Григорий Рыклин. Двадцать два месяца//Крокодил. – 1936. - №15
Двадцать два месяца
Судите меня поскорей!..
Он ходил по улицам родного города, и на него указывали пальцами:
- Это тот самый. Семен Лория. Он привлечен к судебной ответственности. За вредительство. Мерзавец!
Это было здоровое возмущение советских граждан против человека, который совершил тяжкое преступление перед государством.
Семен Лория все это понимал. Он не был в обиде на друзей. Его мысли были заняты другим. С утра до вечера он бегал по различным инстанциям Тифлиса и всюду говорил одно и то же:
- Почему я до сих пор на свободе? Судите меня поскорей!
Eгo не хотели судить. О тяжком преступлении этого закоренелого преступника как будто забыли. И ходил Семен Лория долгие месяцы, таща на себе позорное клеймо преступника, мрачное звание подсудимого...
Не надо волноваться…
После демобилизации из Красной армии командир запаса Семен Лория поступил на работу в Грузсовхозсекцию.
То ли невзлюбили его тамошние начальники, то ли надо было прикрыть какие-то свои темные дела и найти для этой цели козла отпущения - подробностей мы еще не знаем, но в мае 1934 года Лория уволили.
Не просто уволили. Так каждый может. Нехитрое дело и к тому же рискованное. Начнутся жалобы, расследования и прочая волокита.
Нет, Гибрадзе, начальник сектора Снабсбыта, Гоголашвили, бухгалтер, и другие сановники из Грузсовхозсекции более предусмотрительны, чем вы думаете. Они увольняют Лория и предают его суду за вредительство и за причиненные государству убытки в размере 30 тысяч рублей. Пускай парень почешется и докажет, что он не виноват.
Лория обращается за помощью и содействием к лицу, возглавляющему Грузсовхозсекцию, - к Макарию Бедия. Тот внимательно выслушивает, но...
Бедия говорит Семену Лория:
- Посмотрим, кто из вас двоих окажется прав: либо вы будете отвечать за вредительство, либо Гибрадзе за клевету. Посмотрим. Не надо волноваться. Но Семен Лория несмотря на советы начальника все же волнуется.
Одиннадцать
Его дело направлено к прокурору Сталинского района города Тифлиса Георгадзе.
Одиннадцать месяцев Семен Лория числится вредителем, преступником.
Он почти ежедневно ходил в прокуратуру. Писал заявления. Но прокурор не спешил. Что ему какой-то малоизвестный сотрудник Грузсовхозсекции?
А когда через одиннадцать месяцев прокурор удосужился заглянуть в дело, он невольно улыбнулся. Ничего серьезного. Никаких доказательств. Пустяки! Дело было прекращено.
Семен Лория - больше не подсудимый, не преступник, не вредитель.
Однако погодите радоваться. Умерьте свои восторги, дорогие товарищи. Не спешите поздравлять Семена Лория.
Ещё шесть
Когда отцы-благодетели из Грузсовхозсекции узнали, что Семен Лория признан невиновным, они ничуть не удивились, но весьма опечалились.
И немедленно против Семена Лория выдвигается новое, свежеиспеченное обвинение. В прокуратуре, у того самого чуткого и отзывчивого прокурора Георгадзе, заводится новая папка – о растрате С. Лория десяти тысяч рублей.
Семен Лория опять преступник. Семен Лория опять путешествует от одной инстанции к другой по старой, проторенной тропинке.
Семен Лория опять требует:
- Судите меня поскорей!
Но не таков прокурор Георгадзе. Он не любит торопиться. И вообще не может он заниматься так часто делом какого-то Семена Лория. Подождет.
Так проходит шесть месяцев. И лишь потом, после вмешательства Совнаркома Грузии и Комиссии советского контроля, прокурор Георгадзе заглянул в папку, посвященную Лория.
- Опять та же история! - заметил прокурор, сладко позевывая. – Опять он невиновен. Вот надоел!..
Дело было прекращено.
Однако погодите радоваться. Умерьте свои восторги, дорогие товарищи. Не спешите поздравлять Семена Лория.
Еще пять, итого – двадцать два
Итак, второй раз доказано, что Семен Лория не совершал никаких преступлений. Но, тем не менее, в его трудовом списке осталась печальная строка: «Уволен за вредительство и предан суду». Как жить и работать с этакой вот строчкой?
Семен Лория обращается в суд Сталинского района города Тифлиса. Он просит исправить его трудовой список и присудить ему деньги за «вынужденный прогул».
Дело тянется пять месяцев. Наконец, всей этой историей заинтересовались Верховный суд Грузии и Бюро жалоб Центральной комиссии советского контроля.
Семен Лория восстанавливается во всex своих правах: исправляется трудовой список, он получает около 6 тысяч рублей...
Надо сознаться, что, описывая эти события, мы проявляем большую скупость на слова. Мы не хотим обременять читателя невеселыми подробностями.
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело No 2/3246 гражданина Лория делается. Мы не описываем всех мытарств Лория, пока, наконец, он добился полной своей реабилитации. Надо поскорей кончать наш фельетон, но...
Не точка, а запятая
Но мы не намерены ставить точку. Тут требуется запятая.
Лория оправдан, а...
А как же с клеветниками и бездушными чиновниками, которые похитили из его жизни двадцать два месяца, которые в течение почти двух лет издевались над человеком, над гражданином Советской страны?
В решении Верховного суда Грузии нет ни слова об этих личностях. Почему?
