Следующим утром молодые люди завершили все свои дела на основной работе, а затем, оформив отпуск за свой счет, поехали к Нине Федоровне.
— Вера, я тебя в машине подожду, — сказал Федор.
— Хорошо, — кивнула головой женщина. Ей и самой не хотелось вести Федора к бабушке. К тому же они не были знакомы. Если быть честным, то и не нужно этого делать.
Вера быстро поднялась на нужный этаж и позвонила в дверь.
— Внученька родненькая приехала, — женщина принялась обнимать Веру. — Заходи. Что же в дверях-то стоять. А у нас гости.
— Кто? — спросила Вера.
— Ольга — мама Матвея, — ответила Нина Федоровна. — Скажу по секрету, та еще штучка, — тихо прошептала женщина. — Планирует Надьку увезти с собой. Говорит, что я не умею воспитывать детей, и мне доверять опасно. А она, прямо, Макаренко местный. Матвей тот еще пройдоха.
— А где Надя? — поинтересовалась Вера.
— С ней сидит, — кивком головы женщина указала на комнату. — Пойдем. Расскажешь мне, как у тебя дела.
— Извини, но я пришла по делу, — Вера отрицательно покачала головой. — Мне нужно переговорить с Надей.
— О чем? — Нина Федоровна тут же напряглась.
— Это личный разговор, — молодая женщина ушла от ответа.
— Понятно, — пробурчала Нина Федоровна. — От меня секреты появились. Иди сама, от Ольги забирай ее.
Вера направилась в комнату. В голове она рисовала образ матери Матвея. Женщина должна быть высокой, худой, с резкими чертами лица. И обязательно должна быть грубовата. Но увиденное сильно поразило ее. Перед ней стояла невысокого роста женщина, полная. Вера даже сказала бы, что она имеет форму шара.
— Здравствуйте, — произнесла Вера.
— Здравствуйте, — ответила миловидная женщина, внимательно разглядывая гостью.
— Вера! — Надя тут же бросилась обнимать сестру.
— Я, так понимаю, вы первая дочь Лизы, — сказала женщина. — А я — Ольга Ивановна, — представилась бабушка Нади. — Мать Матвея.
— Вера, — ответила молодая женщина.
— Скажите, чем вы занимаетесь? — строго спросила Ольга Ивановна. Вера поняла, про что говорила Надя: ее строгость никак не вязалась с образом милой бабушки.
— А вы с какой целью интересуетесь? — прищурив глаза, спросила Вера.
— Я должна понимать, с кем общается моя внучка, — пояснила женщина. — А то мало ли, какое на нее влияние могут оказывать. Например, затянуть в дурную компанию.
— Хочу сказать одно, что с Надей наше общение минимизировано, — произнесла молодая женщина. — Следовательно, никакого влияния: ни плохого, ни хорошего, я на вашу внучку не оказываю.
— Оля, моя внучка — потомственный юрист, — гордо произнесла Нина Федоровна. — Ее папа, мой бывший зять, известный в городе юрист. Многие люди к нему обращаются.
— Юрист, говоришь, — задумчиво произнесла Ольга Ивановна. — И по какому профилю?
— Административные, — пояснила Вера.
— Понятно, — женщина тут же потеряла интерес к гостье Ведь она надеялась, что Вера поможет Матвею. По-семейному, скажем так, и тот получит меньший срок. Ведь, как ни крути, а ведь старался ради матери Веры.
— Как дела? — спросила Надежда.
— Я хочу поговорить с тобой, — сказала Вера. — Так, надо уточнить пару моментов, — заметив взгляд Ольги Ивановны, пояснила молодая женщина.
— Олечка, пойдем в кухню, — тут же произнесла Нина Федоровна. — Чайку попьем. Пусть сестры пообщаются.
Женщины вышли из комнаты.
— О чем ты хотела со мной поговорить? — с интересом спросила Надежда.
— Скажи, ты вроде бы говорила, что любишь бабушку Олю, — сказала Вера. — А вчера ты как-то с некоторой неприязнью о ней отзывалась.
— Я люблю бабушку, — тут же возразила девочка. — Просто она... Как бы это сказать... Ей нужно все знать. Бабушка Оля, как говорит папа, не дает мне лишний раз вздохнуть свободно.
— Просто она за тебя переживает, — выдвинула свое предположение Вера. — Чтобы с тобой ничего плохого не случилось, чтобы быть в курсе всех твоих дел, поэтому она задает много вопросов.
— Мама сказала, что она делает, чтобы не упустить меня, как в свое время сделала это с папой, — тут же возразила Надежда.
— Родители всегда все с тобой обсуждают? — спросила Вера.
— Нет, — ответила девочка. — Просто мы живем в однокомнатной квартире, и я частенько слышу их разговоры.
— Понятно, — кивнула головой женщина. — Второй вопрос. Скажи, почему ты во дворе, где живет мой папа, всем ребятам говоришь, что ты будешь жить со мной?
— А как ты узнала? — Надежда насторожилась. Она не думала, что ее выдумка дойдет до Веры.
— Не важно, — покачала головой женщина.
— Понимаешь, просто там все ребята статусные, а я — кто? — спросила девочка. — Отец — уголовник, а мать... — девочка махнула рукой.
