Приключения Примы Оперного Цирка им. Сарделькиной. Часть 1
Остров Лумбаба, затерянный в лазурных водах, был местом, где реальность переплеталась с самыми причудливыми фантазиями. Здесь, среди пальм, чьи листья шелестели мелодиями неведомых птиц, и вулканов, извергающих не лаву, а радужные искры, обитала Мадам Сарделькина. Ее имя было столь же внушительным, как и ее фигура, напоминающая пышную, но слегка пережаренную сардельку. Мадам Сарделькина была не просто нелегальной обитательницей Лумбабы, она была ее движущей силой, ее неутомимым двигателем амбиций, направленных на одну единственную цель: заполучить в мужья Жмуксона Ольфрамовича Паскуденко.
Жмуксон Ольфрамович, или просто ЖОП, как его ласково (и не очень) называли обитатели острова, был владельцем единственного бара на Лумбабе – «Пьяный кокос». Бар этот представлял собой живописное сооружение из бамбука и ракушек, где подавали экзотические коктейли с названиями вроде «Слезы Балетмейстера» и «Поцелуй через пуанты». ЖОП, с его вечно растрепанными волосами цвета морской пены и улыбкой, полной зубов, напоминающих жемчужины, был местной знаменитостью. И Мадам Сарделькина решила, что именно он – ее судьба.
Ее методы были столь же экстравагантны, сколь и сама Лумбаба. Каждый день, словно на крыльях любви (или, скорее, на тяжелых, но решительных шагах), Сарделькина направлялась к «Пьяному кокосу». Она приносила ЖОПу корзину с салатом оливье, который готовила из даров, выброшенных на берег, и декламировала ему стихи собственного сочинения, полные страсти и обещаний счастливого будущего.
«О, Жмуксон мой, мой свет в окошке!
Твои глаза – два океана!
Возьми меня в свои ладошки,
И будем жить мы без обмана!»
ЖОП, будучи человеком простым и не склонным к романтическим излияниям, обычно лишь пожимал плечами, принимал корзину и предлагал Мадам Сарделькиной выпить чего-нибудь освежающего, обычно это был граненый стакан ее любимой "беленькой" Его сердце, казалось, было занято исключительно управлением баром и ловлей редких, светящихся рыбок для своих фирменных блюд.
Но Мадам Сарделькина не сдавалась. Ее амбиции простирались далеко за пределы личной жизни. Она обладала удивительным талантом находить и «обрабатывать» прибывающих на Лумбабу туристов. Эти незадачливые путешественники, привлеченные слухами о райском уголке, часто оказывались в ее ловких руках.
«Дорогуша, ты так устала с дороги! – начинала она, встречая их на берегу с улыбкой, которая могла бы растопить айсберг. – Позволь мне помочь тебе! У меня есть чудесные шелковые трусы, которые идеально подойдут для жаркого климата. А эти рапаны… они просто волшебные! Ты никогда не пробовала ничего подобного!»
И вот уже наивные туристы, очарованные ее радушием и экзотическими товарами, расставались со своими деньгами, одеждой и даже продуктами, которые они привезли с собой. Мадам Сарделькина умело превращала их в «подарки» для ЖОПа,не забывая, однако и себя, но надеясь таким образом ускорить процесс их свадьбы. Она даже умудрилась убедить одного туриста, что его потертые джинсы – это «древний артефакт», который принесет ЖОПу удачу в бизнесе, и выменяла их на пару своих старых, но ярких сандалий, найденных пару лет назад на островной помойке.
Ее бизнес-план, казалось, был прост: накопить богатство, очаровать ЖОПа и править Лумбабой вместе. Но, как это часто бывает с грандиозными планами, в них всегда найдется слабое звено. И в случае Мадам Сарделькиной этим звеном оказался прибывший с материка инспектор.
Инспектор, человек строгий и не терпящий беспорядка, был послан для проверки соблюдения законов на отдаленных островах. Он быстро заметил странную активность вокруг Мадам Сарделькиной и ее подозрительно богатый ассортимент товаров, который, как выяснилось, был приобретен не совсем законным путем.
Когда инспектор, облаченный в безупречную форму, вошел в бар «Пьяный кокос» и увидел Мадам Сарделькину, пытающуюся вручить ЖОПу очередную партию «подарков» от туристов, его терпение лопнуло.
