— «Алексей Михалыч… я устал…»
— «Устал? — брови тренера взлетают, как стартер на стадионе. — Отлично! Значит, организм растёт. Ещё пять кругов по кроссу!» — «Но ноги не идут!..»
— «Идут. Просто голова тормозит. А подумай — как мама за кеды переживает? Вчера до полуночи подшивала подошву!» И бегун молча поворачивает на дорожку.
Потому что в советской лёгкой атлетике “устал” — не отговорка. Это сигнал: “пора показать характер”. А дома, за ужином:
— «Ну как тренировка?» — спрашивает мама, подкладывая вторую порцию.
— «Нормально…»
— «Тренер доволен?»
— «Сказал — молодец…»
(Он, конечно, сказал: «Если бы ещё и руками работал, а не как мешок с картошкой!» — но это между нами.) P.S.
Проходит двадцать лет.
Тот самый бегун, теперь отец, стоит у школьного стадиона.
Сын топчется у линии старта:
— «Пап, я устал…» Отец вздыхает, смотрит на закат — будто ищет взглядом своего Алексея Михалыча —
и говорит: «Ещё один круг. Подумай о бабушке… Она за тебя подшивала!» Цикл замкнулся.
Традиция — на марше. ?