Есть одна почти священная мантра, которую повторяют с придыханием на бизнес-тренингах и в глянцевых журналах: «Капитализм — это двигатель прогресса!» Звучит красиво, не правда ли? В воображении сразу возникают картины: Стив Джобс в гараже собирает первый Apple, Илон Маск запускает ракеты к Марсу, а где-то в лаборатории гениальный ученый, щедро финансируемый корпорацией, вот-вот откроет лекарство от старения. Все это — ради светлого будущего человечества.
А теперь давайте спустимся с небес на нашу грешную, монетизированную землю. Вся эта благостная картина — не более чем красивый рекламный буклет. Истина, как это часто бывает, куда прозаичнее и, увы, циничнее. Капитализму не нужен прогресс. Ему нужна прибыль. А это, как говорят в Одессе, две большие разницы.
Прогресс — это фундаментальное улучшение жизни, расширение горизонтов познания, решение глобальных проблем. Это чистая вода для всех, доступная медицина, победа над голодом, освоение космоса не ради военных спутников, а ради знаний. Прогресс — это долгосрочная инвестиция в человечество.
Прибыль — это квартальный отчет. Это рост котировок акций. Это оптимизация расходов (часто за счет зарплат или экологии). Это создание продукта, который можно продать максимальному числу людей с максимальной наценкой. Прибыль — это краткосрочная выгода здесь и сейчас.
Иногда, по счастливому стечению обстоятельств, эти два пути пересекаются. Например, изобретение пенициллина было колоссальным прогрессом. И, о чудо, на нем можно было заработать! Производство антибиотиков стало прибыльным делом. То же самое с компьютерами: они невероятно продвинули человечество, но стали массовыми лишь тогда, когда превратились в товар, который можно продавать каждой семье. В такие моменты адепты капитализма радостно восклицают: «Вот видите! Работает!»
Но это не правило. Это исключение, которое лишь подтверждает основную логику системы. Капитализм поддерживает не сам прогресс, а лишь его прибыльную, рыночно-привлекательную версию. Он с радостью профинансирует разработку сотой модели смартфона с чуть более ярким экраном, потому что старую модель можно объявить устаревшей и продать новую. Это не прогресс, это маркетинг. Это запланированное устаревание, гениальное изобретение, заставляющее нас покупать снова и снова то, что у нас уже есть.
Система с восторгом создаст еще одно приложение для доставки еды, потому что оно генерирует денежный поток. Но станет ли она вкладывать миллиарды в фундаментальные исследования термоядерного синтеза, который обещает дать человечеству почти бесплатную и чистую энергию? Вряд ли. Ведь окупаемость — лет через пятьдесят, если повезет. А акционеры требуют дивидендов сегодня. Гораздо проще и выгоднее продолжать торговать нефтью и газом.
Посмотрите на фармацевтику. Разработка нового антибиотика — дело долгое, дорогое и рискованное. А вот создать еще одно лекарство от эректильной дисфункции или облысения — золотая жила! Потому что есть платежеспособный спрос. В итоге мы имеем десятки аналогов «Виагры», но мир стоит на пороге кризиса антибиотикорезистентности, потому что вкладываться в борьбу с супербактериями оказалось не так выгодно. Система, ориентированная на прибыль, решает проблемы тех, у кого есть деньги, а не те проблемы, которые наиболее важны для выживания вида.
Или возьмем вечную мечту о космосе. Мы грезили о базах на Луне и яблонях на Марсе. Что мы получили? Соревнование миллиардеров, чей космический туризм круче, и тысячи спутников на низкой орбите для раздачи интернета (за абонентскую плату, разумеется). Это не освоение космоса в духе Циолковского или Королёва. Это превращение последней общей мечты человечества в элитный аттракцион и еще один телекоммуникационный проект. Прогресс? Нет, бизнес-план.
Самая коварная ловушка в том, что капитализм научился виртуозно имитировать прогресс. Нам продают «инновации», которые по сути своей являются лишь новой упаковкой. Новый дизайн автомобиля, который по-прежнему работает на ископаемом топливе. «Революционная» формула шампуня, отличающаяся от старой одним экзотическим экстрактом. «Умный» холодильник, который сам заказывает молоко, решая проблему, которой у большинства из нас никогда и не было. Это симуляция движения вперед, бесконечный бег на месте в колесе потребления.
Настоящий же прогресс часто неудобен для рынка. Он может обесценить целые отрасли. Представьте, что завтра изобретут вечный источник питания для гаджетов. Сколько корпораций, производящих батарейки, аккумуляторы и зарядные устройства, разорятся? А если появится технология, позволяющая печатать любую еду на 3D-принтере из базовых органических компонентов? Что станет с агрохолдингами и сетями супермаркетов? Система, построенная на постоянном создании и удовлетворении (часто искусственном) спроса, инстинктивно боится решений, которые закрывают проблему раз и навсегда. Ей выгоднее продавать обезболивающее, а не лечить причину боли.
И в этом кроется тихая трагедия. Мы обладаем невероятными научными знаниями и технологическими возможностями. Мы могли бы решать проблемы голода, болезней, энергетического кризиса. Но вместо этого мы тратим колоссальные интеллектуальные и производственные ресурсы на то, чтобы убедить людей купить новый телефон, потому что у старого «челка» уже не в тренде. Лучшие умы поколения заняты не разработкой вакцин, а созданием алгоритмов, которые заставят нас кликнуть на рекламный баннер.
Так что, когда в следующий раз вы услышите пафосную речь о том, как свободный рынок ведет нас к сияющим вершинам прогресса, просто вспомните свой смартфон. Он — чудо технологий, безусловно. Но он же — символ подмены. Символ того, как великую идею движения вперед подменили куда более приземленной, но и куда более прибыльной идеей бесконечного обновления. И немного грустно от того, что этот гениальный трюк сработал, а мы, зрители в этом театре потребления, продолжаем аплодировать, даже не замечая, что декорации уже много лет не менялись.