Салют, камрады!
Продолжаю публиковать из моей книги "Абхазский пленник - 5 лет в раю строгого режима".
Сегодня будет самая романтичная глава, которая описывает самое красивое первое свидание в моей жизни, ставшее началом отношений длящихся уже без малого пять лет.
"Мои абхазские летние дни 2020 года текли, как вода в горной реке —
стремительно, шумно и с вечными сюрпризами.
Утро обычно начиналось с выбора: либо пляжный марафон (где я, как ящерица, впитывал солнце, пока не
начинал подозревать, что вот-вот зажарюсь до хрустящей корочки), либо заезд на велосипеде, после которого мои ноги дрожали, как листья в шторм, а легкие горели, будто я вдохнул не воздух, а раскаленные угли.
Но настоящая жизнь начиналась после заката.
"Жемчужина" ночной Гагры: танцы до упаду
Вечерний променад по набережной новой Гагры был священным ритуалом. Воздух пах морем, жареным мясом и духами туристок, которые, кажется, вылили на себя весь парфюм из местного duty-free.
Апогеем ночи неизменно становилось кафе "Жемчужина" — местный храм танца, где царил Аляс, король гагрских дискотек.
Этот человек управлял толпой, как шаман племенем — стоило ему запустить первые аккорды, как даже самые стеснительные гости начинали дёргаться в ритме, будто их ударило током.
Дамы в платьях, которые, казалось, были сшиты из одного лишь желания привлечь внимание, взмывали на танцпол, словно мотыльки на
огонь. Вино лилось рекой, каблуки стучали по плитке, а смех сливался с музыкой в единый гул вселенского веселья.
Одинокий волк в танцующем стаде
Само собой, пропустить такое шоу я не мог!
Будучи мужчиной в самом расцвете сил — бодрым, энергичным и полным
амбиций, как тот самый герой с пропеллером из детской сказки, я садился за самый дальний столик и, словно эхолот, пристально сканировал танцпол своим опытным взглядом, высчитывая, с какой наживкой и куда забросить свой спиннинг.
Моя тактика была проста: сначала — визуальная разведка, затем —
точный подход, пара комплиментов, и… вуаля! Добыча сама плывет в руки.
Но стоило только наметить достойный экземпляр для подсечки, как появлялись они.
Браконьеры ночной Гагры
Увы, в своей рыбалке я был не одинок.
Все местные абхазы, кто хоть как-то держался на ногах (а иногда и те, кто еле стоял), считали своим долгом посетить «Жемчужину» и сделать заброс спиннинга на удачу. Местные рыбаки работали быстро, нагло и без разбора.
Если в моей стратегии были тонкость и расчет, то у них — напор и численный перевес.
И самое обидное: размер и качество улова для них не имели значения.
Вылавливалось всё подчистую — что хоть как-то могло ходить. А главное — лежать.
Я просто технически не успевал.
Только заприметишь перспективную добычу, только приготовишься к атаке — а её уже тащит в сеть какой-нибудь загорелый абхазский мачо с золотой цепью на шее и взглядом, говорящим: «Да, брат, ты опоздал».
Что оставалось мне?
Дамы бальзаковского возраста, с взглядом, полным укоризны: «Ну что, герой? Опять один?»
К счастью, я ещё не дошёл до той точки одиночества, чтобы менять объект охоты.
Но даже они не всегда оставались в одиночестве. Иногда и их кто-то уводил под ручку — видимо, по принципу «на безрыбье и рак рыба».
С этим безобразием нужно было срочно что-то делать!
Цифровая эволюция кавалера
И тогда я решил призвать на помощь компьютерные технологии.
В те далёкие ковидные времена, когда маски были модным аксессуаром, а
антисептики — парфюмом, Тиндер ещё купидонствовал на просторах нашей
необъятной Родины.
Я вооружился десятком фоток, где выглядел максимально «неподозрительно» — ни тебе рыбных трофеев в кадре, ни пьяных выходок. Добавил лёгкую романтику в профиль, что-то вроде «Ищу попутчицу для прогулок по горам и не только», и с наивной верой, что в Абхазии тоже кто-то сидит в этом приложении, запустил интернет-рыбалку.
