Маркс и Энгельс говорили о том, что существуют целые «реакционные народы», которые будут уничтожены мировой революцией вместе с реакционными классами. Как это понимать?
... и уточняет:
Это из статьи Энгельса «Борьба в Венгрии» от 13 января 1849 года.
Там конкретно говорится о том, что существуют народы, становящиеся носителями контрреволюции, и остающиеся таковыми до момента их полного уничтожения или полной утраты своих национальных особенностей, как и вообще уже самое их существование является протестом против великой исторической революции. И далее перечисляются народы, ставшие опорой контрреволюции. То есть революционность и контрреволюционность зависят от национальной принадлежности. Вы вообще сами читали эту статью? Где и что я «дернул из контекста»? Как слова вашего идейного основателя соотносятся с вашим же классовым подходом к анализу всех общественных явлений? Что ответят коммунисты в защиту своего классика? Я симпатизирую вашим идеям, но хотел бы прояснить для себя и других читателей этот интересный момент.
Читателю отвечает админ РП:
«Я симпатизирую вашим идеям, но хотел бы прояснить для себя и других читателей этот интересный момент.» — Ага! С такими «симпатизирующими» и враги не нужны. Нееет. Вы просто вонючий тролльчик, притащивший сюда тухлятину столетней давности белогвардейско-фашистских охотников за цитатками классиков. На эти цитаты вы набрели, не изучая события, разворачивавшиеся в Европе во второй половине 1840-х гг., а лазая по интернетным помойкам и книжонкам тех, кому вы и в самом деле симпатизируете. В противном случае все эти «интересные моменты» были бы для вас так же интересны, как «доказательства» левитации Копперфильда.
И спрашиваете вы от своего собственного имени, дистанцируясь от коммунистов: «Что ответят коммунисты в защиту своего классика?» Между тем, классики коммунистов не нуждаются в защите. Все, кто хоть немного знаком с марксизмом, прекрасно знают, какой был ведущий лозунг мировой революции: «пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Нигде в практике революционной борьбы у коммунистов не было отклонения от лозунга пролетарского интернационализма. Более того, любые отклонения от этого лозунга на поверку всегда означали, что перед нами не коммунисты, а реакционеры, выступающие под чужим флагом.
Если человек, симпатизирующий коммунистам, где-то натолкнулся на цитату, противоречащую на первый взгляд этому лозунгу, а на такую в наше время он может натолкнуться, только лазая по информационным помойкам записных фашистов, он понимает, что что-то он не понял, где-то пропустил что-то важное, разъясняющее это противоречие. И начинает рыть землю вокруг своего непонимания, вчитывается в первоисточник, проходит по ссылкам, обращается за разъяснением к советским источникам ленинско-сталинского периода. А если после всего этого, он не находит ответа, он, честно признав, как он набрёл на данное непонимание, задаёт вопрос товарищам с просьбой помочь: «Помогите разоблачить фашистскую фальшивку, товарищи! В чём загвоздка? Всё перерыл, совсем запутался. Может, перевод с немецкого какой-нибудь троцкистский. Под рукой нет бумажной копии ПСС данного классика ленинско-сталинского времени издания, чтобы проверить правильность перевода. Сердцем я понимаю, что что-то упустил, но ума не хватает разоблачить.»
Вы же ничего этого не сделали. Не признались, что наткнулись на цитату в интернет-помойке. Да ещё и попёрли наглым буром настаивать на «интересном моменте», строя из себя эксперта. Между тем в статье, которую вы, за исключением означенной цитатки плюс-минус пара абзацев вверх и вниз, не прочитали или пролистали по диагонали, даются разъяснения того, что Энгельс имел в виду под «контрреволюционностью нации» и «исчезновением, уничтожением нации», и в чём они заключались. По сути вся статья, а она громоздкая, разъясняет это. Причём с самой что ни на есть классовой позиции, мастерски вскрывая переплетения национальных и классовых противоречий (ниже приведу выдержку). А ещё с позиции пораженчества в адрес держав, занявших реакционную контрреволюционную сторону, в частности, России, и национальных движений некоторых малых народов, возбуждённых не с целью «борьбы за восстановление своей национальной независимости, а чтобы тем самым одновременно подавить немецко-венгерскую революцию». Такие державы и национальные движения Энгельс совершенно справедливо называл реакционными, искренне желая им поражения. Вы в статью не вчитались. Историзма статьи не признаёте.
==
А вот выдержка, подтверждающая дух данной статьи Энгельса. Она громоздкая, но ничего не поделаешь:
Национальные противоречия исчезали, и Габсбургская династия изменила свою политику. Та самая Габсбургская династия, которая поднялась на германский императорский трон на плечах немецкого бюргерства, стала более решительно, чем какая-либо другая династия, защищать феодальное дворянство против буржуазии.
В этом духе действовала Австрия, участвуя в разделе Польши. Богатые галицийские старосты и воеводы, Потоцкие, Любомирские и Чарторыские, предали Польшу Австрии и стали вернейшей опорой Габсбургской династии, которая за это гарантировала их владения от покушений низшего дворянства и буржуазии.
Однако городская буржуазия все более богатела и приобретала все большее влияние, а прогресс земледелия, идущий вместе с прогрессом промышленности, изменил положение крестьян по отношению к помещикам. Движение буржуазии и крестьян против дворянства становилось все более угрожающим. А так как движение крестьян, которые повсюду являются носителями национальной и местной ограниченности, необходимо принимает местный и национальный характер, то вместе с ним опять возникла старая борьба между нациями.
