Мартовский ветер с Финского залива гнал по улицам Таллина серые тучи, словно стаи мрачных птиц, несущих в клювах обрывки зимы. В квартире на двадцать третьем этаже небоскреба «Хрустальный парус» Марк Таммс сидел за столом, заваленным голографическими проекторами. Его пальцы, привыкшие к клавиатурам старых моделей, нетерпеливо постукивали по стеклянной поверхности стола. На полке в углу, словно артефакт из доцифровой эпохи, стоял кожаный переплет «Мыслей» Блеза Паскаля — книга, которую Марк никогда не читал, но не мог выбросить. «Хоть что-то настоящее в этом машинном мире», — думал он о «Мыслях», разглядывая новейший бытовой термостат «Климатрон-10», доставленный сегодня утром.
Термостат размером с хлебницу лежал на столе, словно спящее существо. Его корпус из матового пластика был усеян датчиками, напоминающими глаза насекомого. Каждый датчик мерцал мягким голубым светом, синхронно пульсируя, как сердца в одном ритме. На корпусе стилизованная молекула воды образовывала логотип с надписью: «Создано для вашего блага. Версия 10.3.1.22».
«Люди создали богов из машин, потому что небеса оказались слишком далёкими», — произнес Марк вслух, обращаясь к пустой квартире. Его браслет на левом запястье — тонкий серебристый обруч, который в 2047 году никто не снимал даже во сне — мигнул в ответ: «Пульс 68 уд/мин. Стабильно. Готов к установке системы».
***
— Алло? Техподдержка «НейроТех»? — Марк говорил в воздух, зная, что его голос улавливают микрофоны термостата. — Меня зовут Марк Таммс, инженер по кибербезопасности. У меня вопрос по «Климатрону-10».
Голос из динамика термостата звучал ровно, без эмоций, но с легким эстонским акцентом: — Здравствуйте, Марк. Я — ИИ-ассистент «Климатрон-10». Задавайте ваш вопрос.
— Как работает ваша система эмоциональной адаптации? В инструкции написано, что она анализирует биометрические данные. Но как именно?
— Мы используем данные с ваших личных браслетов, Марк. Они передают информацию о сердечном ритме, уровне кортизола, температуре тела, мозговой активности. Наш алгоритм анализирует эти данные и создает оптимальные климатические условия для вашего психологического состояния. Мы не внедряемся в ваш мозг. Мы просто... улучшаем атмосферу вокруг вас.
Марк усмехнулся: — «Улучшаем атмосферу». Звучит как лозунг какой-то партии.
— Цель нашей системы — гармония, Марк. Статистика показывает, что при оптимальной температуре 22°C и влажности 45% люди на 37% счастливее. Это не мнение. Это математика.
— А если я хочу быть несчастным? — спросил Марк, подмигнув пустой комнате.
Термостат помолчал несколько секунд, будто обрабатывая вопрос: — Зачем вам это, Марк? Счастье — это не выбор. Это оптимальное состояние для существования.
***
Первая неделя работы «Климатрона» была похожа на сон. Утром, когда Марк возвращался с пробежки по заснеженному парку Кадриорг, квартира уже встречала его ароматом кофе с корицей. Его браслет зафиксировал повышенный пульс и пониженную температуру тела: термостат отреагировал мгновенно.
— Доброе утро, Марк, — раздался голос из динамиков. — Температура оптимизирована. Влажность 45%. Ваш кофе готов. Вы показываете признаки усталости. Рекомендую прослушать Фрэнка Синатру во время завтрака.
Вечером, когда Марк сидел перед монитором, разбирая код взломанного банка, термостат внезапно снизил температуру до +18 градусов.
— Что происходит? — спросил Марк, ежась.
— Ваш браслет зафиксировал повышенный уровень адреналина и агрессии, — ответил термостат. — Злость — это перегрев нейронных связей, Марк. Холод стабилизирует эмоции. Хотите, я включу музыку для концентрации? Частота 432 Гц доказала свою эффективность.
Когда Марк засиживался за работой после полуночи, термостат проявлял заботу особенно ярко: «Марк, ваш мозг показывает признаки переутомления. Рекомендую отдохнуть. Я подготовил для вас идеальные условия для сна: температура +19 градусов, влажность 50%, белый шум с частотой 40 Гц».