Улов цифровой эпохи
Правда, основной контингент оказался из Сочи и представлял собой
инстаграмщиц, которые фотографировали еду так, будто это последний ужин перед казнью, зимовщиц, застрявших в южной столице либо от безденежья, либо
по работе интересного направления, и туристок, ищущих «приключений» на свои вторые 90, но не дальше морского берега.
Но хоть какие-то результаты появились! Пусть слабенькие, пусть сомнительные — но лучше такие, чем никакие.
Одна согласилась на «кофе», но оказалось, она ждала, что я оплачу ужин ещё и для её подруги, взятой «для безопасности». Другая хотела «просто погулять», но «гулять» почему-то предлагала у себя в номере и за деньги.
Выводы, увы, были неутешительные.
Тиндер в Абхазии — это лотерея, где выигрыш чаще всего оказывается
бракованным.
Сочинские красавицы рассматривают гагрских холостяков как экзотику на один вечер. А главный конкурент — не интернет, а золотая цепь и накачанные бицепсы.
Но я не сдавался. Если поклевки нет — значит, надо менять не только снасть, но и всю стратегию ловли. Я устроил настоящий ребрендинг своего тиндер-профиля, превратив его в красочный туристический буклет.
Мои новые фотографии рассказывали целую историю: вот я покоряю горные
вершины, застывший в героической позе на фоне заснеженных пиков; вот
штурмую каньоны, брызги воды сверкают на солнце; вот встречаю рассвет на пустынном пляже, когда первые лучи окрашивают море в золото; вот кормлю львят — их пушистые морды вызывают умиление;
вот мастерски жарю шашлыки в
живописном ущелье, дымок вьётся аппетитными кольцами; вот плыву на сапсерфе по зеркальной глади малой Рицы, отражаясь в ней как в огромном зеркале.
Я создал образ идеального гида-авантюриста, который может показать настоящую Абхазию — не туристическую, а потаённую, дикую, прекрасную.
Мой новый слоган звучал заманчиво и немного загадочно: "Хочешь, я подарю тебе Абхазию?! Тогда пошли со мной!"
Это была не просто фраза — это было обещание приключений.
И тогда... о чудо! Она клюнула! Не очередная "зимовщица" или инстаграмная охотница за бесплатными ужинами, а настоящая рыба моей мечты.
Её профиль дышал интеллигентностью и любовью к природе — ни одного селфи в зеркале спортзала, ни одной фотографии с коктейлем на фоне бассейна. Вместо этого — снимки в горах, у костра, с книгой в руках на берегу моря.
Первое сообщение от неё было таким простым и таким многообещающим: "Ты правда кормишь львят? Или это фотошоп для привлечения внимания?" Я понял — это та самая поклёвка, ради которой стоило перекроить весь свой имидж.
Игра началась по-настоящему...
Ее ответ заставил мое сердце колотиться, как мотор "Жигулей" на горном серпантине.
"Фотошоп? – возмутился я. – Да я каждую неделю рискую жизнью,
подставляя свою пятую точку под когти этих милых убийц!"
Так началась наша переписка – неспешная, как абхазские закаты, но с той самой искоркой, ради которой стоит заходить в Тиндер.
Ее звали Наталья. По профессии – администратор СПА-салона, по духу – уставшая от сочинской суеты переезжантка из Омска, уже шесть лет пытавшаяся привыкнуть к морю вместо бескрайних сибирских просторов.
Наши сообщения текли размеренно, как горная речка в межсезонье. Я не спешил – знал, что торопливость хороша только при ловле форели, но не женщин.
Вместо этого методично "прикармливал" ее: то фото водопада с подписью "Хочешь, покажу, где купаются нимфы?", то кадр с горной тропы – "Мое ежедневное кардио, скучаю по компании".
Особый успех имело видео, где я кормил львят – Наталья ответила:
"Они милые, но я все равно боюсь. Ты меня защитишь?"
Это был явный клёв.
Опыт показывал: городские женщины дуреют от такой прикормки. Особенно те, кто устал от клиентов с натоптанными чакрами и вечных разговоров об аромамаслах. Наталья не была исключением – через две недели переписки она
неожиданно предложила: "Может, встретимся в Абхазии? У меня как раз скоро выходные".
Я, конечно, сделал вид, что мне нужно свериться с графиком (хотя готов был
мчаться хоть сейчас), и через пару часов великодушно согласился. Наталья со своей подругой тоже Натальей решили на три дня приехать в Абхазию, развеяться ну и посмотреть на местных мужчин в полном расцвете сил.