«Мадам, – произнес он своим самым официальным тоном, – я вынужден вас арестовать. Ваши методы ведения бизнеса вызывают серьезные вопросы».Для подтверждения незыблемости своих выводов инспектор дважды плюнул в лоснящееся лицо Сарделькиной, как это было принято в тех местах.
Мадам Сарделькина попыталась было применить свои чары, но инспектор был непробиваем. Он методично конфисковал все товары, которые она успела накопить, включая те самые джинсы, которые теперь выглядели еще более потертыми в свете законности. Туристы, увидев происходящее, с облегчением вздохнули и начали собирать свои остатки вещей.
ЖОП, наблюдавший за всем этим с невозмутимым видом, лишь пожал плечами. Он никогда не был в восторге от навязчивости Мадам Сарделькиной, и, честно говоря, ее «подарки» часто вызывали у него больше вопросов, чем радости.
«Мадам Сарделькина, – произнес инспектор, обращаясь к ней с холодной решимостью, – вы депортированы с острова Лумбаба. Немедленно», Довольный ЖОП, по традиции выражения радости и облегчения левой рукой через правое плечо мастерски метко метнул граненый стакан с "беленькой" в направлении Сарделькиной.
И вот, под недовольное бормотание и попытки оправдаться, Мадам Сарделькина была усажена на небольшой дирижабль, который увез ее прочь от острова, оставив позади лишь шелест пальм и облегченный вздох ЖОПа. Ее грандиозный бизнес-план, построенный на обмане и несбывшихся мечтах, потерпел полное фиаско, оставив Лумбабу в покое, а ЖОПа – в его любимом «Пьяном Кокосе», где единственными «подарками» были свежие кокосы и улыбки довольных посетителей.
Мадам Сарделькина, сидя в тесном дирижабле, который неумолимо уносил ее от берегов Лумбабы, чувствовала, как ее пышные формы сотрясаются от обиды и разочарования. Радужные искры вулканов, которые еще недавно казались ей символом безграничных возможностей, теперь мерцали как насмешка. Она, Мадам Сарделькина, покорительница сердец и кошельков, изгнана с острова, который она считала своим будущим королевством!
Ее мысли метались, пытаясь найти виновного. Конечно, инспектор – это просто исполнитель. Настоящий виновник – этот упрямый ЖОП! Если бы он только ответил на ее чувства, если бы принял ее «дары» с должным энтузиазмом, возможно, инспектор бы и не заметил ее «предприимчивости». Но ЖОП… он был слишком занят своими коктейлями и светящимися рыбками, чтобы оценить истинную ценность ее усилий.
«Вот же Жмуксон!» – прошипела она, сжимая кулаки. – «Не оценил он мою любовь! Не понял, что я хотела сделать его самым богатым и счастливым барменом на всех островах!»
Она представляла себе их совместное будущее: роскошный бар, украшенный трофеями из ее «туристических экспедиций», ЖОП, облаченный в шелка, которые она ему «подарила», и она сама, Мадам Сарделькина, блистающая на его шее, как самая дорогая жемчужина. Но теперь все это развеялось, как дым от потухшего вулкана.
Пока дирижабль приближался к материку, Мадам Сарделькина уже начала строить новые планы. Лумбаба – это, конечно, было хорошо, но мир гораздо больше. И где-то там, на давно забытой северной родине, или даже в большом городе, наверняка найдется еще один такой же наивный и богатый мужчина, который оценит ее таланты. Возможно, ей стоит попробовать себя в роли… нет, не жены. Может быть, в роли Дирижера?Балетмейстера? Или, что еще лучше, в роли опытного гида для туристов, который знает, как «правильно» показать им экзотику.
Она оглянулась на удаляющийся остров. Лумбаба оставалась позади, но воспоминания о ее приключениях, о ЖОПе, о наивных туристах и о строгом инспекторе, навсегда останутся с ней. И кто знает, может быть, однажды, когда она станет еще более успешной и влиятельной, она вернется на Лумбабу. Не для того, чтобы выйти замуж, нет. А для того, чтобы показать ЖОПу, чего он лишился. И, возможно, купить его бар. Или превратить его в музей своих былых достижений.
А пока… пока ее ждал материк. И новые возможности. Ведь Мадам Сарделькина никогда не сдавалась. Она просто меняла декорации. И, возможно, немного корректировала свой бизнес-план. Ведь главное – это не сдаваться, а находить новые пути к успеху. Даже если эти пути пролегают через депортацию и потерю всех накопленных «сокровищ».