На фоне растущей значимости пресной воды в глобальном масштабе запасы этого ресурса в России растут. Об этом сообщил спецпредставитель президента Российской Федерации по связям с международными организациями в вопросах достижения целей устойчивого развития Борис Титов.
Он напомнил о недавно опубликованном ключевом докладе ООН, в котором говорится о переходе мира от состояния водного кризиса к состоянию глобального «водного банкротства». По данным доклада, острую нехватку воды как минимум в течение одного месяца в году испытывают около 4 миллиардов человек, а около 3 миллиардов жителей планеты проживают в районах, где запасы воды сокращаются. Титов также отметил, что президент Ирана Масуд Пезешкиан неоднократно указывал на необходимость переноса столицы из Тегерана ближе к южному побережью в связи с дефицитом воды, проблемами загрязнения воздуха и проседания почвы.
«Барометр мировой экономики — Китай — поставил целью в предстоящие пять лет сократить потребление воды в пересчёте на единицу ВВП более чем на 10%. Если Китай ставит перед собой такую цель, то она действительно значима», — подчеркнул Титов.
По его оценке, крупнейшим потребителем пресной воды остаётся сельское хозяйство (65–70% от общего потребления), затем — промышленность (около 20%) и коммунальное хозяйство (приблизительно 10%). Титов обратил внимание на появление ещё одной отрасли, требующей значительных объёмов воды — искусственного интеллекта.
«По разным подсчётам, чтобы сгенерировать текст из 100 слов, ChatGPT потребляет от 500 мл до 1,5 литра чистой воды. Диалог с нейросетью на 20–30 вопросов обходится миру примерно в 1,5 литра чистой воды», — пояснил Титов. По его словам, вода используется для охлаждения оборудования в центрах обработки данных.
«Между тем водные ресурсы Российской Федерации в 2024 году превысили среднее многолетнее значение на 5%. Наша страна — одна из немногих, где запасы пресной воды не сокращаются, а прирастают. Не без проблем: 90% стока находится на севере и востоке, тогда как 70% населения и экономики сконцентрировано в европейской части. Думаю, в будущем наша логистика — и внутренняя, и, главное, экспортная — может немного измениться за счёт новой статьи», — подчеркнул он.