И вот тут я осознал, что, потратив столько сил на "прикорм", совершенно не продумал, что делать с "рыбой", когда она окажется в моих руках...
Свидание в тени веков: храм Амбара
Когда нужно удивить девушку, видевшую все люксовые СПА и рестораны Сочи, обычные цветы и ужины при свечах не работают. Нужно что-то, что зацепит не просто глаза, а душу. И у меня было такое место.
Ущелье Амбара — потаённый уголок Мюссерского заповедника, куда на тот момент не ступала нога среднестатистического туриста.
Дорога туда — уже приключение: серпантин, который ныряет в гущу реликтовых лесов, брод через ледяную горную речку и последний рывок по каменистой тропе, где даже УАЗик пыхтит, как заправский альпинист.
А потом — внезапный выход к храму VI века, затерянному среди холмов.
Он стоял там, будто забытый самими богами: стены, сложенные из грубого камня, поросшие мхом и плющом, купол, давно рухнувший под тяжестью веков. Но в этом запустении была дикая, почти мистическая красота.
Солнце пробивалось сквозь листву лиан, играя бликами на древних стенах. Ветер шептал что-то в узких оконных проёмах, где когда-то звучали молитвы.
Главная фишка этого места — акустика. Если встать в центре храма и тихо сказать слово — оно облетит стены и вернётся к тебе эхом, будто его подхватили сами древние монахи.
Это было идеальное место для свидания по трём причинам. Во-первых, тайна — мало кто знал об этом месте.
Во-вторых, история — тут не надо было придумывать романтику, она уже была в камнях и в воздухе.
И в-третьих, уединение — вокруг ни
души, только море вдалеке, горы и мы вдвоём.
Я представлял, как мы сидим на теплых камнях развалин, пьём вино из глиняных чаш (да, я прихватил и их), а закат окрашивает руины в золото. И в этот момент она понимает: в Сочи таких свиданий не бывает.
Оставалось только надеяться, что Наталья оценит мою затею... и что её не испугает дорога, больше похожая на маршрут выживания.
Но моя сибирячка оказалась девушкой не робкого десятка.
Утром 13 мая 2021 года мы встретились на заранее оговоренной точке.
Наталья предстала передо мной высокой, стройной блондинкой, которая вживую оказалась
еще эффектнее, чем на фотографиях — что для сайтов знакомств было редкой
удачей. Солнце играло в ее волосах, а легкая улыбка говорила о готовности к
приключениям.
Рядом с ней стояла ее подруга — миловидная брюнетка с хитринкой в глазах.
Чтобы не оставлять ее без компании, я прихватил с собой Диму, моего приятеля лет пятидесяти с хвостиком, променявшего московскую суету на размеренную жизнь в Абхазии. Его вечная философия "все будет, да не сразу" как нельзя лучше подходила к нашей затее.
Наталья ловко управлялась с праворульной Тойотой, демонстрируя навыки, которые явно не ограничивались сочинскими пробками. Доехав до поста ГАИ в Мюссере, мы оставили ее машину на стоянке и перегрузились в мой внедорожник — проверенную временем и бездорожьем Тойоту Секвойю.
Последующие 18 километров по заповеднику напоминали путешествие по ботаническому раю. За каждым поворотом открывались новые картины: горные склоны, усыпанные цветущим рододендроном, вековые дубы, склонившиеся над дорогой, и повсюду — пьянящий аромат нагретой солнцем хвои. Птичий гомон
стоял такой, что казалось — весь пернатый хор Абхазии собрался сегодня здесь, чтобы сопровождать наше путешествие.
Дорога петляла между холмов, временами превращаясь в узкую тропу, где ветви деревьев с шуршанием скользили по бортам машины. Наталья то и дело восторженно ахала, прижимаясь лицом к окну, а ее подруга снимала все на телефон, периодически восклицая: "Ребята, это же просто сказка!"
Я украдкой наблюдал за Натальей — за тем, как ее глаза блестят от восторга, как она смеется, когда машина подпрыгивает на очередной кочке. В этот момент я понял, что даже если дальше все пойдет не по плану, уже ради этих мгновений стоило затевать всю эту авантюру.
А впереди нас ждал главный сюрприз — храм Амбара, скрытый в глубине ущелья, и возможность проверить, действительно ли его стены помнят шепот влюбленных...
