Обычный инвестор хочет обычных вещей, например... Дивиденды, и роста. Но что происходит с нашим тяжеловесом последние этак 20 лет. Давайте разберём.
20 лет «боковика»: История несбывшихся надежд.
Если мы отмотаем пленку назад, то увидим поразительную картину. В 2008 году капитализация Газпрома превышала 360 млрд долларов, а руководство всерьез заявляло о планах достичь 1 трлн долларов.
Сегодня эти цифры выглядят как научная фантастика.
Цена акций: В рублях котировки находятся примерно там же, где были в середине 2000-х (с поправкой на инфляцию - это глубокий минус).
Дивидендная политика: Была «священной коровой», пока в 2022 году рынок не потряс знаменитый отказ от выплат, за которым последовала рекордная, но разовая выплата. Сейчас же вопрос дивидендов висит в воздухе из-за чистого убытка и огромной долговой нагрузки.
Почему же тяжеловес так хромает?
Есть три фундаментальные причины:
Потеря премиального рынка: Европа десятилетиями была главным источником валютной выручки. Сейчас этот канал практически перекрыт. Объемы экспорта упали до уровней 1980-х годов.
Налоговый пресс: Государство забирает свое через НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых). Даже когда прибыли нет, налоги платить нужно. Для бюджета Газпром - это прежде всего донор, а не объект для заботы о миноритариях.
Гигантские стройки (CAPEX): Переориентация на Восток требует колоссальных вложений. «Сила Сибири 2» и другие проекты - это стройки на десятилетия. Деньги уходят в трубы, а не в карманы акционеров.
Есть ли тот самый «свет»?
Справедливости ради, Газпром - это не только экспорт в ЕС. У компании остаются аргументы:
Разворот на Восток: Китай наращивает потребление. К 2027-2030 годам поставки могут частично компенсировать потерю Европы, но маржинальность там ниже.
Внутренний рынок: Программа газификации регионов и рост внутренних тарифов - это стабильный, хоть и не такой прибыльный фундамент.
СПГ и переработка: Развитие проектов по сжижению газа и нефтехимии (комплекс в Усть-Луге) - это попытка уйти от зависимости от «трубы».
Сейчас Газпром - это история не про быстрые деньги, а про долгое (очень долгое) ожидание. Это ставка на то, что компания сможет перестроить свою бизнес-модель быстрее, чем закончатся резервы, но в нынешних условиях, скорее всего закончится терпение инвесторов.
