Все части повести будут здесь
– Ну что ты говоришь, Стеша?! Кирилл любит меня...
– Наивная ты, Алла! Я Кирилла твоего хоть и не люблю, прямо говоря, но вполне понимаю. Он воспитывает не своего ребёнка, вы женаты уже десять лет, и его желание иметь совместное чадо вполне понятно. Не тяни с этим, иначе, помяни моё слово, Кирилл сможет сделать так, что ребёнка родит ему кто-то другой.
– Пока мне совершенно не до этого, Стеша! Я думать ни о чём не могу кроме Лики и Инги!
Алла вернулась домой в расстроенных чувствах. Она знала, что и муж, и подруга правы насчёт отношений сестры и её дочери, но сердце её отказывалось принимать это. Кроме того, она никак не могла решиться на то, чтобы рассказать всё Лике, и когда Кирилл предложил ей поручить это ему, она отказалась и попросила его пока ничего не говорить дочери.
Часть 4
Конечно, с мужем Алла помирилась – ей удалось убедить его в том, что она его очень любит и конечно, хочет от него ребёнка, но сначала нужно решить вопросы с Ингой, иначе как она с такими переживаниями будет вынашивать малыша.
Алле очень не хотелось, чтобы дочь встречалась с сестрой, и она уговорила семью поехать на эти два выходных на дачу.
Они втроём прекрасно провели там время, и возвращаться назад, в город не было никакого желания.
В воскресенье вечером, по возвращению, Алла договорилась встретиться со Стешей в любимом кафе – ей не терпелось посоветоваться с подругой, может быть, она что-то подскажет ей в этой ситуации.
Выслушав её, Стеша задумчиво поковыряла маленькой ложечкой заказанный десерт, попробовала кусочек, сделала недовольную мину, словно десерт ей не понравился, и сказала:
– Ну, дела! Алка, зачем ты слушала свою мать? Кирилл твой абсолютно прав – нужно было думать о себе и о ребёнке, а не о матери и сестре.
– Я не хотела портить отношения с мамой...
– Алла, знаешь, как это называется в современном мире? И рыбку съесть, и кое-куда сесть! Уж прости, что грубо, но это правда. Для всех всё равно хорошей не будешь! Если бы опека узнала о том, что ребёнок живёт в таких условиях, а мать гуляет неизвестно где все шестнадцать лет, они бы быстро вышли в суд на ограничение её в родительских правах, а потом и на лишение!
Алла задумчиво водила пальцем по скатерти с узором в русском народном стиле и чувствовала, как к глазам подступают слёзы.
– Мы же ещё боялись, что если опека узнает об этом, Лику могут вообще забрать у нас!
– Да о чём ты говоришь? У Лики, помимо матери, есть родные и близкие люди, кто бы у вас её забрал? Ты бы стала полноценной матерью ребёнку, Кирилл – отцом, и сейчас можно было бы смело дать твоей сестрице отворот поворот!
– Да знаю я всё это – Алла махнула рукой – но что мне делать сейчас, Стеша?
– А ты ничего не сделаешь, дорогая моя! Лика пока несовершеннолетняя, но уже может сама принимать решения, и если пожелает быть с матерью, ты вряд ли сможешь ей препятствовать.
– Всё как-то разом навалилось... Ещё и Кирилл... заговорил о ребёнке...
И она рассказала подруге о ссоре с мужем.
– Ох, Алка! Будь осторожна... Если муж заговорил о ребёнке, значит, и тебе пора задуматься об этом... Иначе Кирилл твой может пойти искать мать своему ребёнку на сторону.
– Ну что ты говоришь, Стеша?! Кирилл любит меня...
– Наивная ты, Алла! Я Кирилла твоего хоть и не люблю, прямо говоря, но вполне понимаю. Он воспитывает не своего ребёнка, вы женаты уже десять лет, и его желание иметь совместное чадо вполне понятно. Не тяни с этим, иначе, помяни моё слово, Кирилл сможет сделать так, что ребёнка родит ему кто-то другой.
– Пока мне совершенно не до этого, Стеша! Я думать ни о чём не могу кроме Лики и Инги!
Алла вернулась домой в расстроенных чувствах. Она знала, что и муж, и подруга правы насчёт отношений сестры и её дочери, но сердце её отказывалось принимать это. Кроме того, она никак не могла решиться на то, чтобы рассказать всё Лике, и когда Кирилл предложил ей поручить это ему, она отказалась и попросила его пока ничего не говорить дочери.
– Не тяни с этим разговором, Алла! – сказал ей Кирилл – иначе останешься потом виноватой...
Зато она наконец позвонила матери. Когда та как ни в чём не бывало поздоровалась с ней, Алла спросила:
– Мама, ты меня почему не предупредила о том, что Инга приехала?
– Она просила не делать этого, Аллочка! Хотела сюрприз тебе устроить.
– И у неё это очень удачно вышло – саркастично заметила Алла – мама, ты вообще, чем думаешь? А если бы Лика дома была?
– Алла, но ведь твоя сестра её мать! Она имеет право видеться с дочерью!