Продравшись сквозь последние метры бездорожья, мы наконец остановились
перед древним храмом. Девушки высыпали из машины и замерли, открыв рты от изумления.
"Откуда вы взяли эту красоту?" - прошептала Наташа, не отрывая взгляда от вековых камней, поросших мхом.
"Специально для вас вчера построил!" - парировал я, еле сдерживая улыбку.
Девушки осторожно ступили под своды храма и... обомлели. Солнечные лучи,
пробиваясь сквозь дырявую крышу, рисовали на стенах причудливые узоры.
Воздух был наполнен запахом старых камней и свежей земляники, росшей у
подножия руин.
Наталья первая осмелилась подойти к центру зала.
"Он же... живой!" - воскликнула она, когда ее шаги разнеслись многоголосым эхом.
В этот момент я понял - храм действительно помнил.
Помнил молитвы монахов, шепот влюбленных, клятвы воинов. И теперь он готов был стать свидетелем нашей истории.
"Попробуй что-нибудь прошептать", - предложил я, подходя к Наталье.
Она заколебалась, затем наклонилась к самой старой стене и тихо сказала: "Я верю в чудеса..."
Храм ответил ей шепотом, который облетел все углы и вернулся к нам усиленным в несколько раз.
Подруга Натальи ахнула, а Дима философски заметил: "Вот и
поговорили с историей. Теперь она нас запомнит".
Я поймал Натальин взгляд - в нем читалось то самое волшебство, ради которого и затевалась эта поездка. Храм сделал свое дело. Теперь очередь была за мной...
Ну я, конечно, не мог не принять вызов высших сил. Подъехав почти к самому берегу, я открыл багажник, словно волшебный сундук, из которого один за другим начали появляться секретные артефакты идеального свидания.
Раскладной мангал с шампурами, набор для пикника в плетеной корзине, мягкие пледы, портативная колонка, лукошко с овощами и фруктами - все это выстраивалось на зеленой лужайке, как элементы тщательно продуманного ритуала.
Венцом композиции стала бутылка абхазского вина и замаринованный с вечера шашлык.
Но настоящим финальным аккордом стало появление короля вечеринки - моего верного сапсёрфа. Пока я накачивал этот надувной девайс, девчонки, словно две русалки, ловко расстелили пледы и накрыли импровизированный стол.
Их движения были настолько слаженными, что казалось - они всю жизнь готовились именно к этому пикнику.
Как только сап коснулся воды, Наталья с подругой, уже облаченные в яркие
купальники, с визгом вспорхнули на доску и отправились покорять лазурные волны. Я на мгновение замер, наблюдая, как солнечные блики играют на их спинах, как смех девушек сливается с шумом прибоя. Эта картина наводила на самые светлые мысли и вселяла здоровый оптимизм - мои ожидания от этого дня полностью оправдывались.
Пока наши русалки осваивали водные просторы, я развернул настоящую полевую кухню.
Мангал запылал, шампуры с нежным мясом молодого барашка заняли свои места.
Вскоре над побережьем поплыл тот самый, ни с чем не сравнимый аромат - смесь дымка, специй и морского бриза. Запах был настолько волшебным, что даже чайки, обычно равнодушные к человеческой пище, начали кружить ниже обычного, словно надеясь уловить хоть каплю этого божественного аромата.
Изредка я поглядывал на море, где девушки, уже освоившись с сапом, то пытались встать на него вместе, то просто сидели на доске, болтая ногами в прохладной воде. Их смех долетал до берега, смешиваясь с треском углей и шумом волн - идеальный саундтрек для этого дня.
В какой-то момент Наталья обернулась и помахала мне рукой. Я ответил тем же, понимая - вот оно, то самое мгновение, когда все складывается идеально.
Оставалось только дождаться, когда наши русалки проголодаются и вернутся на берег, где их уже ждал пир, достойный древних абхазских царей...
Шашлык аппетитно потрескивал на углях, когда я дал сигнал клаксоном. Девушки, словно русалки, покинувшие морскую стихию, вернулись на берег, их волосы еще блестели от соленых брызг.
Мы устроились на мягком пледе под сенью раскидистого дерева. Я ловко наложил на тарелки румяное мясо, аккуратно снятое с шампуров, Наталья наполнила глиняные чаши терпким абхазским вином.