— А что мать? — тут же поинтересовалась Вера.
— Ну мама... Она... Никакая, что ли, — пожала плечами Надя. — Вот ты: и выучилась, и престижную работу имеешь. А мама, как при твоем отце была клуша, так ей и осталась при моем.
— Зато она всегда была рядом с тобой, — ответила женщина. — А мне всегда не хватало моей мамы. Пусть даже такой клуши, как ты говоришь.
— Ну я не это имела в виду, — пробормотала девочка.
— Над, пойми, не важно, кто твои родители, — начала Вера.
— Серьезно? — усмехнулась Надя. — Ты так говоришь, потому что твой отец — успешный и статусный юрист. А мой — тюремщик. Меня в школе только и звали, что дочь уголовника. Ты думаешь, каково мне было?
Вера промолчала, понимая, что сестра права.
— Но и говоря неправду о том, что ты будешь жить со мной, статусности тебе не добавит, — сказала Вера. — Рано или поздно все узнают, что ты обманываешь. И тогда на тебя навешают еще больше ярлыков, которые ты сама заработаешь. Вот от них тебе будет гораздо сложнее избавиться, чем от родительских.
Надя молчала. Не потому, что была согласна с сестрой. А просто таким образом она научилась абстрагироваться от нравоучений.
— Я поняла, — произнесла девочка, когда Вера замолчала. Если честно, то ей уже не так сильно хотелось жить с сестрой. Вера была такой же скучной, как мать и Нина Федоровна.
— Во и хорошо, — кивнула головой Вера. — Извини, а мне пора.
Женщина обняла сестру и вышла из комнаты.
— Ой, внучка, ты уже уходишь? — из кухни быстро вышла Нина Федоровна. — Даже чайку не попьешь?
— Извини, у меня дела, — пожала плечами Вера. Она стала одеваться.
— Ты даже не спросила, как мама, — горько вздохнула женщина.
— Как Лиза? — поинтересовалась Вера.
— Ей стало хуже, — ответила Нина Федоровна. — Врачи не дают никаких прогнозов
— Рак — это такое дело, — пожала плечами молодая женщина. — Вещь предсказуемая.
— Так и не простила? — тихо спросила женщина.
— Понимаешь, дело не в прощении, — сказала Вера. — Мне искренне жаль, что с Лизой так случилось. Но я к ней ничего не чувствую. Свою маму я оплакиваю уже 12 лет. Смерть еще одной я больше не выдержу.
— Я тебя поняла, — сказала Нина Федоровна.
— Спасибо, — Вера вышла из квартиры.
Сев в машину к Федору, женщина неожиданно расплакалась.
— Что случилось? — мужчина был растерян.
— Лиза... Она умирает, — сквозь слезы проговорила Вера. — Я думала, что мне будет без разницы. А мне больно, понимаешь?
— Понимаю, — Федор обнял любимую. — Поплачь — легче станет.
Минут через 5, Вера немного успокоилась.
— Федя, поехали к папе. Я хочу загрузить свою голову по полной, чтобы не думать о... маме, — тихо сказала Вера.
Через 20 минут молодые люди сидели в комнате Игоря Сергеевича.
— Папа, мы тебя внимательно слушаем, — сказала Вера.
— Ребята, дело очень серьезное, — сказал мужчина. — Вы слышали что-нибудь о династии Хвостик в нашем городе?
— А кто о них не слышал? — спросил Федор.
— Ирина Хвостик держит сеть кофейных баров в городе, — ответила Вера.
— Олег Хвостик имеет туристический бизнес, — добавил мужчина. — А сам отец, Андрей Хвостик, ведет строительный бизнес. К тому же, занимается благотворительностью.
— Все верно, — кивнул головой Игорь Сергеевич. — Еще один немаловажный момент. Хвостик контролирует наш город в плане порядка. По спорным вопросам многие идут к нему. Слава богу, что Хвостик — мужик адекватный, поэтому у нас в последнее время криминальная обстановка стала намного спокойнее. Сами понимаете, что это место очень денежное. И его лавры не дают некоторым покоя. Особенно его давнему врагу — некоему Владимиру Мохонь.
— Слушай, я про него слышала, — задумчиво произнесла Вера. — Мало, кто четко знает, чем он занимается, но личность обеспеченная. Но при этом, как я понимаю, криминальная. И далеко не низкого ранга, если так можно сказать.
— Ты права, — сказал мужчина. — Мохонь — человек очень скрытный. Никто толком не знает, чем он занимается, но его многие боятся, а, следовательно, преклоняются. Так вот, этот Мохонь решил занять место Хвостика. И начал с детей Андрея — Олега и Ирины. Сейчас в их бизнесе очень большие проблемы.
— Что от нас требуется? — спросила Вера.
— Дочь, ты займешься делом Ирины, — сказал Игорь Сергеевич. — Федя, соответственно, Олегом. А я — Андреем. Сейчас мы с вами разъедемся по нашим клиентам, пообщаемся, выясним, что происходит. А вечером я всех жду для мозгового штурма.
— Хорошо, — кивнула головой женщина.
— До вечера, — молодые люди были настроены решительно. Особенно, Вера. Сейчас она была готова делать все, что угодно, лишь бы не думать о Лизе.