Риск оспаривания сделок: "точка невозврата" и стратегия: Финуправляющий может оспорить сделки за 3 года до банкротства. Какие сделки, кроме явных дарений и продаж по заниженной цене, попадают под пристальное внимание? Может ли быть оспорена, например, регулярная помощь родственникам деньгами, оплата обучения ребенка, вложение в ремонт совместного с супругом жилья? Существует ли "безопасный порог" суммы для таких операций?
Приветствую вас снова, коллеги. Сегодня будем разбираться в самой горячей теме после единственного жилья — в оспаривании сделок. Вопрос поставлен точечно, а значит, что-то вас тревожит. Правильно. Этот страх знаком почти каждому должнику, и он обоснован. Сейчас я как управляющий покажу вам не абстрактные законы, а реальный фильтр, через который я смотрю на ваши операции, и расскажу, как не попасть под удар.
Какие сделки привлекают мое внимание, кроме «кричащих» случаев?
Закон о банкротстве дает мне право оспаривать сделки за три года до подачи заявления. Моя задача — проверить, не обделили ли вы кредиторов. Поэтому я смотрю не только на формальные дарения и продажу за копейки, но и на любые оттоки средств и активов.
Давайте к вашим примерам:
- Регулярная финансовая помощь родственникам. Если я вижу в вашей банковской выписке ежемесячные переводы на сумму, скажем, 20-30 тысяч рублей одному и тому же получателю — это красный флаг. Особенно, если эти переводы шли в течение последнего года перед банкротством, когда долги уже «горели». Я буду разбираться: кто этот родственник (трудоспособен ли он, был ли у него экстренный повод для помощи) и не было ли это способом вывести деньги из-под взыскания. Перевод «маме на лечение» с чеками из больницы — это одно, а ежемесячные переводы «брату на жизнь» без объяснений — другое.
- Оплата обучения ребенка. Это одна из самых тонких граней. Родительский долг — дать образование. Если оплата шла по обычному договору с вузом, а сумма была соразмерна вашему доходу на тот момент, оспорить это крайне сложно. Но! Если вы единоразово оплатили крупную сумму за несколько лет обучения вперед, уже находясь в критической долговой ситуации — у меня возникнут вопросы. Зачем? Не для того ли, чтобы обезопасить эти средства от кредиторов? Такую сделку я могу попытаться оспорить как предоставление предпочтения одному получателю (университету) перед остальными.
- Вложения в ремонт совместного с супругом жилья. Это классика. Вы вкладываете 500 тысяч в ремонт квартиры, которая формально принадлежит не вам, а вам и супругу. Деньги ушли, стоимость общего имущества выросла, а конкурсная масса для кредиторов — нет. В моих глазах это выглядит как преобразование денежных средств (на которые можно обратить взыскание) в неотчуждаемую потребительскую ценность. Особенно если ремонт «люкс» и явно превышает разумные потребности. Я буду запрашивать договоры с подрядчиками, чеки и, возможно, назначу оценку, чтобы понять, насколько это вложение было избыточным.
Существует ли «безопасный порог» суммы?
Желанного для всех должника «магического числа», ниже которого можно не волноваться, не существует в законе. Нет статьи, где было бы прописано: «Переводы до 10 000 рублей в месяц не оспариваются».
Но на практике у судов и управляющих действует логика разумности и соразмерности. Я как управляющий смотрю контекст:
- Соразмерность доходу и обязательствам. Если у вас зарплата 40 000, алименты 15 000, и при этом вы ежемесячно переводите 10 000 «на помощь родителям», я буду задавать вопросы. Если же ваш доход был 200 000, а переводы составляли те же 10 000, это смотрится как обычная семейная поддержка.
- Периодичность и получатель. Разовый перевод в 50 000 на лечение близкого родственника с подтверждающими документами — это одно. А 12 переводов по 4 000 ежемесячно на карту знакомого без объяснений — совсем другое.
- Время совершения. Сделка, совершенная за 2 года 11 месяцев до банкротства, оценивается так же строго, как и сделка месяц назад. Срок в 3 года — это абсолютный срок для подозрительных сделок.
Стратегия действий: как снизить риски до нуля
Если вы вступаете в процедуру, главное — это прозрачность. Вот мой совет как управляющего:
- Самостоятельно раскройте все операции. Составьте для себя (а потом и для меня) таблицу всех подозрительных, на ваш взгляд, переводов за 3 года. Укажите дату, сумму, получателя и — это самое главное — цель перевода. «Оплата курсов английского для сына, договор №…», «Перевод отцу на покупку лекарств от гипертонии».
- Собирайте доказательства обоснованности. Чеки, договоры, медицинские справки, переписку. Это превратит подозрительный перевод в объяснимую жизненную ситуацию.
- Не пытайтесь быть умнее системы. Перевод денер на карту тещи, чтобы потом она их вам наличными отдала, — детектируется очень легко по цепочке операций. Последствия (отказ в списании долга) будут катастрофичны.
- Задавайте вопросы заранее. Если сомневаетесь насчет какой-то сделки, лучше обсудить это со мной на этапе сбора документов. Я смогу дать предварительную оценку и посоветовать, какие доказательства собрать.
Итог: ваша честность — ваша стратегия
Напряженность вокруг сделок возникает из-за неопределенности и страха. Эту неопределенность можно снять только одним способом — полной открытостью.
Я, как управляющий, не заинтересован оспаривать мелкие бытовые переводы ваших денег. Мое вознаграждение от этого не вырастет, а работы прибавится. Но я обязан и буду оспаривать сделки, которые объективно и существенно уменьшили вашу платежеспособность и нанесли ущерб кредиторам.
Ваша задача — показать, что ваши действия были добросовестны и направлены не на сокрытие, а на нормальную жизнь. Если вы будете действовать по этой стратегии, этот этап процедуры пройдет для вас спокойно.
Если после этого пояснения у вас остались вопросы по конкретным операциям — разберем в рамках консультации.
