее, если она передаст Украине даже все свои системы ПВО.

И не нужно думать, что никто не понимает глупость этого положения, все всё понимают, но вот так устроена система и никто её менять сейчас не будет, что тоже все понимают. А поэтому и могут искать мир, понимая, что СВО — это не тот конфликт, ради которого вся Европа может массово пожертвовать национальными интересами.