В криминальной летописи СССР одно из самых мрачных мест занимает история Сергея Кашинцева — маньяка, получившего прозвища «Колченогий», «Хромоножка несчастный», «Убийца с тростью» и «Хромой убийца». Несмотря на неказистую внешность и явную инвалидность, этот человек годами совершал жестокие преступления, оставаясь неуловимым для правоохранительных органов. Об истории вспоминали журналисты «КП-Челябинск».
Детство, сформировавшее злобу
Судьба с самого начала не благоволила Сергею Кашинцеву: он родился с физическим дефектом — правая нога была заметно короче левой. Это обрекло его на пожизненное использование трости и постоянную хромоту. В детские годы сверстники не скрывали насмешек над его недугом, отвергали его, не принимали в свои компании.
Такие унижения порождали в мальчике вспышки неконтролируемой агрессии. Он нередко вступал в драки с мальчишками, но против девочек был бессилен — оставалось лишь копить обиду. Именно тогда в его сознании зародилась мысль: когда‑нибудь он сполна отомстит всем женщинам за пережитые унижения.
Семейные воспоминания о юном Сергее рисуют тревожную картину: приступы ярости проявлялись у него уже в раннем возрасте. Даже родная мать испытывала страх перед непредсказуемыми вспышками гнева сына. Конфликты возникали и с братом — однажды Кашинцев украл у него пальто, что в итоге привело к первому тюремному сроку.
Путь в преступный мир
Тюремные стены неоднократно становились пристанищем для Кашинцева:
- первые два заключения последовали за кражи;
- третье — за хулиганство: он намеренно портил чужое имущество и публично раздевался;
- четвёртое — за первое убийство: в возрасте 34 лет, находясь в состоянии алкогольного опьянения, он лишил жизни женщину.
После этого преступления его признали вменяемым и приговорили к 10 годам лишения свободы. Отбыв срок, Кашинцев стал ещё более замкнутым и странным.
В колонии он выделялся необычным кругом чтения. Библиотекарь вспоминал, что осуждённый избегал художественной литературы, предпочитая ей учебники по анатомии, физиологии и правоведению. Особенно его привлекала «Судебно‑медицинская экспертиза» — журнал с детальным описанием следов преступлений и соответствующими фотографиями. Кашинцев перечитывал его многократно, вызывая недоумение у других заключённых.
Несмотря на тревожные признаки, закон не позволял удерживать его в местах лишения свободы дольше положенного срока. В 1985 году Кашинцев вышел на свободу, но уже через несколько месяцев вернулся к преступной деятельности.
География преступлений и методы убийцы
В июле 1985 года Кашинцев прибыл в Челябинск, где встретил давнюю знакомую — 34‑летнюю женщину. Под предлогом совместного распития спиртного они отправились в недостроенную пристройку к зданию мастерских Театра оперы и балета имени Глинки. Там маньяк совершил первое убийство из длинной серии: сорвал с жертвы одежду, использовал палку, а затем задушил.
Следователь Исса Костоев, известный по поимке таких маньяков, как Чикатило, в своей книге «Россия — преступный мир» отмечал: жертвами Кашинцева становились либо женщины с асоциальным образом жизни (пьянчужки, попрошайки, бездомные), либо добродушные особы, проявлявшие жалость к калеке, которому якобы негде было переночевать.
На протяжении нескольких лет Кашинцев перемещался по территории Советского Союза, оставляя за собой след из жертв. Места преступлений были разнообразными: лесные массивы, вокзалы, заброшенные здания. Среди его жертв встречались не только женщины с сомнительной репутацией, но и обычные матери, добросовестные работницы.
Одним из наиболее резонансных убийств стало преступление в Арзамасе. В 1987 году Тамара Гатилова, работавшая сторожем в детском саду, взяла с собой на работу маленькую дочь. Женщина уложила девочку спать, а сама приступила к обязанностям. Ночью ребёнок обнаружил тело матери в тёмном коридоре.
Это преступление поначалу ошибочно связали с группой подростков, задержанных неподалёку. Однако опытный прокурор Николай Жабин обратил внимание на следы трости на месте преступления, что позволило выйти на истинного убийцу.
Кашинцев не делал различий по социальному положению своих жертв. В Москве он напал на Наталью Козлову, прикованную к инвалидной коляске. Под предлогом прогулки в парке он заманил женщину в доверие, а на следующий день пришёл к ней домой. Через несколько дней её тело нашли с туго затянутым на шее платком.
Свидетельница, лежавшая в соседней комнате, позже сообщила милиции о странном топотании, напоминавшем стук лошадиных копыт. Это был звук трости убийцы, но тогда на показания не обратили должного внимания.
География преступлений Кашинцева охватывала множество городов и регионов: Омск, Свердловск, Киров, Тюмень, Тульская область, Тамбовская область, Москва и другие.
При этом его личность долгое время оставалась неустановленной — никто не подозревал в нём серийного убийцу.
Поимка маньяка
Задержание Кашинцева произошло случайно. Дорожные рабочие заметили странную пару, а вскоре обнаружили тело женщины и стоящего рядом мужчину с тростью. Когда рабочие попытались выяснить обстоятельства, преступник отреагировал агрессивно:
«Чего уставились? И вас придушить?»
Мужчины не растерялись — скрутили подозреваемого и передали его в руки правоохранительных органов. На момент ареста Кашинцеву было 47 лет, он не имел постоянного места работы и регулярно менял место жительства.
В ходе допросов маньяк заявил, что устал скрываться. Он признался в 58 (по другим данным — в 59) убийствах. Следователи допускали, что таким образом он пытался добиться признания своей невменяемости, чтобы избежать смертной казни и получить лечение в психиатрической больнице.
После признаний Кашинцева в расследование включились 150 следователей со всего Советского Союза — у каждого имелись нераскрытые дела, которые теперь можно было связать с серийным убийцей. Многие смерти женщин ранее объясняли случайными обстоятельствами, чтобы не возбуждать уголовные дела.
В итоге Сергея Кашинцева приговорили к высшей мере наказания. В 1990 году приговор был исполнен — маньяк был расстрелян.