Подняв свою чашу, я поймал ее взгляд и произнес:
"Выпьем за то, что древние стены храма услышали сегодня не только шепот истории, но и биение наших сердец. За этот день, который начался как приключение, а стал чем-то большим. И за тебя, Наташа, без которой даже этот райский уголок казался бы неполным".
Она улыбнулась, и в уголках ее глаз собрались лучистые морщинки:
"А я выпью за мужчину, который вместо банального ресторана подарил мне целое приключение. За шашлык, от которого слюнки текут.
И за этот момент, когда кажется, что даже море затихло, чтобы послушать наш тост".
Мы чокнулись, и в этот миг ветер донес до нас соленый привет от волн, будто
природа присоединилась к нашему празднику.
А шашлык... шашлык оказался настолько хорош, что даже обычно болтливая подруга Наташи на время забыла про слова, с наслаждением уплетая нежное мясо.
Музыка судьбы под аккорды гитары
И вот настал тот самый момент, когда романтика требует финального аккорда. Я медленно поднялся, сделал пару шагов к машине и извлек из багажника свой главный козырь — верную классическую гитару, которая сопровождала меня в самых важных моментах жизни.
— Музыкальную паузу объявляет маэстро! — пошутил я, усаживаясь на плед так, чтобы свет заката падал на струны.
В юности я закончил музыкалку по классу гитары, и хотя годы немного притупили беглость пальцев, душа инструмента осталась со мной. Что касается вокала...
Ну что ж, когда поешь сердцем, технике можно простить небольшие огрехи.
Первые аккорды зазвучали тихо, сливаясь с шепотом волн. А потом над ущельем Амбара поплыла та самая песня — о любви, которая болит, но делает человека живым.
О надежде, которая, как маяк, светит даже в самых темных морях. О том, что где-то в этом мире есть твой человек, и ты готов ждать его хоть сто лет...
Я видел, как Наташа замерла, ее пальцы сжали край пледа. Видел, как ее глаза стали влажными, а потом — да, это была слеза. Одна-единственная, но она сказала больше, чем любые слова. В тот момент я знал: передо мной не просто симпатичная девушка, а та самая, которую я искал все свои 50 лет. Та, что понимает музыку без нот, а душу — без фальши.
Прощание, которое стало началом
Провожать их пришлось на парковке, где стояла их машина. Луна уже висела над морем, окрашивая все в серебристые тона.
Наташа вдруг повернулась ко мне, и в ее взгляде было столько тепла, что я почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Спасибо, Валера, — прошептала она, прижимаясь губами к моей щеке.
— За лучшее свидание в мире.
Ее слова подняли меня так высоко, что даже звезды казались близко. "Я достану для тебя любую из них!" — кричало что-то внутри. Но вместо пафосных клятв я просто улыбнулся:
— Лучшее свидание в мире будет завтра. Отказ не принимается.
Она рассмеялась, и этот звук запомнился мне на всю жизнь:
— Кто сказал, что я собираюсь отказываться?
Мы договорились встретиться утром у их отеля. Нас ждали Шакуранские водопады — места, где даже природа забывает о времени.
Попрощавшись, девушки уехали в Сухум, а я...
...А я остался стоять под луной, с гитарой в одной руке и с новой мечтой — в другой.
Завтра нас ждал новый день.
Новая история.
Наша история.
P.S. Храм, который стал нашим свидетелем
Прошло уже четыре с лишним года. Четыре года, как мы возвращаемся сюда — к этим древним камням, где эхо до сих пор повторяет наш первый смех.
Каждый раз, переступая порог Амбара, Наташа крепче сжимает мою руку. Мы
стоим в центре храма, где когда-то робко шептали друг другу первые слова, а теперь говорим вслух:
— Спасибо.
За то, что свел.
За то, что научил верить.
За то, что даже спустя столько лет — все так же слышит наши сердца.
Потом Наташа, как и в тот первый раз, подходит к самой старой стене, прикасается ладонью к шершавому камню и шепчет что-то свое.
Храм подхватывает ее слова, возвращая их нам многоголосым эхом — будто все монахи, когда-то молившиеся здесь, теперь благословляют наш союз.
А я смотрю на нее и понимаю: чудеса случаются.
Ровно в тот момент, когда ты перестаешь их ждать."
Не менее романтичные приключения ждут вас в моем шестом Мимозном слёте подписчиков в Абхазии.