При таком положении вещей Меттерних (Меттерних — австрийский министр иностранных дел — прим. админа) проделал свой мастерский трюк. Он лишил дворянство, за исключением могущественнейших феодальных баронов, всякого влияния на государственное управление. Буржуазию он обессилил тем, что привлек на свою сторону самых могущественных финансовых баронов, — он должен был это сделать, этого требовало состояние финансов. Опираясь таким образом на высшую феодальную и финансовую знать, а также на бюрократию и армию, он в гораздо большей степени, чем все его соперники, осуществил идеал абсолютной монархии. Буржуазию и крестьянство каждой нации он держал в подчинении при помощи дворянства той же нации и крестьян каждой другой нации; дворянство каждой нации — с помощью страха перед буржуазией и крестьянством той же нации. Различные классовые интересы, национальная ограниченность и местные предрассудки, при всей своей сложности, очень хорошо уравновешивали друг друга и позволяли старому плуту Меттерниху свободно маневрировать. Каких результатов достиг он, натравливая один народ на другой, показывает галицийская резня[156], когда Меттерних подавил демократическое польское движение, начатое в интересах крестьянства, при помощи самих русинских[157] крестьян, зараженных религиозным и национальным фанатизмом.
1848 год первоначально создал в Австрии страшнейший хаос, предоставив на какой-то момент свободу всем этим различным народностям, до тех пор, по милости Меттерниха, порабощавшим друг друга. Немцы, мадьяры, чехи, поляки, моравы, словаки, хорваты, русины, румыны, иллирийцы, сербы вступали во взаимные конфликты, в то время как внутри каждой из этих наций тоже шла борьба между различными классами. Но скоро в этом хаосе возник порядок. Борющиеся разделились на два больших лагеря: на стороне революции оказались немцы, поляки и мадьяры; на стороне контрреволюции остальные, т. е. все славяне, кроме поляков, румыны и трансильванские саксы (имеется в виду именно австрийская палитра народов — прим. админа).
Откуда появилось это разделение наций, какими причинами оно объясняется?
Это разделение соответствует всей прежней истории данных народностей. Оно явилось началом разрешения вопроса о жизни или смерти всех этих больших и малых наций.
Вся прежняя история Австрии вплоть до настоящего времени свидетельствует об этом, это же подтвердил и 1848 год. Среди всех больших и малых наций Австрии только три были носительницами прогресса, активно воздействовали на историю и еще теперь сохранили жизнеспособность; это — немцы, поляки, мадьяры. Поэтому они теперь революционны.
Всем остальным большим и малым народностям и народам предстоит в ближайшем будущем погибнуть в буре мировой революции. Поэтому они теперь контрреволюционны.
Что касается поляков, то мы отсылаем читателя к нашей статье о дебатах по польскому вопросу во Франкфурте[158]. Чтобы обуздать их революционный дух, еще Меттерних апеллировал к русинам; русины отличаются от поляков несколько иным диалектом и, главным образом, православной религией; они издавна принадлежали к Польше и лишь от Меттерниха узнали, что поляки — их угнетатели. Как будто в старой Польше сами поляки не подвергались такому же угнетению, как и русины, как будто при австрийском господстве Меттерних не был их общим угнетателем!
Так обстоит дело в отношении поляков и русин, которые, впрочем, благодаря своей истории и географическому положению, так резко отделены от собственно Австрии, что мы должны оставить их в стороне в нашем изложении, чтобы лучше разобраться в хаосе остальных народов.
Однако отметим еще то, что поляки обнаружили большое политическое понимание и истинно революционный дух, выступив теперь против панславистской контрреволюции в союзе со Своими старыми врагами — немцами и мадьярами. Славянский народ, которому свобода дороже славянства, уже одним этим доказывает свою жизнеспособность, тем самым уже гарантирует себе будущее.
==
На самом деле Энгельс абсолютно прав: в буре мировой революции некоторым нациям и народностям предстоит погибнуть, если контрреволюции удастся возбудить их национальные движения (например, за независимость) в тех или иных реакционных целях, например, в целях подавления революции. И эта гибель (утрата национальных особенностей) будет иметь прогрессивный характер в данном историческом контексте. На самом деле не революцию надо винить в гибели этих народов, а контрреволюцию, которая готова положить эти народы на алтарь подавления прогресса. С другой стороны, если контрреволюции не удаётся вовлечь малые народы, находящиеся в упадке, в реакционное движение, эти народы после победы революции ожидает возрождение. Пример СССР и его национальной политики у всех перед глазами.
Данная статья написана в самом начале революции 1848 года. Поэтому мы, глядя на мировой империализм и мировую реакцию, до которых Энгельс не дожил, добавим, что гораздо большему количеству наций и народностей предстоит погибнуть в буре мировой контрреволюции. И здесь уже речь будет идти не об утрате национальных особенностей, а о геноциде. И ещё добавим, что мировая контрреволюция может не остановиться и перед уничтожением всего человечества.
И в заключение. Маркс и Энгельс относились к любому государству и любому народу, исходя из диалектического метода, материалистического понимания истории и пролетарского интернационализма. В их произведениях можно найти критическую оценку политики самых разных государств и политического сознания народов, коль скоро те и другие выступали в конкретно-исторических ситуациях, препятствующих революционному процессу. Эти критические высказывания необходимо рассматривать исключительно с позиций историзма и исторической диалектики.