В середине XIX века, на фоне масштабных внутренних преобразований и сложной внешнеполитической обстановки после Крымской войны, Российская империя осуществила значительное территориальное приобретение на своих восточных рубежах. Ключевым событием этого процесса стало подписание Айгунского договора с Цинским Китаем 28 мая 1858 года, которое легитимизировало переход под контроль России обширных пространств Приамурья.
Интерес России к Амурскому региону имел долгую историю, восходящую к походам землепроходцев в XVII веке. Однако по Нерчинскому договору 1689 года, заключенному в условиях военного давления со стороны маньчжурской династии Цин, Россия была вынуждена отказаться от претензий на эти земли и демонтировать свои укрепления. Вопрос о статусе левобережья Амура оставался неопределенным на протяжении полутора столетий. Ситуация кардинально изменилась к середине XIX века, когда ослабление Цинской империи, обострившееся в результате Опиумных войн и внутренних восстаний, совпало с активизацией российской дальневосточной политики. Появление в регионе военных судов Великобритании и Франции создавало прямую угрозу российским интересам и делало вопрос об обеспечении стратегического выхода к Тихому океану чрезвычайно острым.
Центральной фигурой в деле «возвращения Амура» стал генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Николаевич Муравьев, обладавший огромной энергией, государственным мышлением и убежденностью в русской миссии на Дальнем Востоке. Действуя зачастую на свой страх и риск, он инициировал масштабные исследовательские экспедиции (в частности, под руководством Геннадия Невельского, доказавшего судоходность устья Амура и островное положение Сахалина), организовал сплав русских переселенцев по реке и основал военные посты, фактически создавая русское присутствие в регионе. Эта настойчивая и решительная деятельность создала необходимые условия для дипломатического закрепления успехов.
Переговоры, проходившие в городе Айгунь, велись со стороны России Н.Н. Муравьевым, а со стороны Китая — амурским главнокомандующим (цзянцзюнем) провинции Хэйлунцзян Ишанем. Позиция цинских властей была ослаблена как внутренними трудностями (свирепствовало восстание тайпинов), так и продолжавшейся Второй Опиумной войной, в ходе которой англо-французские войска угрожали Пекину. Муравьев умело использовал эту ситуацию, а также предложил Китаю поддержку в поставках оружия для борьбы с внешними противниками, позиционируя Россию как доброжелательного соседа в противовес западным державам.
Согласно статьям Айгунского трактата, левый берег реки Амур от реки Аргуни до самого устья признавался владением Российской империи. Правый берег Амура до реки Уссури оставался за Китаем. Пространство между рекой Уссури и морем (Уссурийский край) объявлялось общим владением двух империй вплоть до окончательного определения границы. Судоходство по Амуру, Сунгари и Уссури разрешалось только русским и китайским судам, что исключало проникновение в регион третьих стран. Для маньчжурского населения, оставшегося на левом берегу Амура, сохранялись права вечного жительства и традиционного хозяйствования под управлением своих старост.
Значение Айгунского договора трудно переоценить. Он не только вернул России утраченные в XVII веке территории, но и обеспечил стратегический доступ к Тихоокеанскому побережью по полноводной судоходной реке. Это создавало условия для хозяйственного освоения края, развития судоходства и укрепления обороноспособности восточных границ. Договор стал дипломатическим триумфом Н.Н. Муравьева, вскоре получившего почетную приставку к фамилии — Амурский.
Однако Айгунский трактат был лишь первым шагом в окончательном оформлении российско-китайской границы на Дальнем Востоке. Статус Уссурийского края оставался неопределенным. Вопрос был решен двумя годами позднее Пекинским договором 1860 года, согласно которому эти земли полностью отходили к России. Вместе с тем, присоединение огромного и малозаселенного региона поставило перед правительством сложнейшую задачу его заселения и интеграции в экономическое пространство империи, что стало длительным и не всегда успешным процессом.
Таким образом, Айгунский договор 1858 года стал результатом сочетания благоприятной международной конъюнктуры, целенаправленной инициативы регионального администратора и ослабления цинского Китая. Он закрепил за Россией Приамурье, определив контуры ее дальневосточных владений и оказав долгосрочное влияние на геополитическую ситуацию в Азиатско-Тихоокеанском регионе.