История подмосковной пекарни «Машенька», чей владелец в отчаянии писал Путину, превратилась в общенациональный крик души. Теперь флешмоб «Я/Мы Машенька» — это не просто сочувствие, это хроника краха. Из Самары, Йошкар-Олы, Екатеринбурга предприниматели один за другим рассказывают, как десятилетия работы рушатся под гнетом взлетевших вдесятеро патентов и налогов. Но пока бизнес борется за выживание, государство готовит новые правила игры, которые могут навсегда изменить жизнь не только предпринимателей, но и каждого, кто заходит в интернет.
Кажется, что общего между закрывающейся провинциальной пекарней, Википедией и посылкой из Китая? На деле они стали звеньями одной цепи — нового витка регулирования, который в ближайшие год-два может переломить хребет и малому бизнесу, и цифровым свободам, и кошелькам обычных граждан. Власти говорят о равных условиях, защите рынка и национальной безопасности. Предприниматели и эксперты — о коллапсе. Кто прав, станет ясно очень скоро, но счет уже открыт.
Эффект домино: от пекарни до вашего AliExpress
Если внимательно сложить эти мозаичные новости в единую картину, становится не по себе. Получается портрет государства, которое в попытке решить накопившиеся проблемы — от недобора бюджетных средств до вопросов информационного суверенитета — начинает закручивать гайки одновременно по всем фронтам. И главный удар, парадоксальным образом, приходится на тех, кого, казалось бы, должны защищать: малый и средний бизнес и рядовых потребителей.
Возьмем историю с «Машенькой». Власти могут резонно заметить, что рост стоимости патентов — это попытка привести налогообложение в соответствие с реалиями и пополнить казну. Логика есть. Но на практике этот шаг, помноженный на давление маркетплейсов, оказывается для тысяч предпринимателей последней каплей. Работа «в ноль» превращается в работу «в минус». Флешмоб показал, что проблема не в отдельной неудачливой пекарне, а в системном кризисе целого сектора, который традиционно считался основой стабильности и социальным амортизатором.
И вот, будто пытаясь спасти этого гипотетического отечественного производителя от маркетплейсов, Минфин берется за другое звено цепи — дешевый импорт. Идея обложить НДС все зарубежные посылки выглядит справедливой для российского ритейла: все должны играть по одним правилам. Однако результат будет двойным ударом. Во-первых, цены на огромный пласт товаров взлетят для конечного покупателя, чей доход и так не растет. Во-вторых, пострадают те малые предприниматели, чья бизнес-модель завязана на этом импорте. Стремление создать «равные условия» может обернуться стагнацией рынка и снижением потребительской активности.
Цифровая изоляция как бизнес-риск
А на фоне этой экономической лихорадки звучат инициативы совсем иного порядка. Возможная блокировка Википедии за «искажения» и, что важнее, законопроект о праве ФСБ полностью отключать связь — это уже вопрос не экономики, а фундаментальных основ цифрового пространства. Аргумент «национальной безопасности» безупречен и неоспорим на бумаге. Но на практике это создает атмосферу тотальной непредсказуемости. Как может планировать свое развитие бизнес, который теоретически в любой момент может оказаться в информационном вакууме без возможности связаться с клиентами или поставщиками? Это не защита, это тихая констатация того, что цифровая среда перестает быть пространством свободы и становится зоной повышенного риска.
Вот и получается, что каждый шаг, взятый в отдельности, может быть объяснен и даже оправдан ведомственной логикой. Но вместе они формируют идеальный шторм. Бизнес душат налогами, потребителю поднимают стоимость жизни, а вокруг затягивают цифровую удавку, лишая и предпринимателей, и граждан не только средств, но и инструментов для коммуникации и поиска информации.
Не коллапс, а атрофия: вероятный сценарий
Что же ждет нас в таком раскладе? Вероятный сценарий — не внезапный коллапс, а медленное и мучительное угасание. Малый бизнес, особенно в регионах, будет сокращаться, уступая место либо государственным структурам, либо крупным игрокам, близким к системе. Инновации и частная инициатива уйдут в глубокую тень или в подпольные схемы, что лишь усилит давление регуляторов. Рынок товаров станет беднее и дороже, а интернет — менее открытым и более контролируемым.
Власти, вероятно, ответят на флешмоб «Я/Мы Машенька» точечными послаблениями или программой поддержки для «социально значимых» предприятий. Но это будет борьба с симптомами, а не с болезнью. Системная проблема — в конфликте между желанием тотального контроля над экономикой и информацией и необходимостью сохранить хоть какую-то динамику и жизнеспособность общества — останется. Дорога, вымощенная благими намерениями, ведет к экономике выживания, а не развития, где главным «предпринимателем» и единственным гарантом связи рано или поздно окажется само государство. И тогда флешмоб «Я/Мы Машенька» будут вспоминать не как крик о помощи, а как первую ласточку той тихой, управляемой зимы, что накрыла российский бизнес.
Как вы считаете, какой сценарий более вероятен: болезненная перестройка экономики или ее медленная стагнация? Делитесь своим мнением в комментариях.