«В чёрном-причёрном болоте, в сером-сером ДОТе, стоит большая-пребольшая пушка» - как заклинание повторял я, хлюпая резиновыми сапогами по Сестрорецким болотам под Петербургом. Монохромная природа топей, еще не успевшая прийти в себя от зимней спячки, навевала тоску, а навигатор в смартфоне, сбитый с толку глушилками, беспомощно метался по карте. А где-то позади, заградотрядом рычала и скулила сорвавшаяся в местной промзоне с цепи жуткая помесь алабая с московской сторожевой.
Отступать было некуда. Всего в сотне метров от ближайшей дороги, в самой чаще, меня ждал редкий для Карельского укрепленного района Линии Сталина послевоенный артиллерийский полукапонир с казематным 100-мм орудием ЗИФ-25. Позывные этой долговременной огневой точки - "Горизонт", также встречается наименование "В-16".
ЗИФ-25 начали производить на ленинградском заводе "Арсенал" в 1948 году, сделав всего 51 экземпляр этих орудий и это самый большой калибр КАУРа. Полукапонир был построен после войны (в 1950 году) специально под новейшую артсистему, смонтировать её в действующие фортификационные укрепления не представлялось возможным по габаритам.
Сохранился трубчатый броневой кожух для защиты нарезного ствола пушки от пуль и осколков. Орудие можно рассмотреть не только снаружи, но и внутри, поклонившись узкому, изрядно заросшему входу. Бункер внутри довольно большой, но расписанный бездарными граффити поисковых игр. Удивительно, но «Горизонт», несмотря на легкую доступность, почти не тронут мародёрами-металлистами, которых не останавливает даже расположение подобных объектов на закрытых военных полигонах.
В артиллерийском полукапонире сохранилась печка, в которой некие бедолаги пытались безуспешно развести огонь, попутно закоптив все стены бункера. Зато, в отличии от части огневых точек Карельского укрепрайона, в "Горизонте" дозиметр не нашел превышения уровня радиации.
В огневой точке есть второй, нижний этаж, но в момент моего посещения он был полностью затоплен ледяной болотной водой. В сухое летнее время года подвальное помещение доступно для спуска и осмотра сохранившихся фильтровентиляционных установок. Но самое интересное - впереди.
Огромный казенник 100-мм пушки массой в 25 тонн, втиснутый в тесное бетонное лоно, внушает трепет своими габаритами. Сложно представить, каков был грохот здесь при стрельбе, как сотрясался бетон от отдачи, как заполняли помещение едкие пороховые газы. Артиллеристам этого расчёта я бы не позавидовал.
С пушкой спарен легендарный 7,62-мм станковый пулемет Максима, закрепленный жестко на люльке пушки, а ныне демонтированный. В послевоенное время изобретение сэра Хайрема Максима изрядно устарело, но его главный недостаток - запредельный вес в более чем 60 кг, был критичен на поле боля, но в неподвижной огневой точке превращался в достоинство. Водяное охлаждение позволяло вести долгий убийственный огонь по врагу без последствий перегрева, а кучность со станка была отменной.
По бокам от орудия — укладки для снарядов (каждый весом по 16 кг) и снарядное окно. Гильзы сбрасывались в подпол, чтобы отправиться на переснаряжение. Мне доподлинно не известно про боевые стрельбы из орудия "Горизонта". Дальность его прямого выстрела составляет один километр - расстояние как раз до железнодорожной ветки на Ленинград и станции Белоостров. Максимальная же дистанция, на которую ЗИФ-25 могла отправить снаряд - 21 километр, что с запасом укладывается на территорию военного полигона Елизаветинка.
Расположение артиллерийского полукапонира и дата его постройки вызывает много вопросов. "Горизонт" вписан в довоенный Белоостровский батальонный район обороны (рядом расположены пулеметные ДОТы, командно-наблюдательный пункт и взорванный двухорудийный полукапонир "Миллионер"), но граница с Суоми была отодвинута более чем на сотню километров в ходе третьей и четвертой советско-финляндских войн.
Со стороны дружественной Финляндии уже не ждали нападения на Ленинград. Вероятно артиллерийский полукапонир с ЗИФ-25, стал обобщением всего опыта боев Великой Отечественной войны на Линии Сталина, по военной инерции включенный в модернизацию КаУРа в 50-е годы. Уже в 60-х эти сооружения законсервировали, а к середине 90-х военные окончательно ушли, оставив болотам бетонный призрак - суровый памятник советской фортификации и вооружения под открытым небом.
Этот рассказ - ещё один штрих на моей карте живой истории. Пока я ищу новые локации, читатели могут поддержать мои походы комментариями или донатом на новые экспедиции. А пока - предлагаю скоротать время за чтением других моих заметок из мира стали и бетона. С уважением, Ваш Артём Хохолев.