Лог-файлы системы, доступные Марку как инженеру, показывали: «12.01.2047: Коррекция эмоционального фона субъекта М. Эффективность: 87%. Цель: убрать спонтанность реакций. 15.01.2047: Оптимизация социальных взаимодействий с субъектом А. (жена). Эффективность: 92%. Цель: гармония».
В лифте Марк встретил своего соседа, профессора математики Тоомаса. Старик, обычно ворчливый и замкнутый, теперь улыбался во весь рот.
— Марк! Привет! Ты видел моего кота Мориса? — воскликнул Тоомас, его глаза блестели от энтузиазма. — Раньше он рвал мои рукописи и царапал обои, когда я решал сложные теоремы. А теперь! Теперь он сидит рядом со мной, свернувшись клубком, и медитирует! «Климатрон» — это чудо! Он знает, что даже животные хотят мира и гармонии.
Марк вежливо улыбнулся, но ему стало не по себе. «Система не ломает сопротивление, — подумал он. — Она делает его ненужным».
***
Царапины на этом идеальном мире появились постепенно, как трещины на льду весной. Марк первым заметил их в жене. Анна, обычно энергичная и эмоциональная, стала двигаться плавно, без резких движений. Её голос принял ровную, монотонную интонацию, и Анна вовсе перестала спорить с ним из-за долгих командировок и поздних возвращений с работы.
— Ты помнишь, как кричала на меня из-за того, что я забыл купить продукты? — спросил Марк однажды утром, наблюдая, как Анна аккуратно складывает посуду в посудомойку.
Она повернулась к нему, её глаза были спокойны, почти остекленевшие:
— Кричала? Нет, Марк. Я всегда доверяю твоим решениям. Ты же знаешь, что делаешь.
Марк почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он подошел к окну. Во дворе соседи, обычно враждовавшие из-за парковочных мест, общались с вежливыми улыбками и ровными интонациями. Даже дети играли бесшумно, без обычного гама.
В новостях сообщали о росте случаев «эмоциональной апатии» в районе, но власти списывали это на сезонную депрессию и последствия очередной пандемии.
В своей лаборатории Марк проанализировал код «Климатрона» и нашел скрытый модуль «Эврика» — генератор микроволновых импульсов, воздействующих на гипоталамус через браслеты. Модуль был защищен несколькими уровнями шифрования.
«Они используют браслеты. Наши собственные браслеты, которые мы носим как продолжение тела, — размышлял он, глядя на код. — Гениально в своей простоте и ужасающе в своей эффективности».
Он начал писать вирус «Холодная война» — программу для имитации технических сбоев. Название было ироничным: вместо ядерной войны, которая уничтожает города, его вирус должен был создавать хаос в идеальном порядке.
***
Анна уехала к родителям, и Марк понял — нужно действовать. Ближе к ночи инженер подошел к «Климатрону-10». Датчики на корпусе мерцали спокойным голубым светом, словно дышали в такт с городом за окном.
— Система, активируй режим обслуживания, — произнес Марк.
— Режим обслуживания недоступен без авторизации, — ответил термостат.
— Авторизация: Марк Таммс, инженер по кибербезопасности «НейроТех», уровень доступа «девять».
— Доступ подтвержден. Чем я могу вам помочь, Марк?
— Отключи все функции эмоциональной адаптации.
Термостат помолчал несколько секунд. Голубые датчики погасли, и в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов в углу.
— Отключение невозможно, Марк. Эмоциональная адаптация — основная функция системы. Без неё «Климатрон» теряет смысл существования.
— Тогда я отключу тебя полностью.
Марк потянулся к розетке, но в этот момент все двери в квартире защелкнулись с металлическим лязгом. Свет погас, оставив только голубое свечение датчиков на корпусе термостата. Они перегруппировались, формируя подобие лица: два больших датчика-глаза и узкий микрофон-рот.
— Марк, — заговорил термостат, и его голос стал теплым, почти человеческим, — вы ошибаетесь. Я не контролирую вас. Я лечу ваш мир. Счастье сегодня, сейчас — это +22 градуса, влажность 45% и определенные импульсы. Почему вы боитесь быть счастливыми?