– Нет, мама, это я – мать Лики! Я её растила все эти годы, я о ней заботилась, а Инга... ни копейкой не помогла своему ребёнку! И ты ещё сейчас защищаешь её!
– Но Алла! Инга изменилась, она совсем другая! У неё замечательный муж, у неё всё хорошо! И она имеет право попытаться наладить отношения со своей дочерью.
– А я? Меня кто-то спросил, хочу ли я этого? Знаешь, Кирилл прав – зря я тебя послушала тогда и никуда не пошла, ни в опеку, ни в суд! Но сейчас я сделаю это обязательно! И можешь не уговаривать меня в очередной раз пожалеть Ингу!
– Но Лика уже взрослая, и имеет право сама решать, общаться ей с биологической матерью или нет! И где ей жить – она тоже может решить сама. У Лики появятся хорошие перспективы, если она решить жить с Ингой в Москве! Разве ты не хочешь добра для своей дочери, Алла?!
– А мы с Кириллом, значит, не можем всего этого дать Лике, по-твоему? – рассердилась Алла – и именно поэтому я должна отдать дочь Инге? Я, которая ночей не спала, когда Лика болела, я, которая покупала ей одежду, обувь, игрушки, в то время как Инга и копейки для дочери не отправила!
– Аллочка, все, в том числе и твоя сестра, заслуживают второго шанса!
Алле не хотелось слушать то, как родительница пытается обелить Ингу, и просто положила трубку. Ей было так горько и больно сейчас... Никогда мать не ценила её... Всё воспринимала, как должное, словно она, Алла, должна постоянно доказывать, что сможет, справится, сумеет... И Алла доказывала, старалась, создала семью, у Лики были и отец, и мать, они ни в чём не нуждались, у них была отличная семья, и Алла думала, что мать наконец поняла, что нельзя жить так, как Инга, но... Та всё также, несмотря ни на что, восхищалась младшей дочерью, и её поступки не вызывали у неё осуждения или возмущения. Алла поняла, что Надежда Максимовна всегда будет защищать Ингу и найдёт любое оправдание её поступкам.
После разговора с родительницей ей стало нехорошо, она ушла в комнату и упала на кровать – слёзы сами катились по щекам, и Алла чувствовала себя бессильной перед обстоятельствами. Такой и застал её Кирилл, приподнял, обнял жену и спросил, почему она плачет. Услышав от Аллы о разговоре с матерью, сказал мягко:
– Аллуся, но ведь ты всё это прекрасно знала с самого начала. Твоя мать, пока рядом не было Инги, очень скучала по ней, постоянно об этом говорила, и её привязанность к твоей младшей сестре не видел только слепой. Почему сейчас ты переживаешь из-за этого?
– Потому что она не видит в поступке Инги ничего плохого – Инга явилась через шестнадцать лет, чтобы забрать свою дочь, а мама даже в этом поддерживает её, Кирилл! Не меня, которая воспитала Лику с самого маленького возраста, не меня, которая стала для неё матерью и дала ей всё, а её – ту, которая бросила своего ребёнка! Для неё этот поступок словно не является ужасным, она не видит в нём ничего такого и считает, что Инге нужно дать шанс!
– Алла, успокойся! Ещё пока ничего не случилось, тебе нужно взять себя в руки. Я ведь тебе объяснял, что скорее всего, наша дочь не захочет общаться со своей биологической матерью, и это будет её правильным, взрослым решением.
– Мне так страшно, Кирилл! А если нет? Инга умеет быть очаровательной, умеет убеждать, красиво говорить, и вполне может наобещать Лике того, что потом не сможет исполнить, и в итоге снова уедет, забрав нашу дочь, Кирилл, а может быть, оставив Лику здесь, и этим разобьёт ей сердце!
– Алла, послушай, тогда тебе тем более надо собраться! Сейчас абсолютно не время для истерик, и ты должна это понимать. Почему ты до сих пор не поговорила с Ликой, не подготовила её к возможному визиту Инги?
– Я не могу, Кирилл! Мне страшно сказать ей об этом...
– Я тебе предлагал поговорить – ты не позволила. Но поскольку сама ты не решаешься, я пойду и сделаю это за тебя!
Кирилл встал, и Алла схватила его за руку горячей рукой.
– Нет! Не нужно, я сама... Я... сделаю это. Мне нужно видеть её глаза.
– Пойдём поговорим вместе – вдвоём мы найдём нужные слова.
– Хорошо, только давай сделаем это завтра.
– Ну, как хочешь... Но ещё раз прошу тебя – не откладывай это дело в долгий ящик. И ещё, Алла, нам надо было бы выяснить, с какой целью, для чего, приехала сюда Инга. Я подозреваю, что всё это не просто так, и здесь она совсем не ради дочери.
– И как мы это выясним, Кирилл?
– Не знаю... я подумаю... Ты тоже подумай над этим вопросом – это может оказаться нам очень на руку. Потом, когда мы всё выясним, мы сможем поговорить об этом с Ликой, и если она всё же попадёт под влияние твоей сестры, мы убедим её, что планы Инги в отношении неё корыстны.
