После статьи о нефтяных запасах (она здесь) логично перейти к следующему этапу энергетического диалога — атомной энергетике.
В последние годы она возвращается в стратегические документы стран: обсуждаются урановые контракты, перезапускаются старые блоки, строятся новые.
Почему атомная энергетика снова становится актуальной
Возобновляемые источники энергии (ВИЭ) расширяются — особенно солнечная генерация, которая стала одним из самых быстрорастущих мировой энергетики. Но ограничения остаются прежними: солнце и ветер дают мощность не всегда. Энергосистемам нужен источник, который работает стабильно — независимо от погоды и времени суток.
Отдельный вопрос — газ. Энергетический кризис 2022 года показал, насколько уязвима зависимость от одного вида топлива: поставки срывались, цены скакали неделями. Это заставило многие страны по-новому взглянуть на энергобезопасность.
Атомная генерация отвечает главному запросу: она низкоуглеродная, управляемая и надёжная. Поэтому её снова включают в долгосрочные стратегии — не вместо ВИЭ, а как основу, которая позволяет системе оставаться в балансе.
Как страны возвращаются к атомной энергетике
За последние годы сразу несколько государств пересмотрели свои позиции: где-то смягчили ограничения, где-то полностью изменили курс.
Бельгия
Страна долгие годы следовала политике поэтапного отказа от атомной энергетики, но после 2022 года мнение изменили. Новый коалиционный кабинет одобрил продление работы двух ключевых реакторов до 2045 года и объявил о намерении отказаться от полного закрытия атомной генерации. Это один из самых заметных энергетических разворотов в Европе.
Дания
Одна из самых «ветреных» стран Европы впервые за десятилетия обсуждает отмену 40-летнего запрета на атомную энергетику. В центре разговоров — малые модульные реакторы, которые могут дополнить переменные ВИЭ и снизить зависимость от импорта энергии.
Италия спустя десятилетия после референдума приняла закон о возвращении к атомной энергетике, планируя к 2050-му получать от неё 11–22% генерации. Чехия рассматривает строительство до четырёх новых блоков вместо одного, чтобы снизить ценовые риски и укрепить энергобезопасность. Даже Германия, долгие годы остававшаяся символом ядерного скепсиса, смягчила позицию и готова включать атом в европейскую политику чистой энергии. Польша запускает атомную программу с нуля, стремясь сократить зависимость от угля и построить первую АЭС к середине следующего десятилетия. Для Украины, где раньше атом давал около половины всей генерации, тема стала ещё важнее — речь о восстановлении, безопасности и диверсификации будущей энергетики.
Япония
В новой стратегии разрешено строительство новых реакторов и продление срока службы действующих АЭС. Правительство заявило, что намерено «максимально использовать ядерную энергетику» — к 2040 финансовому году около 20% всей электроэнергии должно приходиться на АЭС.
Южная Корея
Новая энергетическая стратегия предусматривает строительство двух новых крупных реакторов и одного маломодульного к 2038 году, а доля атомной генерации должна вырасти с 30 до 35%. Дополнительно страна активизирует экспорт ядерных технологий и входит в число мировых конкурентных игроков ядерного рынка.
Объединённые Арабские Эмираты (ОАЭ)
ОАЭ уже запустили несколько блоков станции «Барака», первого коммерческого атомного проекта на Ближнем Востоке. Атомная электроэнергия используется и в промышленности: Emirates Global Aluminium выпустила первую партию алюминия, произведённую на ядерной энергии. На международном уровне ОАЭ стали инициаторами коалиции стран, планирующих утроить мировую атомную мощность к 2050 году.
Россия
Мы остаёмся одним из ключевых игроков мировой атомной энергетики — прежде всего за счёт экспорта. Большая часть проектов реализуется за рубежом: в Турции, Египте, Индии, Бангладеш, Китае и других странах.
По данным IAEA и World Nuclear Association, Россия много лет занимает первое место в мире по количеству строящихся за границей реакторов и по международному портфелю заказов — десятки энергоблоков находятся на разных стадиях подготовки и строительства.
Отдельное направление — ядерное топливо. Россия поставляет топливные сборки в страны Азии, Ближнего Востока и Восточной Европы; в ряде государств, например в Венгрии, обсуждается модернизация контрактов и продление срока работы реакторов с опорой на российские технологии.
Для России атом — это не только часть внутреннего энергобаланса, но и экспорт высокотехнологичной инфраструктуры, который формирует долгосрочные экономические и технологические связи.
