Найти в Дзене
Истории.com

Когда врачи не верили, а я не сдалась

Людмиле поставили диагноз между третьей и четвёртой стадией онкологии. Её ждал сложный путь: операции, таргетная терапия, десятки курсов химии. Но наша героиня не сдалась. Стала внимательнее к себе, училась переключаться с боли на радость и даже удивила врачей, пройдя через всё вопреки прогнозам. Теперь она в ремиссии и делится своей историей чтобы мотивировать тех, кто оказался в похожей ситуации. В 2018 году неожиданно для меня мне поставили очень серьёзный диагноз — онкология, причём в стадии между третьей и четвёртой. Дальше было много всего, в том числе сложная операция. Эту историю я рассказываю для того, чтобы люди, столкнувшиеся с этой ситуацией, не боялись, не впадали в депрессивное настроение и не отчаивались. Сейчас очень много медицинских технологий, опытных специалистов, которые способны помочь вылечиться. С онкологией можно бороться, просто не нужно паниковать, нужно любить себя и начать прислушиваться к себе сильнее, чем раньше! Лично мне начали делать таргетную терапию,

Людмиле поставили диагноз между третьей и четвёртой стадией онкологии. Её ждал сложный путь: операции, таргетная терапия, десятки курсов химии. Но наша героиня не сдалась. Стала внимательнее к себе, училась переключаться с боли на радость и даже удивила врачей, пройдя через всё вопреки прогнозам. Теперь она в ремиссии и делится своей историей чтобы мотивировать тех, кто оказался в похожей ситуации.

В 2018 году неожиданно для меня мне поставили очень серьёзный диагноз — онкология, причём в стадии между третьей и четвёртой. Дальше было много всего, в том числе сложная операция. Эту историю я рассказываю для того, чтобы люди, столкнувшиеся с этой ситуацией, не боялись, не впадали в депрессивное настроение и не отчаивались. Сейчас очень много медицинских технологий, опытных специалистов, которые способны помочь вылечиться. С онкологией можно бороться, просто не нужно паниковать, нужно любить себя и начать прислушиваться к себе сильнее, чем раньше!

Лично мне начали делать таргетную терапию, которая мягче, чем стандартная химиотерапия, но при этом более длительная. У меня, например, не выпадали волосы, но все равно воздействие химического состава могло вызвать всяческие осложнения. Как-то врачи у меня спросили, как долго я делаю терапию. На тот момент это длилось уже 2,5 года, и они удивились, так как обычно максимальный срок составляет два года. Тогда я прошла около 30 курсов, сейчас уже более 70. Честно говоря, я уже перестала их считать. Сначала пыталась отмечать какие-то юбилейные — 50-е, 60-е, потом и это бросила.

На самом деле, я поняла, что скорость моей жизни изменилась. Раньше я могла о чём-то мечтать на ближайшие 3-4 года, а сейчас я не позволяю себе так поступать. Если мне чего-то хочется, то я просто иду и делаю или покупаю, и получаю от этого удовольствие! В целом, жить стало интереснее, и все окружающие мне говорят, что я стала более активной и наполненной, хотя это не было моей целью и стремлением. Я поняла, что нужно себя переключать с каких-то негативных моментов — больниц, капельниц — на что-то положительное и интересное.

Буквально несколько дней назад мне сказали, что я нахожусь в ремиссии, хотя на шестой месяц после выявления онкологии у меня обнаружили метастазы. То, что я больше не нуждаюсь в лечении, стало для меня такой неожиданной новостью, что я даже не знаю, как к ней относиться. С одной стороны, я не могу нарадоваться тому, что мы победили, а с другой, онкология — такая вещь, которая у многих возвращается или как-то по-другому себя проявляет. Врачи заверили меня, что ближайшие два месяца можно жить спокойно без каких-либо проблем и обследований.

Я мечтаю, чтобы у людей, победивших рак, была своя доска почёта, на которой было был написано — 10 лет, 20 лет после обнаружения онкологии и так далее. Эта информация была бы прекрасным стимулом для людей, которые приходят в больницу. Помимо своих болевых ощущений, они могли бы видеть положительные истории, которые помогали бы им не отчаиваться, бороться за себя и продолжать верить! (№35)