Мне уже получше, но всё ещё остаюсь не в своей тарелке:
Вчера после долгих раздумий всё-таки решаюсь дойти до супермаркета, предварительно разработав алгоритм действий: захожу, набираю шесть литров очищенной воды из стоящей у входа огромной ёмкости, потом беру с полки ещё пару необходимых товаров, далее иду к кассе самообслуживания, всё оплачиваю и спокойно иду домой, ни с кем не общаясь, чтобы инфекцию не распространять.
Идеально!
Выхожу из дому в домашних флисовых брюках, сменив худи на свитер и надеваю пуховую куртку.
Идти всего метров двести. Ерунда.
Действую по продуманному алгоритму. Набираю, кладу в корзинку нужное. Можно идти оплачивать, но...
В глаза бросаются яркие оранжевые мандарины. Беру всего четыре. Взвешиваю на весах самообслуживания.
А они очень старые с номерами овощей и фруктов. Как и повсюду в донецких супермаркетах.
Штрихкод наклеен.
Иду к кассе, сканирую. Мандарины не сканируются.
Подходит охранник, сообщает, что весы неправильно печатают штрихкод, поэтому нужно идти к кассе с кассиром.
В какой-то момент появилось мысль просто оставить мандарины, но они такие соблазнительные!
Иду к кассе, а там уже небольшая очередь из таких же, как и я, невезучих.
Стою в конце. Чувствую, как от слабости бросает в жар.
А кассир каждый плохо напечатанный штрихкод вводит вручную, рассматривая цифры с помощью лупы.
Наконец-то подошла и моя очередь. Оплачиваю, иду к выходу, по пути забирая свою шестилитровую бутылку...
А она-то такая тяжёлая!
Борюсь со слабостью и тащу свою ношу к подъезду. А там ещё и ступеньки!
Каждую из них преодолеваю с большим трудом.
Ух, конец пути!
Бросаю всё в прихожей, снимаю куртку и падаю на диван, чтобы прийти в себя.
Впервые чувствую такую ужасную слабость.
Вечером ложусь спать пораньше, чтобы поскорее сил набраться.
Увы и ах!
То кашель, то насморк. Уснуть невозможно.
Верчусь под одеялом.
Время идёт.
За окном тишина. Двенадцать лет назад Донецк, который был городом-миллионником, в тёмное время суток превращается в тихую деревню, в которой даже собаки лают очень редко.
Но вот раздаётся очень громкий очень протяжный гудок металлического завода.
22 часа. Рабочим сообщают, что скоро начнётся ночная смена.
23 часа. Гудок звучит дважды. Ночная смена началась.
Мне удаётся уснуть ненадолго только через три часа.