Фантастический рассказ
Глава 1. Раскол реальности
Нулевая точка. Время: неопределено
Медальон раскалился добела. Руны на стенах вспыхнули, образуя вихрь света. Фон Райх закричал — его тело начало распадаться на потоки энергии, но в тот же миг пространство содрогнулось.
— Вы не понимаете! — прохрипел он, пытаясь удержать форму. — «Иггдрасиль» — не враг. Он — единственный способ спасти реальность! Ваши прыжки во времени разорвали ткань мироздания. Без него всё рухнет!
Соколова шагнула вперёд, держа медальон как щит:
— Значит, ты создал паразита, чтобы «залечить» раны? Ты не спасаешь — ты заменяешь одно безумие другим!
Из тьмы выступили новые фигуры — копии фон Райха, его «дети», как он их назвал. Они окружили отряд, но не атаковали. Их глаза светились тем же голубым огнём, что и руны.
— Смотрите, — сказал один из клонов, указывая на трещины в пространстве. — Реальность умирает.
Громов оглянулся. Вокруг них разрастались чёрные разломы, словно стекло, готовое рассыпаться. В каждом из них мелькали обрывки миров: города, которых не было, войны, которые не начинались, люди, никогда не рождавшиеся.
Глава 2. Выбор
Нулевая точка. Время: неопределено
Хранитель появился из сияния рун. Его посох дрожал, кристалл тускнел.
— Вы должны решить, — сказал он. — Уничтожить «Иггдрасиль» — значит остановить паразита, но и лишить реальность последней опоры. Сохранить его — дать ему поглотить всё, превратив в единую, безжизненную вечность.
— Есть третий путь? — спросил Кузнецов, оглядываясь на разломы.
— Есть, — ответил Хранитель. — Но он требует жертвы. Кто‑то должен занять место фон Райха. Стать новым Хранителем, связующим звеном между мирами. Но это… навсегда.
В зале повисла тишина. Даже копии фон Райха замерли, словно ожидая решения.
— Я сделаю это, — сказал Громов, шагнув вперёд.
Соколова схватила его за руку:
— Нет! Ты не можешь…
— Могу, — перебил он. — Если это остановит «Иггдрасиль» и сохранит реальность.
Фон Райх рассмеялся, но смех перешёл в стон:
— Ты думаешь, это спасение? Ты станешь частью машины. Ты забудешь, кто ты.
— Не важно, — ответил Громов. — Главное — чтобы остальные жили.
Глава 3. Слияние
Нулевая точка. Время: неопределено
Хранитель поднял посох. Кристалл вспыхнул, и Громов почувствовал, как энергия рун проникает в него. Его тело начало светиться, сливаясь с вихрем света.
— Помни, — сказал Хранитель, вкладывая посох в его руку. — Ты — не паразит. Ты — мост. Держи реальность, пока другие ищут способ всё исправить.
Соколова бросилась к нему, но её руки прошли сквозь его свечение.
— Громов!..
— Уходите, — прозвучал его голос, уже не совсем человеческий. — Найдите способ разорвать цикл. А я… я буду ждать.
Пространство содрогнулось. Копии фон Райха растворились. Сам учёный исчез, оставив лишь эхо: «Ты повторишь мою судьбу…»
Глава 4. Возвращение
Горы близ Тронхейма. Норвегия. 1944 год. 02:30
Соколова, Кузнецов и Воронов материализовались у входа в шахту. Над головой — чистое небо, вдали — тишина. Бомбардировки закончились.
— Он… он остался там? — спросил Воронов, глядя на тёмный провал.
— Да, — ответила Соколова, сжимая медальон. — Он стал частью «Иггдрасиля». Но не паразитом. Хранителем.
Кузнецов достал карту:
— Что теперь?
— Возвращаемся, — сказала она. — И ищем способ разорвать цикл. Громов дал нам время. Теперь наша задача — использовать его.
Они пошли к выходу, но Соколова остановилась, обернувшись. В глубине шахты, на миг, ей показалось, что она видит силуэт — светящийся, как руны. И слышит шёпот:
«Я жду…»
Глава 5. Новая цель
Штаб ГРУ. Москва. 2025 год. 11:00
Соколова вошла в кабинет. На столе — папка с надписью «Проект „Феникс“. Фаза 2».
— Мы знаем, как остановить цикл, — сказала она, кладя медальон рядом. — Но для этого нужно вернуться к началу. К тому, кто всё начал.
Кузнецов поднял голову:
— Фон Райх?
— Нет, — ответила она. — Тот, кто дал ему знания. Тот, кто стоял за «Фениксом» ещё до войны.
На экране вспыхнула карта. Точка в глубине Сибири. Под ней — надпись: «Объект „Велес“. Уровень доступа: „Омега‑1“».
— «Велес»? — переспросил Кузнецов. — Это же миф…
— Нет, — сказала Соколова. — Это источник. И если мы найдём его, то сможем разорвать цепь раз и навсегда.
За окном гремел дождь. Где‑то в глубине времени Громов держал реальность, ожидая их возвращения.