23 января 2026 года министр культуры России Ольга Любимова официально объявила, что известный театральный режиссёр Константин Богомолов назначен исполняющим обязанности ректора знаменитой Школы-студии МХАТ — учебного заведения, которое готовит актёров и режиссёров по традициям русского психологического театра.
Казалось бы, речь шла о рядовом кадровом решении внутри культурной сферы, однако уже в первые дни после объявления стало ясно: назначение вызвало не просто споры, а полноценный общественный скандал. Театральное сообщество, выпускники школы, актёры и режиссёры отреагировали резко и болезненно, выведя обсуждение далеко за пределы профессионального цеха. В публичном пространстве заговорили не только о личности нового ректора, но и о разрушении преемственности, о кадровой политике Министерства культуры и о том, кто и на каких основаниях сегодня определяет будущее ключевых культурных институций страны.
Когда в России в конце января 2026 года министр культуры Ольга Любимова объявила о назначении Константина Богомолова исполняющим обязанности ректора знаменитой Школы-студии МХАТ, это событие мгновенно вышло за рамки обычной кадровой перестановки. Престижнейшая театральная школа, основанная на традициях Станиславского и Немировича-Данченко, переживала смену руководителя после смерти многолетнего ректора Игоря Золотовицкого — и решение отдать этот пост не «коренному мхатовцу», а человеку, который не является выпускником Школы-студии, вызвало бурю эмоций в театральном сообществе.
Реакция была молниеносной. Уже спустя несколько дней выпускники школы и известные актёры, включая Марьяна Спивак и Антона Шагина, опубликовали в социальных сетях и в открытом письме к министру культуры требование пересмотреть назначение Богомолова и вернуть выбор ректора в руки театрального сообщества, как это было принято в Школе-студии десятилетиями. Они прямо указали, что решение «категорически нарушает традиции преемственности», которые являлись сердцем мхатовской педагогики: ректором считалось быть тому, кто прошёл именно через эту школу и может бережно передавать её духовное наследие новым поколениям актёров.
Самую точную и, пожалуй, самую честную оценку происходящему дал пост актрисы и общественной деятельницы Яны Поплавской. В своих соцсетях — откровенно и прямо — она призналась, что формально это «не её МХАТ» (поскольку она выпускница Щукинского училища), но отказалась от привычной дистанцированности и написала: «Про МХАТ я могла бы сказать, как наш президент сказал про Гренландию — „это нас не касается“. Я — выпускница Щукинского училища и школа-студия МХАТ не моя Альма-матер. Какие у меня должны быть вопросы? Но я так не скажу.» Эта прямая позиция задаёт тон всему обсуждению, потому что Поплавская переходит от узко профессионального спора к широкой проблеме культуры как таковой.
Поплавская пишет о том, что суть конфликта вовсе не в конкретной личности Богомолова или даже в МХАТе как учебном заведении: «Дело не в МХАТ, вопрос глобальнее — в нашей русской культуре! А именно — в министерстве культуры Российской Федерации!» Такой переход от частного к общему отражает глубинное раздражение части культурной элиты и артистического сообщества: решение, принятое из-за кабинетов и бюрократических соображений, воспринимается как симптом гораздо более широкой проблемы — отсутствия уважения к историческим традициям и преемственности в культурной политике.
Она прямо отмечает, что у Богомолова, безусловно, есть театральный опыт и свои достижения, но именно логика министра культуры вызывает вопросы: «Но Ольга Любимова почему-то решает именно ему дать ещё нагрузку, хотя он даже не выпускник школы-студии МХАТ.» И дальше, почти как риторический вопрос: «Как будто у покойного Игоря Золотовицкого не было в команде достойных продолжателей его дела!» Этот взгляд бросает вызов распространённой среди части профессионалов тревоге, что кадровые решения всё чаще сводятся к «назначению своих», а не выбору тех, кто действительно связан с традициями институции.
Именно поэтому реакция оказалась такой острой. В глубине лежит не только привязанность к легендарной школе как институту, но и страх потерять то, что давно считалось сакральным в российской культуре: способ передачи ремёсла, взгляд на актёрское образование, уважение к преемственности поколений. То, что для части артистов и публики выглядело как нарушение сложившейся системы воспитания артистов, для других стало подтверждением давно ощущаемой тенденции — когда государственные назначения всё сильнее влияют на художественные институции, а профессиональное сообщество отходит на второй план.
В соцсетях своё мнение о скандале вокруг назначения Богомолова высказал и блоггер Игорь Цесельский, иронично задаваясь вопросом, почему такая бурная реакция вызывает столько эмоций:
Никакого позора. Это исполнение мечты. Иметь джинсы, даже драные, материться со сцены, жвачка, кака-кола- всего добились. Победили!!!! Так что чего возмущаться?
Не удивительно, что на фоне критики нашлись и те, кто выступил в защиту Богомолова, утверждая, что новые подходы и взгляд со стороны могут обогатить школу. Но именно резкая, эмоционально вовлечённая реакция Поплавской стала тем маркером, который показывает, насколько глубоко культурный конфликт перестал быть просто внутренней театральной проблемой и стал частью разговора о том, какая культура сегодня важна для общества и кто должен определять её будущее.
На связи Максим Обухов. Мой телеграм-канал ЗДЕСЬ.
ПОДДЕРЖАТЬ РАБОТУ КАНАЛА
Отправить донат:
https://yoomoney.ru/to/41001618057417
Kaspi (VISA) - 4400 4302 9433 6463
Карта МИР - 2204 1202 0005 0249