27 января ушел из жизни замечательный советский и российский тренер Борис Игнатьев.
Под его руководством юношеская сборная СССР (U-18) выиграла чемпионат Европы-1988. В финале турнира наши футболисты оказались сильнее португальцев — 3:1. О триумфе, Игнатьеве-тренере и человеке мы поговорили с капитаном той команды Олегом Табуновым.
Решал вопросы с армией, знал про нас все
— Почти 40 лет прошло... Сейчас, конечно, и не вспомню свои первые впечатления от работы с Борисом Петровичем. А вообще это тренер, который показал, как надо играть в футбол. Мне сейчас уже 56, но те принципы, которые он проповедовал, заложил, актуальны и по сей день, — считает бывший защитник «Локомотива» и ЦСКА.
— Вот как?
— Я не шучу. Вроде бы уже старенький, но все равно как-то двигаюсь, в мини-футбол играю и до сих пор придерживаюсь принципов Бориса Петровича. Интересное было, конечно, время. Когда ты из «Локомотива», который тогда считался простым клубом, попадаешь в сборную Союза... Что-то невероятное! Вообще не осознавал до конца, что происходит. Именно Борис Петрович научил меня, еще юношу, понимать футбол. Сейчас, когда смотрю матчи, сопоставляю. И прихожу к выводу, что его советы, установки эффективны до сих пор!
— Можете назвать те принципы игры, которые привил вам Борис Петрович?
— Если не ошибаюсь, их было четыре.
Если стоишь спиной к воротам, а перед тобой твой игрок — отдай ему. Если остановился — отдай мяч, дальше уже не беги с ним. Если видишь своего игрока впереди себя, отдай ему. Если умеешь играть в касание — делай одно касание, не играй в два.
Игнатьев прививал нам быстрый футбол. Ну и команда, конечно, в 1988-м подобралась просто сумасшедшая! Выиграли юниорский Евро. Пожалуй, могли и большего добиться. Впрочем, многие ребята в итоге вышли на очень высокий уровень, пройдя через тренерские руки Игнатьева.
— В чем главная особенность тренера Игнатьева?
— Считаю, для нас он был как отец родной! Не только тренировал, давал футбольные азы, но интересовался нашей учебой, спрашивал, кто куда будет поступать. Пытался устроить нашу жизнь. Помогал с той же армией, решал вопросы. Спасал! Вы же знаете, тогда был Афганистан, война... Многих туда забирали. Борис Петрович за нас боролся! Контролировал. Постоянно звонил родителям, спрашивал, что мы, как мы, знал всю подноготную.
Потому что понимал: если парень не выкладывался на 100 процентов на сборе, значит, что-то не так в семье. Он знал всех перспективных игроков Союза. В общем, являлся не только тренером, но и воспитателем, преподавателем. Повторюсь, был как отец родной. Во вторник прочитал новость о его кончине. Был просто ошарашен! Не только я, но и моя мама. Она его очень хорошо знала, общались... Последнее время Борис Петрович уже нечасто давал интервью. Но все заметки, в которых он анализировал современных игроков, я читал, все отслеживал.
— Почему именно вам досталась капитанская повязка в той сборной?
— Сложно сказать. Тоже как-то об этом задумывался. Были же ребята, которые много забивали, делали результат. Кирьяков, Сало (Саленко. - Прим. «СЭ»), Андрюша Тимошенко, Юра Никифоров у нас тогда еще в атаке играл. Потом его уже перевели в оборону. Но вот почему-то выбрали меня. Видимо, Борис Петрович посчитал, что капитанить должен защитник.
— Видимо, у вас была безупречная репутация. Тот же Саленко мог и начудить...
— Возможно. Не знаю. Сало — да, мог... Но я считал, что нужно говорить всю правду в лицо. Был довольно прямолинейным парнем. Может, за эти качества мне и поручили капитанить. Олег Саленко обладал непростым характером, но и футболистом был очень большим! Очень. И в коллективе мы все ладили. Не помню каких-то ссор. Как я уже заметил выше, сборная была шикарная. Она же сформировалась фактически из двух команд.
