Создавать эту заколку было трепетно и немного странно: повторить каждый шпиль, каждую арку готического замка... только в миниатюре. Настолько миниатюрной, что я сама забеспокоилась: не слишком ли? Но в тот миг, когда она легла в пепельные пряди заказчицы, все сомнения растворились. Это была абсолютная гармония. Холодный беж дерева и графитная патина сплелись с оттенком её волос в единый, совершенный ансамбль. Она села так, будто была частью этого образа всегда. Такие моменты наполняют сильнее любого вдохновения. Бесконечно рада, что смогла воссоздать в миниатюре тот самый замок, который покорил сердце волшебной девушки на «АртФлекшене» — и теперь он обрёл свой истинный дом.
Это волшебство — видеть, как вещь находит своего человека.
Создавать эту заколку было трепетно и немного странно: повторить каждый шпиль, каждую арку готического замка... только в миниатюре. Настолько миниатюрной, что я сама забеспокоилась: не слишком ли?
Но в тот миг, когда она легла в пепельные пряди заказчицы, все сомнения растворились. Это была абсолютная гармония. Холодный беж дерева и графитная патина сплелись с оттенком её волос в единый, совершенный ансамбль. Она села так, будто была частью этого образа всегда.
Такие моменты наполняют сильнее любого вдохновения. Бесконечно рада, что смогла воссоздать в миниатюре тот самый замок, который покорил сердце волшебной девушки на «АртФлекшене» — и теперь он обрёл свой истинный дом.