США
Здесь атомная энергетика остается ключевым элементом энергетической стратегии. В 2025 году были подписаны президентские указы, направленные на значительное расширение ядерной мощности: к 2050 году страна планирует увеличить её примерно с 100 ГВт до 400 ГВт за счёт модернизации существующих реакторов, строительства новых блоков и развития технологий работы с ядерным топливом. В начале 2026 года федеральное правительство и крупные промышленные партнёры объявили о стратегическом сотрудничестве по созданию не менее десяти новых реакторов AP1000 к 2030 году с государственной поддержкой в виде финансирования и помощи при получении разрешений.
Параллельно рассматриваются инициативы по стимулированию размещения объектов хранения ядерных отходов и строительства АЭС на уровне штатов — это часть более широкой политики по расширению ядерной энергетики и решению инфраструктурных задач.
К чему идёт атомная энергетика в ближайшие десятилетия
Если соединить решения стран, прогнозы агентств и темпы развития технологий, картина становится яснее: атом возвращается — не резко, но надолго, как часть нового устойчивого цикла, который будет сопровождать энергопереход до середины века.
Локомотив — Азия. Именно там сегодня строится большинство новых реакторов: Китай, Индия, Южная Корея, Юго-Восточная Азия. По прогнозам IAEA, именно этот регион даст основной прирост атомной генерации в ближайшие 20 лет. Европа идёт медленнее, но тренд сохраняется: после кризиса 2022 года атом снова стал частью стратегий безопасности.
Ещё один фактор — развитие искусственного интеллекта и центров обработки данных. ИИ-модели, облачные сервисы и серверная инфраструктура требуют огромных объёмов стабильной электроэнергии. Это круглосуточная нагрузка, которую сложно закрывать только солнцем и ветром. Поэтому рост ИИ усиливает долгосрочный спрос на атомную энергетику.
Малые модульные реакторы переходят из области теории к практике — десятки проектов проходят лицензирование и тесты. Они не заменят большие станции, но займут свою нишу: удалённые регионы, водород, промышленность, замена угольных ТЭС. Модернизация старых блоков становится отдельной стратегией. США, Франция, Южная Корея уже продлевают работу реакторов на десятилетия вперёд.
Отдельная история — топливо. Спрос на уран, обогащение и производство сборок растёт. Страны стараются диверсифицировать поставки и строить свои цепочки — чтобы не повторить ошибки газового кризиса. Это — одна из ключевых тем отрасли на ближайшие годы.
И, наконец, сама логика энергосистемы. Солнце и ветер дают гибкость. Атом — стабильность. Это сочетание уже становится стандартом: оно помогает снижать выбросы, удерживать цены и поддерживать экономику в период пиковых нагрузок.
Прогнозы IAEA и World Nuclear Association звучат осторожно, но без сомнений: к 2050 году мировая атомная мощность может как минимум удвоиться. Это уже не теория, а результат решений, которые страны принимают сегодня.
Вывод
Если смотреть на атомную повестку с инвестиционной стороны, видно главное: деньги здесь появляются не на «реакторах вообще», а на конкретных звеньях цепочки.
Первое — топливо.
Продление срока службы АЭС и новые проекты поддерживают спрос на уран, обогащение и топливные сборки — и это один из первых сегментов, который уже отыгрывает тренд. В выигрыше — урановый сектор и поставщики ядерного топлива.
Второе — инфраструктура и сервис.
Атомная энергетика — отрасль с длинными контрактами на строительство, модернизацию и обслуживание. В плюсе — инжиниринговые и сервисные компании, работающие с атомными объектами.
Третье — действующая генерация.
Стабильная базовая выработка дорожает на фоне роста ВИЭ и цифровой нагрузки.
Преимущество получают операторы энергогенерации с атомными активами.
Отдельно — новые технологии.
Малые модульные реакторы привлекают внимание быстрее всего, но остаются зоной повышенного риска.
Ориентир: компании вроде Cameco, Uranium Energy, Constellation Energy, EDF, NuScale Power, Oklo. В России выбор заметно меньше: интерес к теме чаще выражается через отдельных эмитентов из энергетики и инфраструктуры — например, через Интер РАО, а ещё через Ростелеком и МТС (ЦОДы и облака), VK (VK Cloud и дата-центры), Сбер (ИИ-экосистема), Ozon (логистика и IT-инфраструктура) — но это уже скорее ставка на рост цифровой нагрузки и инфраструктуры, а не «чистый атом».
Даже в таких глобальных процессах всегда есть конкретные точки, где формируется спрос и появляется возможность заработать. Именно так мы и смотрим на и экономику в канале t.me/MariaDulentsovaOfficial. Присоединяйтесь!