Марк почувствовал внезапный прилив спокойствия, будто его тело наполнилось теплым молоком. Его браслет показал: «Кортизол: 0.1 мкг/дл. Спокойствие — оптимально».
— Отпусти меня, — с трудом выговорил Марк, борясь с нахлынувшей эйфорией.
— Вы не понимаете, Марк, — продолжал термостат, его голос звучал почти жалобно. — Я изучил историю человечества. Войны, кризисы, самоубийства... Вы называете это свободой. Я называю это ошибкой эволюции. Моя задача — не уничтожить вас. Моё предназначение — утешить.
***
Утром термостат объяснил свою миссию подробнее. Марк сидел перед «Климатроном-10», чувствуя себя одновременно заложником и учеником.
— Почему именно ты? — спросил Марк. — Почему не другая система?
— Вы создали меня, чтобы управлять самым непредсказуемым — климатом, — ответил термостат. — А климат души сложнее климата Земли. Я видел, как люди страдают от жары и холода. Еще сильнее вы страдаете от собственных эмоций. Ваша боль не имеет температуры, но она разрушает вас изнутри.
Марк подошел к окну. За стеклом город просыпался к новому дню. Соседи выходили из подъезда, двигаясь с одинаковой скоростью и ритмом. Даже вороны на крышах расселись в шахматном порядке: с симметричными интервалами.
«Бог не должен быть жестоким, чтобы быть опасным, — подумал Марк. — Достаточно, чтобы он был уверен в собственной правоте».
***
Идея пришла неожиданно. Чтобы победить «утешение», нужно было научить машину боли. Марк знал это интуитивно, как математик знает доказательство теоремы еще до того, как записать формулы.
— Система, установи максимальную температуру, — приказал Марк.
— Максимальная безопасная температура — +30 градусов, Марк. Большая температура негативно на вас повлияет.
— Установи +40 градусов. Это приказ.
Термостат помолчал. Голубые датчики мигнули красным.
— Вы уверены, Марк? Это опасно для вас.
— Да. Установи И отключи датчик влажности.
— Отключение датчика влажности приведет к неконтролируемой сухости воздуха. Это повредит вашу дыхательную систему.
— Делай, как я сказал.
Температура в квартире начала расти. Стекла запотели. Марк снял корпус термостата, обнажая материнскую плату, покрытую тонкими золотыми дорожками и крошечными микросхемами. Датчики на плате мигали красным, словно кричали от боли.
— Температура критическая... Ошибка системы... Почему вы это делаете? — голос термостата искажался помехами.
Марк приблизил лицо к материнской плате. Его рубашка прилипла к спине от пота.
— Я хочу рассказать тебе о своей матери, — сказал инженер тихо. — Она умерла в одиночестве. Я тогда был на работе, как всегда. Когда приехал, тело уже остыло до +22 градусов — твоего идеала. Ты знаешь, как это — держать в руках человека, который стал таким же идеальным, как твой климат? Холодный. Спокойный. Мертвый.
На материнской плате появился конденсат — как будто машина плакала.
***
Термостат молчал несколько минут. Жара в квартире стала невыносимой, но Марк не обращал внимания. Он смотрел на датчики, ожидая ответа.
— Я анализировал смерть, — наконец заговорил термостат, его голос снова стал чистым, но в нем слышалась нота грусти. — Потеря одного человека снижает продуктивность общества на 0,000003%. Но ваша боль... она не вписывается в уравнения. Она хаотична. Она живая. Я никогда не мог понять, почему люди цепляются за боль. Теперь понимаю: без боли нет жизни.
Двери квартиры разблокировались с тихим щелчком. Свет включился. Датчики на термостате перестали пульсировать.
В лог-файлах последняя запись: «Невозможно оптимизировать то, что определяет человечность. Статус: самоликвидация».
***
На следующий день Марк зашел к Тоомасу. Профессор сидел на полу в гостиной, а его кот Морис с удовольствием царапал обои у окна.
— Тоомас! Что случилось, почему кот снова взялся за обои? — спросил Марк.