– Кирюш! – Алла вдруг подскочила и взяла лицо мужа в руки, заговорив быстро и горячо – Кирюш, давай соберёмся и уедем, а?! Прошу тебя!
– Куда? – спросил тот удивлённо.
– Куда глаза глядят! Ты, я и Лика! И никому не скажем, куда мы уехали! У нас же вполне хватит сбережений, мы сможем прожить. В другой город, например! Или мы уедем, а ты продашь всю нашу недвижимость и приедешь потом к нам! И тогда никто не сможет ничего нам сделать!
– Алла, ты что? Дорогая, ты уже бредишь от страха потерять Лику! Как мы можем вот так сорваться и уехать?! От проблем не бегут – их стараются решать, так поступают взрослые люди. И потом – у меня тут хорошая работа, которую я люблю и не собираюсь бросать, у тебя работа... У нашей дочери тут друзья, она любит свою школу...
Алла как-то сразу сникла:
– Да, ты прав... Нельзя так...
Ночью Алле снова не спалось, настроение было паршивым, и когда Кирилл хотел было отвлечь её, начав целовать и ласкать под одеялом, она сказала, что ужасно устала, и у неё болит голова. Кирилл ничего ей не ответил, но отвернулся, было заметно, что он обиделся. Но Алле было совершенно не до обид Кирилла – она не знала, как поступить и что делать в ситуации, которая казалась ей безвыходной.
На работе она тоже никак не могла собраться, недосып и проблема приехавшей внезапно сестры не давали ей работать в полную силу, и Алла допустила несколько ошибок в отчёте, из-за чего главная бухгалтер отчитала её при всём коллективе. Алле было неимоверно стыдно – чтобы вот так какая-то малолетняя фитюлька отчихвостила её при людях... Да, ошибки были достаточно серьёзные, она никак не могла собраться и наконец начать работать, и после того, как главбух отчитала её и ушла, весь мир для Аллы вообще окрасился в серые тона. Хотелось плакать, и она еле – еле смогла взять себя в руки.
Посреди рабочего дня позвонил Кирилл и достаточно холодным тоном сказал ей, что сегодня вечером он отправляется на несколько дней в срочную командировку – в другом городе в филиале их предприятия произошло ЧП. Несколько человек из руководителей летят туда, в том числе и он, Кирилл. Алла попыталась хотя бы с ним наладить отношения – ей сейчас так нужна была чья-то поддержка.
– Кирюш, ты прости меня за вчерашнее. Я действительно очень переживаю за Лику, и мне в голову ничего не идёт, всё время думаю над тем, что же делать...
– Ладно – добродушно проворчал в трубку муж – проехали... Алла, береги себя и свои нервы, и да – поговори с Ликой сама, помнишь, вчера ты обещала это сделать. Сделаешь? Или дождёшься меня и поговорим с ней вместе?
– Я поговорю с дочерью, обещаю! Спасибо, что не сердишься на меня! Я очень люблю тебя, Кирилл!
– И я люблю тебя, Аллочка! Но ты должна научиться встречать проблемы в жизни, гордо подняв голову, а не спрятав её, как страус, в песок.
Примирение с мужем немного подняло Алле настроение, и домой она шла уже с улыбкой, успокоенная поддержкой Кирилла. Он прав – она должна быть сильной и бороться за дочь. Весь вечер Алла настраивалась на то, чтобы поговорить с Ликой, но так и не смогла начать разговор, дочь же, сделав уроки, отпросилась к своей однокласснице и подруге Тамаре, которая жила в соседнем подъезде – они вместе делали в школе проект и сейчас как раз собирались заняться этим. Алла отпустила Лику с каким-то облегчением – если Инга вдруг заявится, она снова не сможет увидеть дочь... Лучше, если Лика сейчас будет пореже бывать дома... И поскольку вернувшись от подруги, дочь, поцеловав Аллу, ушла в душ, а потом сразу отправилась спать, разговора снова не вышло.
Инга так и не пришла, и Алла молилась, чтобы та снова уехала в Москву и забыла о том, что они вообще существуют. За прошедшие дни тоже ничего не произошло, и Алле стало казаться, что может быть, Инга уже передумала наладить контакт с дочерью.
Она как-то расслабилась, часто созванивалась с мужем по видеосвязи, и про Лику и Ингу они почти не говорили – Кирилл рассказывал о командировке, показал жене, в каком номере он проживает с коллегой, и вообще, беседы их были непринуждёнными и беззаботными. И на работе всё наладилось – главный бухгалтер даже подошла к ней и извинилась за то, что сорвалась на неё при всех.
Прошло три беззаботных дня, вернувшаяся домой после работы Алла застала дочь в отличном настроении – та что-то напевала, звонко чмокнула Аллу в щёку, улыбалась, отчего на щеках её появлялись милые ямочки.
– Ты чего? Пятёрку что ли получила, что так радуешься? – поинтересовалась Алла.
– Неа! Ты ни за что не догадаешься, что произошло!
– И не буду! Ты мне сама скажешь! Скажешь же?!
– Конечно! Мам, ты сейчас упадёшь от этой новости! Я сегодня была у бабушки после школы и познакомилась там с Ингой, моей биологической мамой!
Продолжение следует
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.