Перед Россией сегодня стоит задача обеспечения технологического, кадрового и экологического суверенитета. И давайте прочитаем внимательно Стратегию национальной экологической безопасности Российской Федерации. Основные цели включают сохранение природных систем, предотвращение экологических угроз и обеспечение устойчивого развития общества и здоровья населения.
По экспертным оценкам, ежегодно экономические потери, обусловленные ухудшением качества окружающей среды и связанными с ним экономическими факторами, без учета ущерба здоровью людей, составляют 4 - 6 процентов валового внутреннего продукта. Это тормозит реализацию масштабных проектов, усугубляя экологическую ситуацию и увеличивая экономические потери. Количество опасных гидрометеорологических явлений, зарегистрированных на территории России в 2024 году, стало максимальным за 17 лет наблюдений, сообщается в "Обзоре состояния и загрязнения окружающей среды в РФ за 2024 год" Росгидромета и составило 1234 опасных гидрометеорологических явления (ОЯ), из которых 493 нанесли значительный ущерб отраслям экономики и жизнедеятельности населения. К ОЯ относятся шквалы, ураганы, сильные ливни, грозы, метели, снегопады, а также наводнения, сель, оползни и землетрясения, наносящие значительный ущерб отраслям экономики и жизнедеятельности населения. Это показатель, который свидетельствует о колоссальных убытках для экономики, бизнеса и общества в целом. Однако за цифрами скрываются более глубокие и многоаспектные проблемы: в том числе — кадровый голод, который все больше сказывается на состоянии экологической политики и практик.
Современный сектор, ответственный за экологическую безопасность, — это группа специалистов, ученых, инженеров, управленцев и экологов. Но его постоянная недостаточность — один из самых острых вызовов современности. Это создает порочный круг: без квалифицированных кадров трудно разрабатывать и внедрять эффективные экологические меры, а без них экологическая ситуация продолжает ухудшаться, увеличивая экономические потери.
Чтобы разорвать цепочку и снизить уровни потерь, необходимо выстраивать системные меры.
В России, например, доля молодых ученых и экологов, готовых к работе в сфере охраны природы, составляет менее 10%. В странах с развивающейся экономикой эта цифра зачастую еще ниже. Многие учебные программы и школы не соответствуют современным требованиям, что приводит к дефициту специалистов с актуальными знаниями и навыками. Низкие зарплаты и недостаточные возможности профессионального роста заставляют часть молодых специалистов уезжать за границу, усугубляя кадровую проблему внутри страны.
Экологический и экономический кризисы — две стороны одной медали. Потери от ухудшения окружающей среды достигают колоссальных масштабов, а кадровый голод мешает реализовать эффективные меры по их снижению.
Так, в регионах с дефицитом экологов уровень загрязнений увеличивается, ухудшается здоровье населения, снижается трудовой потенциал. Этот цикл подтверждает необходимость системного подхода к подготовке и удержанию кадров.
Исторические примеры подтверждают, что без современных знаний и технологий невозможно бороться с экологическими проблемами. В XIX–XX веках в Китае и Индии при слабом контроле и нехватке специалистов произошли экологические катастрофы, такие как сильное загрязнение реки Ганг или отравление почв.
Решение заключается в комплексном подходе — инвестировании в человеческий капитал, использовании инновационных технологий и формировании системных стратегий, объединяющих экологические и кадровые аспекты, обмен опытом и внедрение новых методологий.
В Норвегии, например, реализуется проект «Green Skills for the Future» (Зеленые навыки для будущего) ,который является частью более широкой инициативы, направленной на подготовку трудовых ресурсов к «зеленому» переходу в экономике. Он тесно связан с общей стратегией правительства Норвегии по повышению «зеленой» конкурентоспособности. В рамках программы созданы кластеры университетов, компаний и государственных органов, что способствует обмену опытом, совместной разработке решений и инноваций. Такой подход позволяет не только снизить кадровый голод, но и ускорить внедрение экологических технологий.
Хотя в России нет прямого аналога норвежского проекта, концепция «зелёных» навыков активно развивается через множество государственных, образовательных и корпоративных инициатив: Национальный проект «Экология», программа GreenTech от инновационного центра «Сколково», МГИМО запустил магистерские программы по устойчивому развитию, экологическому менеджменту и другим смежным направлениям и др.
Спрос на «зеленые» навыки растет быстрее, чем предложение на рынке труда. По данным LinkedIn, с 2023 по 2024 год спрос на ESG-специалистов, особенно в области экологии, вырос на 11,6%, а предложение — только на 5,6%. Это создает серьезный дефицит экспертов, способных эффективно реализовывать ESG-стратегии.
Только так, сосредоточив усилия на подготовке и привлечении квалифицированных специалистов, мы сможем снизить экономические потери, связанные с экологической деградацией, и построить устойчивое будущее для следующих поколений.