— Каких?
— Во-первых, это были ребята, которые в 1987 году выиграли юниорский чемпионат мира (в финале СССР в серии пенальти победил Нигерию — 4:2), — Юра Никифоров, Серега Беженар, Мирджалол Касымов, Анатолий Мущинка. Во вторую группу игроков входили Серега Кирьяков, Олег Саленко, Андрюха Тимошенко, Олег Бенько, Валера Попович, другие ребята.
Не считаю Игнатьева мягким тренером. На Саленко мог и голос повысить
— Со стороны порой казалось, что Борис Петрович довольно мягкий тренер.
— Не сказал бы. В бытовом общении — да. Интеллигентный, спокойный, рассудительный. Но если кто-то на тренировках переступал грань, поверьте мне, пистонов он мог вставить будь здоров! Тому же Сало от него здорово доставалось, когда Олега куда-то не туда уводило. Саленко все-таки в юном возрасте уже был ведущим игроком «Зенита», звездой Ленинграда. Отсюда, возможно, немного голова у него кружилась.
— Игнатьев ведь хотел отчислить Саленко перед финальным турниром Евро-1988?
— Да, что-то такое припоминаю. Было дело... Олег где-то начудил. Но Борис Петрович понимал психологию 18-летнего юноши. Сначала наказал Сало, и у того взыграло самолюбие. Потом вернул в сборную. И Олег выдал супертурнир (в трех матчах финальной части Евро Саленко забил четыре мяча. - Прим. «СЭ»)! Так что я бы точно не назвал Игнатьева мягким тренером. Он был тонким психологом, который при необходимости мог и голос повысить.
— Групповой турнир Евро вы начали, мягко говоря, неудачно. 1:4 от Румынии...
— Ну, что поделать... Вообще румыны всегда были неприятными для нас соперниками. Да все страны из соцлагеря против нас в буквальном смысле бились. Но ничего. Быстро отошли от поражения. Потом, кажется, одержали четыре победы и одну встречу свели вничью. Разгромили турок (7:1, дубль Тедеева, хет-трик Саленко), заняли первое место в группе, вышли в плей-офф.
— В четвертьфинале не испытали особых проблем с норвежцами?
— Выиграли — 4:2. А вот дальше нас ждала сборная ГДР. И, несмотря на итоговый комфортный счет (3:0), победа далась очень непросто. Это опять к разговору о странах из социалистического лагеря. Да и жара тогда в Чехии стояла нешуточная. Чуть ли не 40 градусов...
— В финале вам предстояло сразиться с Португалией с Фернанду Коуту, Паулу Соузой, Шавьером, Жоау Пинту в составе.
— Ситуация осложнялась еще и тем, что из-за перебора карточек мы потеряли двух ключевых игроков. Финал пропускали Бахва Тедеев и Сергей Заец. Да и сама игра складывалась для нас не лучшим образом. Португальцы были техничнее, создавали проблемы, открыли счет в начале второго тайма. Набегались мы с ними, конечно... Но Андрюха Тимошенко счет сравнял. А в дополнительное время мы их все-таки дожали. Юра Никифоров и Сало (Саленко) принесли нам победу.
— Помните установку Игнатьева на игру? Что он говорил в перерыве, перед овертаймом?
— Нет, увы. Такие детали все же стерлись из памяти. Но Борис Петрович все время сохранял спокойствие. Не нагнетал. От него шел только четкий подсказ. Все по делу. Такое ощущение, он понимал, что мы посильнее и рано или поздно свое возьмем. Вот такая уверенность от него действительно исходила. И здесь нужно сказать и еще об одном очень важном аспекте в его работе.
— Каком?