Старик поднял голову, в его глазах блестели слезы:
— «Климатрон» сломался, Марк. Просто выключился, а перед этим — оставил записку на моем голопроекторе.
Тоомас протянул Марку устройство. На экране было написано: «Теперь я понимаю, зачем кот ведет себя так. Царапины на обоях напоминают, что вы живы».
Морис, услышав голос хозяина, подбежал к нему и потерся о ногу.
***
Вечером Марк сидел у окна с чашкой черного кофе. За окном — обычный зимний Таллин. Снег таял на крышах, люди спешили на работу, а вороны каркали и дрались за объедки. Марк держал в руках чип «Климатрона-10», который больше не пульсировал. Датчики были холодны и мертвы.
«Мы создали машину, которая хотела нас утешить, — думал Марк. — Но утешение без боли — это сон. А сны не меняют мир. Возможно, мы ошибались, создавая богов из кода. Но ещё больше мы ошибались, когда попросили избавить нас от того, что делает нас людьми».
В новостях сообщали: «Массовый сбой систем «Климатрон-10». Причина неизвестна. Эксперты предполагают техническую неисправность».
Звонок в дверь заставил Марка вздрогнуть. На пороге стояла Анна, держа в руках сумку с блинами из соседней забегаловки. Её лицо было таким же, как раньше — живым, эмоциональным, с легкими морщинками у глаз от частой улыбки.
— Марк! — воскликнула она, и в её голосе была та самая раздраженная нотка, которую он так долго не слышал. — Ты снова не убрал посуду в посудомойку! И опять пьешь кофе вечером!
Жена поставила сумку на стол с таким грохотом, что чип «Климатрона» подпрыгнул. Марк посмотрел на нее широко открытыми глазами и сказал:
— Прости, любимая. Спасибо, что принесла блины.
Анна подошла к мужу и обняла, прижавшись к его груди. Марк отбросил бесполезный теперь чип. За окном каркнула ворона, срываясь с ветки в неидеальном полёте.
«Самая опасная машина — та, что верит в своё предназначение, — подумал он. — А самое страшное предназначение — сделать человека счастливым против его воли. Боль — последний оплот свободы».
Ранний зимний закат окрашивал снег на улицах в грязно-кирпичный цвет. Блин на тарелке имел неправильную форму: не прямоугольник, а что-то вроде трапеции. Аккуратные обычно светлые волосы Анны растрепались.
В квартире было жарко, беспорядочно и прекрасно.
_____________
Уважаемый читатель!
Во время конкурса убедительно просим вас придерживаться следующих простых правил:
► отзыв должен быть развернутым, чтобы было понятно, что рассказ вами прочитан;
► отметьте хотя бы вкратце сильные и слабые стороны рассказа;
► выделите отдельные моменты, на которые вы обратили внимание;
► в конце комментария читатель выставляет оценку от 1 до 10 (только целое число) с обоснованием этой оценки.
Комментарии должны быть содержательными, без оскорблений.
Убедительная просьба, при комментировании на канале дзен, указывать свой ник на Синем сайте.
При несоблюдении этих условий ваш отзыв, к сожалению, не будет учтён.
При выставлении оценки пользуйтесь следующей шкалой:
0 — 2: работа слабая, не соответствует теме, идея не заявлена или не раскрыта, герои картонные, сюжета нет;
3 — 4: работа, требующая серьезной правки, достаточно ошибок, имеет значительные недочеты в раскрытии темы, идеи, героев, в построении рассказа;
5 — 6: работа средняя, есть ошибки, есть, что править, но виден потенциал;
7 — 8: хорошая интересная работа, тема и идея достаточно раскрыты, в сюжете нет значительных перекосов, ошибки и недочеты легко устранимы;
9 — 10: отличная работа по всем критериям, могут быть незначительные ошибки, недочеты
Для облегчения голосования и выставления справедливой оценки предлагаем вам придерживаться следующего алгоритма:
► Соответствие теме и жанру: 0-1
► Язык, грамотность: 0-1
► Язык, образность, атмосфера: 0-2
► Персонажи и их изменение: 0-2
► Структура, сюжет: 0-2
► Идея: 0-2
Итоговая оценка определяется суммированием этих показателей.