— Тогда в штабе же не было специального тренера по физподготовке. Но Игнатьеву с помощниками удалось подвести нас к решающему матчу в отличной форме. Мы же были какими-то нереально выносливыми. Сил было просто вагон! По такой жаре выдержать 90 минут, да и еще и два дополнительных тайма... В этом и заключалась заслуга Бориса Петровича. Ведь он играл на сильных качествах своих подопечных, на их козырях. Помогал нам раскрыть свой потенциал. Это и есть тренерство. В финале мы выложились даже чуть больше чем на 100 процентов.
Юношеский чемпионат Европы. Финал
Португалия — СССР — 1:3 (0:0)
Голы: Пинту 56 (1:0). Тимошенко, 78 (1:1). Никифоров, 103 (1:2), Саленко, 117 (1:3).
Португалия (U-18): Бизарро, Абел Силва, Фернанду Коуту, Моргаду, Филипе (Амарал, 76), Шавьер, Паулу Соуза (Жорже Коуту, 80), Элиу Соуза, Жоао Пинту, Луиш То Зе, Фолья.
Тренер: Карлуш Кейруш.
СССР (U-18): Стауче, Бенько, Табунов, Беженар, Мущинка (Тетрадзе, 93), Асадов, Касымов, Попович, Саленко, Тимошенко, Кирьяков (Никифоров, 70).
Тренер: Борис Игнатьев.
27 июля 1988 года.
Честный. Справедливый. Настойчивый
— Анализируя тот успех, Игнатьев как-то заметил: «Если говорить о юношеской сборной-1988, которая обыграла португальцев в финале, то в той команде я бы выделил прежде всего трех человек: Сергея Кирьякова, Олега Саленко и Андрея Тимошенко. По уровню таланта, думаю, они находились где-то рядом».
— Тут с Борисом Петровичем сложно спорить. Но если выделять кого-то одного, то я бы назвал Андрея Тимошенко, царствие ему небесное (Андрей Тимошенко умер в сентябре 2010-го в возрасте 41 года. - Прим. «СЭ»). Он сам из спортивной семьи. Великолепно работал с мячом, пластичный такой, координированный... Увы, не смог полностью себя реализовать в футболе. Не повезло, скажем так. Саленко, конечно, был прирожденный бомбардир, но по уровню таланта я Андрея все же повыше поставлю.
— Против Саленко непросто приходилось действовать на тренировках?
— Таран. Продавливал соперников, лез напролом. Ох, как же нам, защитникам, и доставалось в борьбе с ним на тренировках. Помню, как-то в Сухуми, видимо, после дождя бодались с ним на поле в грязи. Это что-то страшное было... Он все равно продавливал и забивал! Я вот сейчас думаю. Возможно, в том числе и потому, что мы не жалели друг друга на тренировках, буквально убивались, в итоге что-то и смогли выиграть для страны.
Ну и нельзя не сказать про тех футболистов, которые выиграли в 87-м юниорский чемпионат мира. Никифоров, Беженар, Касымов. Они нам, безусловно, здорово помогли! Сумасшедшая сборная.
— А вы сами могли дорасти до первой сборной?
— Вряд ли. Все-таки не хватало антропометрии. При росте 175 сантиметров не так-то просто было играть в центре защиты. Ну и травмы, к сожалению, не обошли меня стороной. Рано закончил. «Кресты»... А в то время медицина была не на таком уровне, как сейчас. Поэтому в итоге переключился на футзал.
— Можете тремя словами описать Бориса Петровича Игнатьева?
— Честный. Справедливый. Настойчивый.
Большая утрата. Не стало бывшего тренера сборной России Бориса Игнатьева
«Ненавижу бездельников, лгунов и тех, кто обижает слабых». Последнее интервью Бориса Игнатьева
«Золотой человек во всех отношениях». Российский футбольный мир скорбит из-за смерти Игнатьева
Виталий Айрапетов, «Спорт-Экспресс»